Том 2 · Глава 311. Доп. история. Примирение
Давно не виделись.
А, дяд... д-да… Ю Джин. Давно не виделись. (П.с. от беса. Я не люблю оставлять в тексте корейские обращения, поэтому поясню. В ориге тут она испл. Обращение аджосси
…
Безымянная по-прежнему не могла посмотреть мне в глаза и тихо пробормотала приветствие.
Только что она весело болтала с главой магической башни, а теперь выглядела недовольной. Не зная, куда деть руки, она завела их за спину и обхватила себя за предплечья.
В комнате словно похолодало.
Мне нужно кое-что разобрать у себя в комнате. Я, пожалуй, пойду. И… поздравляю со свадьбой, Ю Джин.
Ага. Спасибо.
Хлоп.
Безымянная закрыла дверь и ушла, будто спасаясь бегством.
Я обессиленно опустился на стул.
Глава магической башни, Безымянная в последнее время отводит глаза и уходит, едва увидит меня… вы не знаете почему?
Хм-м. Понятия не имею…
Она вообще говорит обо мне?
Если подумать, когда речь заходила о тебе, она обычно помалкивала.
…
Мне стало тоскливо.
Я-то думал, наша встреча вышла трогательной. Похоже, мне только показалось.
Безымянной явно не по себе рядом со мной.
Интересно, почему?
Причин, которые приходили мне в голову, было слишком много.
Когда-то я уже бросил Безымянную и ушёл, не оглянувшись.
А потом внезапно объявился снова и даже не узнал её.
Тогда мне казалось, что я сумел всё объяснить, но…
Объяснения не сотрут боль, которую она пережила.
Она говорила, что всё в порядке. Но обида и неприязнь, похоже, остались.
…Что... делаешь?
Чего?
…За ней... не идёшь... Чего ждёшь?
Мне за ней бежать? Зачем?
…Безымянная... плачет.
Что?
Она плакала?
Я ничего такого не заметил.
Но Нерешил не стала бы говорить это просто так.
Я без промедления выбежал и направился туда, где чувствовал присутствие Безымянной.
Вскоре я нашёл комнату, куда она, по-видимому, ушла.
Я уже хотел постучать, но заметил, что дверь приоткрыта.
Может, можно войти?
Я осторожно толкнул дверь, и тут…
Хм?
?!..
Передо мной оказался паук размером с человеческий торс.
Он выпускал из брюшка нить и вязал шарф.
Паук на мгновение замер.
Ой?!
А затем стремительно бросился на меня.
От неожиданности я повалился навзничь.
Когда я снова открыл глаза, Безымянная уже сидела у меня на груди, вся красная, со сжатыми кулаками.
Вы видели?
Что?
Я спрашиваю, видели вы или нет!..
Так что именно? Шарф с надписью «Ю Джин»?
А-а-а! Значит, всё-таки видели!!!
Тук-тук.
Безымянная колотила меня в грудь и кричала.
От смущения она раскраснелась до самых кончиков ушей.
Всё пропало, теперь вы всё испортили! Я хотела подарить его вам как сюрприз. Теперь ничего не получите!
Ну, это обидно. Я сделаю вид, что ничего не видел, так что подаришь?
Как можно сделать вид, что ничего не видели, если вы уже всё видели!
Я уже всё забыл. Нерешил, ты тоже забыла, да?
…Не... забыла.
Да подыграй ты мне, ну.
У-у-у! Убирайтесь оба, живо!
Безымянная слезла с меня, и я неловко поднялся.
Я и подумать не мог, что она готовила мне сюрприз. По крайней мере, хорошо, что она меня не ненавидит.
Я думал, ты всё ещё на меня в обиде.
Что? С чего бы? Дяд… Я же прекрасно знаю, что с вами произошло. Не настолько я ребёнок, чтобы до сих пор из-за этого дуться.
Тогда почему ты вела себя так холодно?
Холодно? Я? А…
Безымянная удивлённо распахнула глаза, а потом, кажется, сообразила, о чём я, и тихо ахнула.
Похоже, она даже не замечала, что держится со мной холодно.
Увидев её реакцию, я улыбнулся и развернулся к двери.
Этого ответа вполне достаточно. Я рад, что ты меня не ненавидишь. Когда будешь готова, мы спокойно поговорим…
П-подождите, куда вы собрались? Вы же увидели мой позор. Давайте ещё поговорим…
Я обернулся. Безымянная крепко держала меня за рукав.
Она всё ещё не смотрела мне в глаза и отворачивалась.
Но теперь её поведение уже не казалось таким уж холодным.
Значит, наконец-то готова? А то стоило мне заговорить, как ты тут же убегала.
Я просто хочу исправить ваше странное заблуждение. Я на вас не злюсь и не держу обиды. А уж ненависти и подавно нет.
Ну и хорошо. Но почему ты больше меня не называешь как раньше, а говоришь «господин Ю Джин» или «вы»?
Э-это… как-то неловко. Так я вас называла, пока не знала, кто вы. Но и звать вас о… о…
О?
Отцом… тоже как-то странно…
Что?
Я на мгновение потерял дар речи.
Я даже не знаю, как к вам обращаться… и о чём с вами говорить… Мне неловко, всё кажется странным… Поэтому я и избегала вас. Я пока ещё не готова.
Наши отношения и правда трудно было определить.
Неясно было даже, насколько мы близки.
Безымянная не знала, как ей со мной себя вести, и мучилась из-за этого.
У меня отлегло от сердца, и я невольно усмехнулся.
П-почему вы смеётесь?
Да так. Не думал, что ты будешь переживать из-за такой ерунды.
Почему это ерунда? Я же серьёзно!
Зови меня как тебе хочется. А о чём говорить… Да о чём угодно. Просто болтай, что в голову придёт, как сейчас.
Можно звать вас как угодно? Тогда можно называть вас папой?
Конечно.
Не врите. Вы ведь даже в приёмные дочери меня брать не хотите. Считаете меня мерзкой! И приютили только потому, что пожалели бездушного отброса!.. Ах!
Безымянная вспылила, но, опомнившись, зажала себе рот рукой.
Но слова уже вырвались, и сдержать нахлынувшие чувства она не смогла.
Безымянная отвернулась, её плечи задрожали, и из груди вырвался сдавленный всхлип.
П-простите… Я не должна была говорить такое именно вам… Ой?!
Я щёлкнул Безымянную по лбу, и она звонко вскрикнула.
Вот же глупость. Ты думала, что я считаю тебя мерзкой и не захочу, чтобы ты называла меня отцом, поэтому молча терзала себя?
Н-но ведь так и есть! Что такого? Это правда!
Ах вот как.
Теперь ещё и на меня наезжает.
Может, пора отучить её от таких выходок?
С чего бы мне считать тебя мерзкой?
Вы врёте. Все так говорят, но я вижу по их глазам. Они даже не считают меня человеком…
Ну и упрямая же ты. Интересно, в кого такая пошла. Эй, пойдём за мной.
Куда?
Пойдём. Я тебе всё объясню.
…
Я не выдержал, рассёк воздух и открыл межмировой разлом.
Протянул руку, но Безымянная замешкалась.
Она подозрительно на меня посмотрела, однако всё-таки взяла меня за руку.
Я тут же потянул её за собой через разлом.
А? Это!..
Безымянная открыла глаза, которые до этого крепко зажмурила, и изумлённо ахнула.
С высокой смотровой площадки открывался вид на ночной центр Сеула.
Ошеломлённая видом незнакомого мира, Безымянная долго озиралась с открытым ртом.
Значит, это тот самый другой мир, откуда вы пришли. Ух ты… Вот уж не думала, что увижу такое. Но зачем вы привели меня сюда?
Внимательно посмотри на прохожих.
Посмотрела. И одежда у всех странная.
Смотри внимательнее. Не только на то, что снаружи.
Что? В каком смысле…
Безымянная недоумённо огляделась ещё раз.
Она принялась вглядываться в людей, которые смеялись и болтали на площадке, и вдруг широко распахнула глаза.
А?! У этих людей… не видно душ?!
Да. В этом мире нет душ.
Т-тогда что происходит, когда человек умирает? А мир мёртвых?
Умер и всё. Здесь нет никакого мира мёртвых.
Не может быть…
Все люди здесь такие же, как ты. Теперь веришь мне? Я родился и вырос в мире, где отсутствие души
А…
Вот я и правда оказался нечутким.
Мне-то было всё равно, есть у кого-то душа или нет, но для Безымянной всё иначе.
Там, где она выросла, душа была у каждого. В ней хранились чувства и воспоминания, а после смерти она отправлялась на суд в мир мёртвых, где решали её дальнейшую судьбу.
Безымянная, должно быть, чувствовала себя там куда более одинокой, чем я представлял.
Я не сумел этого понять.
Для меня ты всегда была обычной девочкой. С нашей первой встречи и до сих пор я думаю так же.
Ю Джин…
Возможно, уже при первой встрече я почувствовал, что мы с Безымянной чем-то похожи.
Наверное, потому и взял её к себе, как заворожённый.
А когда моё существование стёрли, только Безымянная смогла меня распознать.
Только Безымянная, лишённая души и потому не поддавшаяся искажению восприятия, могла со мной общаться.
Ещё раз: называй меня как хочешь. Как бы ты меня ни звала, я всё равно буду дорожить тобой.
Хнык… Папа-а-а…
Безымянная бросилась ко мне и уткнулась в грудь, рыдая.
Не отец, а папа.
Я был совсем не против.