Том 1 · Глава 22. 2
Ты извиняешься?
Ран кивнул головой, чувствуя, как его сердце колотится от беспокойства.
Больше так не делай.
Сциллия обняла лиса. Ран, к своему удивлению, понял, что никогда не сможет причинить вред невинному человеческому существу. И это несмотря на то, что он оставался монстром, у которого не было для этого природной сдержанности. Даже сейчас он голоден, и его порочные порывы бушевали внутри… но, подобно девятихвостому лису, который не может отказать в просьбе своему товарищу, он извинился.
После инцидента с попыткой съесть Шулу отношения между ними таинственным образом окрепли. Когда Сциллия приходила домой с работы, она всегда играла с Раном, и лис также был доволен этим. Что Ран любил больше всего, так это охоту. Это была игра, в которой Сциллия засовывала руку под одеяло, а Ран «охотился» на неё.
В шутку говорят, что у лисов собачье тело, но кошачья душа, и Сциллия убедилась в этом на собственной шкуре. Она чувствовала себя так, словно наткнулась на злющего кота, когда Ран забирался высоко наверх после того, как делал что-то не так.
Если подумать, ты сегодня ещё не ел.
Сциллия была занята перетаскиванием клетки.
Сегодня сочная курочка.
Сциллия выжидающе смотрела на Рана, но лисенок никак не реагировал.
В чем дело? Попробуй.
Она была озадачена и поднесла клетку к его носу. Ран резко отвернулся.
Почему ты отказываешься есть?
Ран свернулся калачиком в углу клетки и уставился на курицу. Обиды, которые копились все это время, прорвались и отражались в его взгляде.
Сциллия пыталась убедить маленького лисенка.
Нужно потреблять энергию каждый день, не пропуская ни одного дня. Ты не можешь питаться человеческой энергией.
…
Ты ведь активно растешь, так почему не хочешь есть?
Ран медленно поднял передние лапы к клетке с курицей. Сциллия подбадривала его с сияющим лицом.
«Ладно. Давай, давай поедим…»
Бам! Бам!
«…»
Клетка с грохотом упала набок, когда передние лапы Ран разломали железные прутья. Он был похож на маленького, но очень сильного львенка.
Лицо Сциллии потускнело.
Что ты делаешь?
Кью.
Ран ответил, не проигрывая. Даже его круглые, похожие на медовые леденцы глаза стали по-своему дикими. Это было явное возражение.
Кто научил тебя переворачивать миску с рисом?
Кью!
Так трудно было поймать ее живьем…
Кью!
При звуке, донесшемся до ее ушей, на лице Сциллии появилось подозрительное выражение. Ей показалось, что лисенок громко смеялся над ней.
Кью кью…
Нет, ей не показалось!
Т-ты…
У Сциллии был потрясенный вид.
Должно быть, лису показалось очень забавным, что она так усердно трудилась, чтобы поймать этого маленького цыпленка.
Взгляд, который исходил от маленького лисенка, был очень дерзким.
Где ты этому научился?
В знак протеста Ран постучал передней лапой по клетке с цыпленком.
Прекрати сейчас же!
Кью кью кью!
«Мне не нравится эта еда!»
Сциллия может понять чувства Рана, но она не смогла проигнорировать его грубое поведение и поймала.
Если продолжишь вести себя грубо, останешься без еды.
Ран упрямо отвернул голову и лег обратно.
Я ничего тебе не дам, пока ты не извинишься.
Сциллия думала, что Ран немедленно подойдет к ней со склоненной головой. Однако этого не произошло ни на следующий день, ни через день. Ран только лежал, свернувшись клубком в углу, и не двигался.
По какой-то причине с самого первого дня ничего не давалось им легко. И в этом нет ничего удивительного. Это была комбинация монстра, у которого терпения меньше, чем у собаки, и рыцаря, который всю свою жизнь практиковал сдержанность и самоконтроль.
Сциллия была немного опечалена тем фактом, что ей пришлось сурово обучать Рана, чтобы он мог научиться терпению и сдержанности даже будучи монстром.
Я не могу продолжать морить его голодом… Вдруг у него возникнут проблемы со здоровьем…
Шула насмешливо посмотрела на Сциллию, когда та в отчаянии взъерошила свои волосы.
Не волнуйтесь, командир. Он не так голодает, чтобы умереть.
Но у него, похоже, уже закончились силы.
Это вполне естественно, если он не ест.
Такого раньше не случалось, так что же произошло сейчас?
Шула наклонила голову и сказала.
Может быть, он подавлен?
Подавлен?
Лицо Сциллии выражало удивление от новости, которая грянула как гром среди ясного неба.
Он каждый день находится внутри дома. Должно быть, дело в этом, ведь раньше он жил в лесу.
Может, мне стоит выпускать его на задний двор? Так будет немного лучше.
Шула коснулась своего лба.
Командир, ты безрассудна.
Нужно только расширить барьер на внешнюю часть дома.
Насколько большим ты думаешь его сделать?
Примерно до заднего двора. Все, что находится дальше
У тебя достаточно святой энергии для этого?
Сциллия прикусила губу в ответ на непреднамеренный вопрос Шулы.
Что?
Шула заметила странную тишину и повернулась к Сциллие. Командир побледнела.
Командир?