Том 1. Глава 55
Актеон вовсю сжимала и цедила качающийся перед ней огромный член.
Трижды ртом.
Она заглатывала драгоценное семя до тех пор, пока желудок не стал тяжелым и полным.
Если мерить выпитым объемом, там точно набралось больше литра.
Затем еще дважды — грудью.
Она зарывала массивный ствол между мягких, сочных холмов, терлась об него и пачкала все свое тело белесыми струями.
Пышная грудь, живот, лицо.
Из-за того, что на нее излилось колоссальное количество спермы, на теле живого места не осталось.
Даже сейчас в глубокой ложбинке между грудей стояла вязкая лужица.
Она скопилась там и уже переливалась через край.
О, о-о-о-о…♥
ЦИ-И-ИК, ЦИ-И-ИК!
Актеон, сидя на корточках, задрожала бедрами и брызнула белой мочой.
Это был уже третий раз.
Она сама оттягивала насквозь промокшие трусики и ласкала пальцами собственное лоно, доводя себя до оргазма.
В таком положении, продолжая посасывать мужское достоинство, она кончала без счета.
Теперь-то ты довольна?
Ниу спросил это, поглаживая Актеон по голове.
От того, что он просто сидел, было немного скучновато, но все равно чертовски приятно.
Ее бережные, старательные движения рук, язык, терзающий уретру, и мягкая, плотная плоть тяжелой груди дарили отличные ощущения.
Ы-ы, да. Выжала до капли. Я довольна.
Голос Актеон звучал затуманенно.
Взгляд и лицо были под стать голосу — она выглядела так, словно ее полностью опоили или околдовали.
Раз так, сейчас я возьму твою киску, так что снимай одежду. Устроим секс в душе.
Да. Хорошо.
Актеон медленно поднялась и начала раздеваться.
Постепенно разгоряченная матка ныла изнутри, а бедра крупно дрожали.
Ощущение, будто матка раздувается и заполняется до краев.
При одной только мысли о том, как внутри нее заплещутся вязкие волны, тело обдавало неистовым жаром.
Пошли.
Ниу поднялся, обхватив Актеон за талию.
Даже когда их испачканные тела плотно соприкоснулись, он не выказал ни капли брезгливости.
Клеймо, которое он собственноручно выжег своим семенем.
Вместо брезгливости его венами правила чистая похоть, жажда подчинения и превосходства, отчего эрекция и не думала спадать.
М-м… Чмок……
Пока они шли до ванной, Актеон то и дело проводила ладонями по собственному телу.
Она собирала пальцами размазанную сперму и слизывала ее.
Все равно в душе все смоет водой.
Ей было жаль тратить такое добро впустую, и она стремилась сожрать как можно больше, пока капли не улетели в слив.
«Решила до конца доканать мой хер».
В глазах Ниу отчетливо проступили багровые капилляры.
Его дико заводила эта ее сучья повадка — жадно, по-животному тянуться к сперме и чавкать у него на глазах.
…Фух.
Они вместе вошли в ванную, включили душ и принялись наполнять ванну.
Все равно тела скоро станут чистыми.
Смыть первый слой грязи под струями воды было делом полезным.
Ладони самки ласкали его достоинство.
Ладони самца сжимали ее тяжелую, огромную грудь.
Они стояли лицом к лицу под теплыми струями, стирая грязь голыми руками и массируя кожу друг друга.
Пока полностью не промокли.
Только после этого они перебрались в саму ванну.
Ниу сел сзади, а Актеон прижалась спиной к его груди, принимая позу для ананимного соития.
Ха-а-а-а…!
Опускаясь, Актеон всем нутром заглотила его член.
Сжавшееся кольцо плоти с трудом растянулось, и чудовищный ствол глубоко вогнался внутрь ее живота.
Кук, ку-у-ук.
В следующий миг вошедший до упора корень с силой уперся в матку и приподнял ее.
О, о-о-о-у-у……
Актеон застонала, поглаживая свой вздувшийся низ живота.
Ощущение было такое, будто ее прошили до самого темени, отчего даже мысли путались.
К тому же внутрь просочилась теплая вода, заставляя внутренности буквально хлюпать.
«А, хорошо пошла».
Ниу мягко перехватил грудь Актеон и начал двигать тазом.
Из-за того, что ее груди были невероятно тяжелыми, в пальцах и предплечьях ощущалось приятное напряжение.
Словно держишь в руках пятидесятифунтовые гантели.
Вес солидный, но именно эта тяжесть и доставляла больше всего удовольствия при тисканьи.
Да… Хы-ы-ынг…!
Актеон стонала и извивалась всем телом.
Вспыхнувшая в груди и матке волна похоти напрочь лишила ее рассудка.
Из ее лона вовсю струилась смазка.
А аппетитные нежно-розовые соски затвердели так, что стали похожи на каменные бусинки.
Хи-и-и-ик…!
КВААК!
Стоило Ниу, смотревшему на ее грудь из-за плеча, резко крутануть эрегированный сосок, как из губ Актеон вырвался пронзительный визг.
Трудно было поверить, что этот тонкий, сочный девчоночий вскрик принадлежит хмурой и грубой наемной убийце.
Количество ее оргазмов уже перевалило за сотню.
Да и спаривались они уже не в первый десяток раз, отчего ее сучья натура расцвела буйным цветом.
Мы тут одни, к тому же это ванная. Ори во весь голос, кончай сколько влезет.
Хы-ы-ыг…!
Я-я знаю. Все равно сдержаться не могу.
Значит, ори громче.
Ку-ук.
Ниу зажал сосок и с силой надавил на матку.
Слегка, ровно до той грани, где удовольствие смешивалось с острой болью.
Хы-и-и-и-ик…♥
Актеон закричала на высокой ноте, и ее бедра мелко затряслись.
Электрический разряд, прошивший соски и матку, ударил прямо в позвоночник.
Мгновенно достиг мозга, взвинтив возбуждение до пика, и тут же швырнул ее в глубокий оргазм.
Буль-буль.
Вход в ее лоно судорожно запульсировал, выталкивая воздух, и на поверхность воды поднялись мелкие пузыри.
Ниу молча наблюдал за этой картиной, продолжая плавно вращать тазом.
Мягко, по кругу.
О, о-о-о…♥
Головка… головка крутится и давит прямо в матку-у……
Нравится?
Да… Мне так нравится, когда ты разрываешь мне матку своим хером…♥
Актеон улыбалась, наполовину прикрыв глаза.
Она совершенно опьянела от ощущения того, как свирепая головка трется о зев матки, вжимается в него и скребет нежные стенки.
Раз уж она поработала языком над его уретрой, теперь его черед пробивать ее матку.
Актеон инстинктивно поняла это и полностью расслабила тело.
Хы-ы-ынг.
Давай еще плавнее, но сильнее. Вбивайся глубже.
Я как раз собирался. Мы отлично понимаем друг друга.
Еще бы… Я ведь просто подстилка для Господина, его личный инкубатор…♥
Актеон нарочно унижала себя, ловя от этого дикий кайф.
Она наконец осознала, какое это блаженство — полностью подчиниться альфа-самцу.
Человек должен быть независимым.
Так говорят почти все, и она сама жила по этому правилу… Но теперь в этом не было нужды.
Да и не хотелось больше.
Подчиняться сильному самцу, отдаваться ему и получать любовь через животное спаривание.
Она обрела то счастье, которое никогда не познают люди, вынужденные вечно бороться за свою мнимую независимость.
«С ума сойти можно».
«Подстилка», «инкубатор».
Эти грязные, бьющие наотмашь слова мгновенно подстегнули репродуктивный инстинкт Ниу.
Его семенные пузырьки отозвались мощным спазмом, вырабатывая новую порцию горячего, жизнеспособного семени.
Низ живота Ниу натянулся, готовый к мощному выстрелу.
А… Я сейчас кончу. Открывай матку и принимай все до единой капли.
О… о-о… Да, я поняла… Поняла, так что давай, заливай меня.
Ниу впился поцелуем в ее шею, с силой вжимаясь в ее матку.
Стенки лона сжались мертвой хваткой.
Пульсирующий зев матки раскрылся, словно голодный рот, обволакивая головку и умоляя о разрядке.
О… о-о… Ы-ы-о-о-о-о…♥
Сучий визг, бивший ему в уши, довершил дело.
Равно как и ее бесстыжее, расплывшееся лицо, стоило ему скосить взгляд.
Кваак.
Сперма мощной волной пошла вверх по стволу, и его пальцы с силой впились в ее грудь.
Он сжимал ее соски так, словно пытался выдовить молоко, грубо, но не переходя опасную черту.
Хы-ы-ы-ыт…!
Глаза Актеон закатились, а перед мысленным взором вспыхнули искры.
Она полностью потеряла рассудок, подчиняясь силе трахающего ее самца.
Багровые отпечатки ладоней на ее груди, похожие на клеймо.
Запах спермы, который въелся в кожу, несмотря на воду.
И это твердое, раскаленное тело за ее спиной.
Все это превращало Актеон в абсолютно беспомощное существо.
Которое способно лишь радостно подставлять задницу, раздвигать ноги и беременеть по первому приказу.
Словно самая покорная и верная самка.
ХО-О-О-ОК…♥
В следующий миг густые потоки спермы один за другим хлынули прямиком в ее матку.
Ниу зажмурился, а Актеон запрокинула голову, издавая хриплый, утробный крик.
Чисто животное зрелище.
А… хорошо-то как.
Ниу с улыбкой крепко прижал Актеон к себе.
Оргазм в теплой воде дарил непередаваемое чувство блаженства и умиротворения.
«Уф, вытряс яйца досуха».
Тяжесть в паху сменилась легкостью, а тянущее чувство внизу живота бесследно исчезло.
Благодаря тому, что он без удержу изливал в нее семя.
О, о-о-ок……
Актеон бессильно обмякла, глупо улыбаясь.
Ее плотные бедра мелко дрожали, а округлившийся живот заметно вздулся.
Ощущение того, как внутри матки плещется горячая сперма.
Чувствуя эту тяжесть, тепло и объем, она ощущала абсолютный покой.
Отдохнешь немного?
Ниу мягко погладил ее покрытую багровыми отметинами грудь.
От этих заботливых мужских прикосновений по ее коже снова пробежали приятные мурашки.
Ы-ы… нет. Давай выходить. Я свою награду получила сполна, а твои бабы, небось, уже заждались?
Весьма вероятно. Тогда вылезаем.
Ниу поднялся на ноги, держа Актеон на руках.
Вода в ванне с плеском колыхнулась, и с их тел закапали тяжелые капли.
За, погоди. Если мы так пойдем… ы-хо-о-ок…!
Висящая у него на руках Актеон снова издала непристойный стон.
Из-за того, что они приняли позу для переноски, любая вибрация от его шагов отдавалась глубоко внутри нее.
К тому же при каждом шаге его член продолжал легонько подталкивать ее раздувшуюся матку.
Это было слишком сильной стимуляцией.
В итоге, пока они дошли до кровати, она умудрилась кончить еще раз.
А стоило ему вытащить свой корень, как ее накрыл повторный оргазм, и из нее фонтаном забила смазка.
Надо же, какая у тебя киска чувствительная стала.
Ниу усмехнулся и присел на край кровати.
Вид залитых смазкой простыней вызывал у него лишь довольную ухмылку.
К счастью или к несчастью, других самок в комнате пока не было.
Разумеется, скоро они сами придут предложить свои тела, но пока у него была передышка.
Поэтому он просто лег на кровать, чтобы перевести дух.
Даже обладая бесконечной выносливостью и огромным запасом сил, он все еще помнил, что такое обычная человеческая усталость.
Фух.
Актеон окончательно отключилась после череды оргазмов.
Пока Ниу смирно лежал и восстанавливал дыхание, дверь без стука отворилась, и в комнату вошли две его самки.
Им было позволено входить в его покои в любое время суток.
Благодаря его приказу о том, что инстинкты важнее этикета, им не нужно было просить разрешения.
Боже мой. Уже……
Белокурая Антиопа пробормотала это, округлив глаза от удивления.
Она выглядела ошарашенной, но в ее взгляде читалось явное вожделение.
Вы не сильно устали?
Экион Клавдий теребила свои рыжие волосы, а ее щеки пылали румянцем.
Это был прямой намек: если у него еще остались силы, она хочет, чтобы он взял и ее.
«Как раз вовремя».
Ниу неторопливо поднялся, окинул обеих самок взглядом и скомандовал:
Нет. Вы как раз вовремя. Раз уж пришли, снимайте одежду и падайте передо мной на колени.
Да, Господин.
Глаза обеих самок вспыхнули. Они принялись быстро и аккуратно снимать и складывать свои вещи.
Они проявили поразительную покорность, будто только этого момента и ждали всю жизнь.
Тяжелая, упругая грудь без малейшего намека на обвисание.
Округлые, спелые бедра, подтянутые животы и аппетитные ягодицы мягко засияли в лунном свете.
Позвольте нам.
Две самки послушно опустились на колени прямо у него между ног, устроившись лицом друг к другу.
А теперь зажмите мой член своими сиськами. Понимаете, о чем я?
Да. Вы хотите, чтобы мы устроили вам межгрудный трах, верно?
Экион спросила это, кокетливо сощурив глаза.
Ситуация, которая для любой другой дочери герцога показалась бы верхом унижения, приносила ей лишь чистую радость.
Быть полезной игрушкой в руках Ниу и понести от него плод.
Теперь это было ее единственным и самым заветным желанием.
Разумеется, Антиопа думала точно так же.
По уровню преданности она превосходила кого угодно, и эта верность уже граничила с абсолютным безумием.
Поэтому обе самки приподняли свои тяжелые холмы и плотно прижали их к его эрегированному стволу.
Тук, тук.
Горячая, бешеная пульсация его плоти и ее ощутимый объем приятно обожгли их кожу.
А мягкая, податливая плоть их плотно сомкнувшихся грудей начала вовсю стимулировать его мужское достоинство.
По ощущениям это было ничуть не хуже, чем погружение в саму киску.
...