Том 1. Глава 19

Оливер обошёл Шеда кругом, вглядываясь в его кожу.

—У вас много шрамов, но они старые, от меча — такие вещи не поддаются лечению. О клейме, как я полагаю, вы осведомлены — вы не сможете причинить принцессе вреда, — Оливер говорил осторожно, подбирая слова.

Лишь после тщательного осмотра он понял одну вещь — этот мужчина, несомненно, был рабом. Но клеймо на него практически не действовало, и сейчас Шед мало чем отличался от немного усталого юноши. Теперь Оливер мог понять, почему Раха была так истощена.

Только разрешив все свои вопросы, доктор сел и предложил Шеду место напротив:

—Какой чай вы предпочитаете?

—Что за странный вопрос вы мне задаёте?

—Я знаю, почему принцесса пригласила меня к вам, даже если вы абсолютно здоровы. Скорее всего, она хотела, чтобы я составил вам компанию.

—Компанию?

Шед на несколько секунд оказался в полной растерянности. Да, в последнее время они с принцессой сосуществовали вполне мирно, почти как пара, но почему девушка была так обеспокоена? Что могло заставить её волноваться, если Шед останется один на сутки?

Он никак не мог предположить, что в этом дворце напротив принцессы с лицом плачущего ребёнка именно к нему будут обращаться как к пугливому мальчишке.

—Благодарю, не нужно, — ответил Шед. — Пожалуйста, уходите.

—Да? Хорошо, давайте попробуем иначе… Какой алкоголь вы любите?

—Не увлекаюсь. Вам стоит уйти.

—Ну же, не стесняйтесь, — настаивал Оливер, — Я был бы рад узнать о вас больше. Я имперский врач, ментальное здоровье моих пациентов для меня также важно.

Похоже, тот воспринял приказ Рахи гораздо более серьёзно, чем оно того стоило.

«Неужели тебе такое нравится?».

Перед глазами Шеда пронёсся меч — то, что он раньше всегда держал в руках и чем буквально жил. Но тогда он был нужен для выживания; он редко наслаждался сражением.

Как он смог получать от этого настоящее удовольствие?

—Я пойду, — сказал Шед, вставая. Тогда он вспомнил, как сегодня Раха оставила поцелуй на его щеке. Мужчина почувствовал странное счастье, и та сцена предстала перед его глазами. Шед нахмурился, смущённый и потерянный.

«Всё, что я могу сейчас делать — это ждать».

Он ничем не отличался от собаки, которая ждала своего хозяина… Но это по-странному не были ужасным и отвратительным. Шеда насильно привели в этот дворец, а принцесса наставила доктору позаботиться о нём — та же принцесса, что так сильно хотела умереть.

Шед пристально посмотрел на Оливера — в его глазах сверкали странные эмоции. Именно в этот момент в голову мужчины пришёл странный вопрос:

—Вы только что сказали «ментальное здоровье»?

—А? Да, всё так.

—Но почему только моё здоровье вас так волнует?

—Что?

—Как же остальные?

—… — улыбка Оливера стала жёстче, острее.

Конечно, он понял, о ком шла речь; не мог не понять. Как врач Императорского дворца, Оливер должен был неустанно следовать своему врачебному долгу и заботиться о благополучии своих подопечных.

Раха.

Имперская принцесса никогда не спрашивала, какие лекарства ей назначались, если только они не были стабилизаторами.

Всё веселье погасло в зрачках Оливера. Юноша ссутулился, будто пытался казаться меньше, незаметнее; его руки двигались неуверенно, как у ребёнка. Неуютная тишина повисла между ними.

—Её Высочество… — медленно, подбирая слова начал Оливер. Его глаза разочарованно опустились вниз, — Мне запрещено лечить её. Всё, что я могу — это лишь помочь ей избавить от физических ран.

Юный доктор ушёл около трёх часов назад.

—Знаете, принцесса не появится здесь ближайшую неделю. Она будет готовиться к банкету, потому что сейчас она хозяйка императорской семьи, — сказал Оливер напоследок, в его голосе звучало замешательство. — Вам грустно?

—Нет, — рассмеялся Шед громко, во всё горло.

—Это хорошо. Если вы будете чувствовать себя одиноко, запишите свои мысли в этот блокнот ручкой, которую я оставил сегодня здесь. Это гораздо полезнее для вашего ментального здоровья, чем просто держать всё в себе…

Что же, Оливер был прав — Раха не показалась на пороге спальни и после того, как часы пробили девять вечером. И даже в полночь.

Шед посмотрел вверх, оторвавшись от книги, которую принцесса принесла из внешнего дворца. В этой зелёной книге всё ещё оставался кинжал, который он недавно спрятал туда.

Он отбросил книгу и схватил оружие. У мужчины с детства был меч в руках. Конечно, кинжал тоже подошёл бы, но меч был бы в разы удобнее.

Шед посмотрел наверх, в сторону крыши и скошенного окна. В этот день луна была поразительно яркой. Лунный свет проникал внутрь, и сердце мужчины, который остался рыцарем без своего пристанища, сжалось от боли.

Похоже, с неба опускалась мелкая морось.

Нет, шёл снег.

Шед подумал о тонких платьях, которые всегда носила Раха. Принцесса, конечно, обладала высоким статусом, но была удивительно безразличной к температуре своего тела. Если она замёрзнет настолько, что не сможет пошевелить и пальцем, будут ли люди Империи волноваться?

Мужчина вернул кинжал обратно между страниц книги.

Именно в этот момент Шед почувствовал присутствие ещё одного человека. Кто мог прийти сюда в такой час? Он осторожно подошёл к двери в восточное крыло и резко открыл её.

Большая часть потолка в коридоре состояла из стекла, и ночное небо, освещённое белой луной, и кружащиеся снежинки заворожили его.

—Шед, — на какой-то момент ему показалось, что перед ним стоит его фантазия, видение, фантом; Раха как будто шла по снегу, — Ты не спал?

Принцесса улыбнулась. Шеду сказали, что она не сможет прийти к нему целую неделю; поэтому он решил отбросить все свои глупые ожидания, чтобы не чувствовать терпкий привкус разочарования.

Было поздно, все уже спали. Сейчас, в это время, существовали лишь лунный свет, кусающий холод и белые изящные снежинки. Всё крутилось, перемешивалось.

—Раха, — в глазах Шеда отражались странные эмоции, которые он сам не мог себе объяснить, — Мне сказали, что вы не сможете прийти.

Она промолчала, лишь приподняла подбородок и посмотрела ему в глаза. Ей показалось это смешным — то, как этот раб вышел в темноте, чтобы встретить её.

—Я же сказала, что приду ночью, — Раха обхватила его шею руками. Шед инстинктивно положил свои ладони ей на талию и прижал её к себе, ближе; может, чтобы выглядывающая из-под платья кожа не казалась такой холодной. Наверное, это можно было бы назвать крепкими объятиями. — Я не смогу тут остаться.

Она бы не смогла задержаться здесь надолго; этот дворец не увидит её ни завтра, ни в течение следующей недели.

—И что же мы можем сделать? — прошептала принцесса, оставляя почти невесомый поцелуй на губах Шеда. Она поцеловала его легко, одетая в одежду из тончайшей ткани — мужчине это казалось игрой с огнём. Что же, эта девушка действительно была странноватой.

Если думать так, то и смысла в этой одежде?..

Шед без запинки развязал шаль, которая покрывала её плечи. В нём проснулось странное желание попробовать улыбку Рахи на вкус. Он наклонился и крепко поцеловал её.

Платье соскользнуло с плеч принцессы на пол.

Неделя пролетела быстро и незаметно, в один миг.

В этот раз Раха решила подать гостям банкета шоколадный десерт с алкоголем. Всё это время имперская кухня день и ночь работала, творя поразительные шедевры; служащие дворца заключали десятки договоров, чтобы все самые вкусные и свежие продукты оказали на столах.

Середина зимы была холодной, но Империя Дэло славилась своей любовью к стеклу — его было так много в архитектурных ансамблях, чтобы показать красоту страны со всех сторон. Отопление стоило далеко недёшево, но для императорской семьи это были всего лишь мелочи.

Все высокие окна, в два человеческих роста, были украшены красными бархатными гардинами. Даже они показывали величественность этого банкета — чёткие, с богатыми складками и изящной тонкой золотой нитью по краю.

Лёгкая игривая оркестровая мелодия отражалась приятным эхом и создавала невесомый фон. Сам банкет был более приветливым и разительно отличался от того, на который были приглашены священники ранее.

Но в этом и был смысл.

«На этом балу выберут невесту для императора…»

«Ах, здесь так хорошо!»

В прошлом императоры, конечно, никогда не устраивали подобных мероприятий. Браки были сугубо политическими, поэтому наследный принц с юных лет заключал помолвку с дочерью семьи, отвечающей всем требованиям, и они вдвоём входили на трон как император и императрица.

Стоит сказать, что и Карзен в своё время за закрытыми дверями вёл переговоры с несколькими семьями. Но это никогда не становилось чем-то серьёзным; так, лишь сватовство. Молодой император, который до костей своего естества был военным человеком, даже и не думал скрывать своего пренебрежения к некоторым дамам.

Но императорская семья всё равно устроила такой бал, чтобы повысить общественный статус. Это было выгодно для всех; Карзен не мог бы вечно избегать таких разговоров и не обращать внимание на внутренние дела.

По той же причине взгляды дворян, просчитавших всё до крошечной детали, встретились одновременно в одной точке — когда громкий голос объявил об императоре, который собирался войти в банкетный зал.

—Я вижу, что ты отлично постаралась, Раха, — искренне сказал Карзен, с восхищением оглядывая зал.

—Тебе нравится?

—Конечно. Но ничего не может мне нравиться больше тебя.

Бриллиантовые крупные серьги звенели у Рахи в ушах. Оказалось, что и серьги, и ожерелье объединялись в один комплект. Но это была не самая яркая комбинация этим вечером.

Платье принцессы было такого же цвета, что и костюм Карзена. Это была задумка портного Империи, которая была у него в голове ещё с самого начала.

Карзен обхватил одетую в перчатку ладонь и оставил на её тыльной стороне поцелуй. Ему могли противить сами мысли о жене, невесте или императрице, но он понимал суть всего банкета и был одет соответствующе.

Раха оглянулась на брата, который был так на неё похож. Это был молодой и очень красивый император, статный, величественный.

Сейчас проходил банкет, на котором не скрываясь выбирали будущую императрицу.

Всё шло хорошо — и это заставило принцессу выдохнуть.

Без символа настоящего преемника, наследника престола Карзен был вынужден нападать на страны, вторгаться в них. Всё для того, чтобы поддержать свой статус. Герцог Эстер настаивал на невесте, это был способ закрепиться на троне ничуть не хуже.

Всё шло хорошо. Слабые стороны подарили новые возможности, поэтому Карзена можно было считать по-настоящему везучим.

Раха была близнецом, который родился в то же время и в том же месте, но у неё не было ни капли этого везенья.

─𝕗𝕚𝕣𝕖 𝕜𝕒𝕝𝕖𝕚𝕕𝕠𝕤𝕔𝕠𝕡𝕖 ──────────

Переводчик и редактор: Руцкевич