Том 3 · Глава 148. Побочная история 1

—На следующей неделе тебя освободят. Ты уже решила, куда пойдёшь?

Сырость подземелья, казалось, проникла в каждую клеточку моего тела. После почти часа разговора с самой собой моё горло казалось покрытым липким слоем неприятного запаха. Но я стояла на своём перед темницей.

—Если что-то нужно — скажи. Я могу написать тебе рекомендательное письмо. Или, если хочешь, можешь остаться работать в поместье.

После короткой паузы из-за решётки раздался раздражённый голос:

—Не надо. Маркграф Гесбан согласился принять меня обратно.

За этими словами последовал тихий всхлип, не столько от слёз, сколько от шмыганья носом.

—Мне не нужно рекомендательное письмо от герцогини.

—Поняла.

Прежде чем между нами вновь воцарилось неловкое молчание, я поспешила сменить тему.

—Принести тебе ещё одно одеяло? Я знаю, каково здесь — здесь всегда особенно холодно, — я встала и указала на жаровню неподалёку. — Или подтолкнуть это поближе? Оно довольно тёплое.

Не дожидаясь ответа, я, кряхтя, подтащила жаровню поближе к решётке.

—Когда я сидела тут, кто-то поставил это прямо передо мной, и я думала, что превращусь в запечённую утку.

Вспоминая те времена, я услышала запоздалый ответ:

—Спасибо.

—…

—И перестаньте уже извиняться.

Это была короткая, резкая фраза. Затем, после небольшой паузы, последовал тихий шёпот:

—Я всё слышала.

В углу, свернувшись калачиком, как будто испытывая неловкость, зашевелилась фигура. Наконец, она приблизилась к решётке, и я впервые за долгое время увидела лицо Сэлли.

—Они сказали, что это не вина герцогини.

—Откуда ты это знаешь?

Мой голос непроизвольно дрогнул. Сэлли, облачённая в тёплую одежду, выглядела немного округлившейся, её пухлые щёки слегка подрагивали. Кажется, тюремщики выполняли мою просьбу и кормили её хорошо.

—У меня ведь есть уши. В последние дни я не могла уснуть из-за шума, который поднимали люди вдовствующей императрицы.

Видимо, в тюрьме, где было полно людей императрицы, Сэлли тоже много чего подслушала. Девушка, до этого раздражённо качавшая ногой, внезапно остановилась.

—Говорят, мой дедушка предал жителей поместья. Это правда?

Её голос звучал почти безразлично, как будто она уже привыкла к этим словам.

—Он сделал это, чтобы найти тебя, — я невольно попыталась оправдать её дедушку.

—Да, мой дедушка был человеком, который сделал бы что угодно ради меня.

В наступившей тишине были слышны только звуки капающей воды с влажного потолка подземелья. Наконец, не выдержав, я первая прервала молчание:

—Прости, что всё так получилось.

Это была скорее попытка утешить её, нежели извинение за её дедушку. Сэлли пожала плечами, а потом перевела разговор в другую плоскость, как будто больше не хотела обсуждать своего дедушку.

—Простите и меня. Я видела, как Вы даже выпили яд, чтобы нас освободить, а я всё равно Вас неправильно поняла и даже наняла убийцу, чтобы убить Вас. Простите.

Это было неуклюжее извинение, но в нём легко читалась её искренность: она хотела оставить всё это в прошлом.

—Всё в порядке.

Я решила оставить всё как есть. Больше ни извинений, ни попыток объясниться. Только сосредоточенность на настоящем.

—Большинство жителей поместья, проданных в рабство, удалось вернуть.

—Это хорошо. Теперь можно будет спокойно спать.

Сэлли с недовольным видом надула губы, но её глаза, наполненные слезами, выдавали истинные чувства.

—Да.

Когда наши взгляды встретились, я невольно улыбнулась. Это заставило Сэлли посмотреть на меня ещё более укоризненно.

—И перестаньте сюда приходить. Слушать Ваши скучные истории часами — настоящее наказание.

—Вот как…

Я, казалось, испытывала гордость за своё умение развлекать, но её слова слегка задели. Сэлли тяжело вздохнула, словно недовольная.

—Я не говорю, что они совсем невыносимые, но… — она понизила голос и указала на стену позади меня. — С тех пор как Вы начали таскать за собой это, я не могу произнести ни слова.

—А-а…

Я оглянулась назад. В темноте пугающе светились красные глаза.

—Что ж… с этим я ничего не могу поделать.

—Тогда больше не приходите.

Сэлли продолжила бурчать, время от времени бросая настороженные взгляды мне за спину.

—Вы просто приходите и кашляете. Знаете как страшно, когда герцогиня кашляет? Я даже не виновата в том, что герцогиня простудилась, пока приходила сюда.

Я терпеливо посмотрела на Сэлли, которая явно была не в настроении.

—У меня уже голова раскалывается, лоб сейчас треснет, честное слово.

Кажется, я действительно недооценила ситуацию. Пока лоб Сэлли не треснул, я торопливо вытащила из-за пазухи приглашение.

—Я просто передам это и уйду.

Просунув бумагу между прутьями решётки, я заметила, как Сэлли нахмурилась.

—Что это?

Её прямой вопрос застал меня врасплох. Я не ожидала, что придётся самой объяснять содержимое этой бумажки. Уши моментально вспыхнули от неловкости.

—Это… э-э… скоро состоится императорская свадьба.

—И что?

Несмотря на мои попытки объясниться как можно туманнее, Сэлли лишь ещё больше наморщила лоб.

—Император женится.

—И?

Сэлли подняла на меня взгляд, полный недоумения, как бы говоря: «И какое отношение это имеет ко мне?»

—Э-э… ну… это значит…

Мой невнятный лепет был прерван раздражённым кашлем сзади. Одновременно Сэлли бросила на меня острый взгляд, требуя как-то разъяснить ситуацию. Под давлением со всех сторон я закрыла глаза и выдала правду:

—Я выхожу замуж!

Честно говоря, это звучало недостаточно понятно.

—Нет, я выхожу замуж. За Его Величество Императора. То есть я стану супругой Его Величества...! — выпалила я, запинаясь на каждом слове.

Однако, чем больше я говорила, тем больше путалась. Я, заливаясь краской, замолкла и ждала реакции Сэлли. Её ответ был куда более равнодушным, чем я ожидала.

—А-а, я так и знала.

—Что? Ты уже знала?

Я заморгала в удивлении, глядя на её спокойную реакцию. Сэлли кивнула в сторону за моей спиной.

—Тут же всё и так ясно.

—Кхм-кхм.

Я смутилась и, чтобы скрыть неловкость, откашлялась.

—Я же говорила, не кашляйте! — шёпотом заметила Сэлли.

—В любом случае, ты тоже приглашена. Вот приглашение.

Я предпочла не упоминать, что дату свадьбы специально подогнали под её освобождение. И уж тем более не сказала, что, когда я предложила отложить церемонию, Кардан решил, будто это моя попытка сбежать, и стал следить за каждым моим шагом.

—Тебя выпустят вовремя, так что приходи, хорошо?

Сэлли громко высморкалась в ткань своей одежды и кивнула:

—Если уж на то пошло, то ладно, приду.

—Спасибо.

После ещё нескольких громких всхлипов она сказала:

—А теперь уходите, пока у меня лоб не треснул.

Под её настойчивый тон я неохотно поднялась. Едва встав на ноги, я ощутила, как кто-то приобнял меня за плечо и повёл прочь.

—Увидимся на свадьбе!

Это всё, что я успела крикнуть в ответ, надеясь, что мы ещё встретимся за пределами этой тюрьмы.

—Сегодня ты задержалась на целых десять минут.

Кардан, выведший меня из подземной тюрьмы, мрачно поджал губы. Морщины на его лбу стали ещё глубже, чем обычно.

Конечно, в последнее время он всегда был в дурном настроении, но сейчас особенно. Наверное, ему не понравилось, что я уделила столько времени Сэлли — главной виновнице переноса свадьбы.

Раньше одно только движение его брови заставляло меня сгибаться в поклоне. Но теперь я была уже не той герцогиней Валлоа. Даже если Кардан хмурился, сводил брови или бросал на меня свой холодный взгляд, я оставалась невозмутимой.

—Ха-ха, просто… как-то неловко было говорить о свадьбе, — с улыбкой честно призналась я.

Неожиданно его выражение лица смягчилось. Я была поражена, насколько резко это произошло.

—Чего тут стыдиться?

Кардан тихо рассмеялся и притянул меня ближе. Его ранее мрачные глаза, сверкнув, превратились в сияющие рубины. Растерянная от его внезапной перемены, я почесала затылок. Честно говоря, я не понимала, что его так радует.

—Стыдно, потому что я столько раз ругала тебя при Сэлли. Я всё валю на тебя: мол, это из-за тебя её сразу не выпустили.

Едва я это сказала, как его обнимающая рука медленно опустилась. Красные глаза моментально потемнели, но я заметила это слишком поздно.

—И да, ещё я говорила, что ты бессердечный холодный человек, которому наплевать на смягчающие обстоятельства…