Том 1 · Глава 25. Скандал (4)
…Хисун. Спасибо. Но я всё равно думаю, что стоило бы убедиться тогда.
Да?
Угу. Честно сказать, когда я встретила отца Ли Бомджина, у меня возникло нехорошее предчувствие. Если бы я убедилась, может, мы бы не расстались… Наша Хисун с детства была бы с отцом… Маме кажется, что она сделала что-то плохое для своей дочери.
Не думай о всяком разном. Прошлого не вернуть. Минуло уже 19 лет.
Я смело продолжаю.
Хорошо иметь папу, но мне нравилось жить с мамой вдвоём. Вряд ли я была бы счастливее будь папа. Так что не думай о том, что сделала что-то плохое. Ведь мамина дочурка очень счастлива!
….
Мама в итоге расплакалась.
Мне тоже захотелось плакать, но я сдержала слёзы и обняла маму.
Хисунъ!
Охотник Бесконечности-ним!
Наша Хисунъ! Кьяа, пресс-конференция была просто потрясной!
Взяла да изгнала его! Вот это по-нашему!
Но разве американский Охотник не красавчик?
Он ведь старик, нет?
Друзья, которых я пригласила на ужин, закричали и обняли меня, как только увидели, и начали болтать во время еды.
23 года, нет, 24 года, если по корейскому возрасту. В каком месте 24-летний мужчина
Он старше меня на 5 лет, а значит старик!
Эй! Это распространяется на возраст на 10 лет!
Ну ты и псих! Если на 10 лет, то сейчас тебе 9 лет!
Ха, верно. Это наш самый юный возраст, юху!!! Всего 10 лет!
Тебе 10 лет! Мне столько же лет! Однозначно ровесники!
Откуда такая конкретика? Неужели…?
Ч-что?
Эй, возьмите её за руки.
Нет! Ребята, пустите!
Вау, а это не парное кольцо у тебя на шее?
Ты часом не встречаешься с тем горячим парнем из учебной комнаты?
Ого! Арабён, у тебя есть парень!
Эй! Как далеко вы зашли? Чмок? Или поцелуй?
Дура!
Гляньте-ка, как покраснела! Сто процентов поцелуй!
Чха Гаын! Убейся!!!
Не нравится? Кьяхахахахахаха!!!
Как обычно, я смотрю на своих друзей и думаю.
«Шумные.»
Но мне очень нравилось наше знакомство.
Как будто напряжение, которое накопилось за это время, спало.
Хисунъ-я, ты теперь будешь жить здесь? Дом довольно хороший.
Спросила меня Чхэ Асиль, пока я щёлкала языком, глядя на бегающих друг за дружкой Пак Ара и Чха Гаын в большой столовой (здесь есть отдельная столовая!).
Чхэ Асиль – моя подруга, которая в групповом чате использует ник «Король Квангэтхо», она мечтает стать историком, как её мать.
В школе она была президентом студсовета и училась лучше меня.
Она планирует поступить на исторический факультет корейского университета с полной стипендией.
До поры до времени.
Не будешь покупать новый? Или гильдия уже присмотрела для тебя вариант? Я слышала, что гильдия покупает дома для высокоранговых охотников.
Нет. Это па… То есть, это дом Министра Департамента по способностям. Новый дом. В старом небезопасно, поэтому я остаюсь здесь.
Это дворец нашего Лучника!
Закричала Ван Синхи, большая поклонница моего отца, её глаза сияли подобно солнцу.
Я видела его в фан-клубе. Наш Лучник-ним говорил, что готовит новый дом, чтобы переехать. Наверное, это и есть тот самый дом.
У Министра есть фан-клуб?
Само собой, есть! Хей, и у тебя! Я создала его в Nex Bar Café!
А потом и «Я хочу быть охотником» – ник Юн Кёнгэ в групповом чате, которая теперь «Друг-охотник» – крикнула.
Я удивилась.
Что ты создала?
Твой фан-клуб! У всех высокоранговых охотников есть фан-клуб, верно? Только так можно управлять общественным мнением. Благодаря этому, слухов стало намного меньше.
И всё же, фан-клуб немного…
Я потерла мурашки на руке.
Дети смеялись, как будто я была забавной.
Хисунъ! Ты уже определилась с гильдией?
Спросила Юн Кёнгэ, сверкая глазами.
Нет. Пока нет.
Ты не вступила в гильдию Бомхо? Наш Лучник оттуда. Я думала, что ты пойдёшь к ним. Лучник-ним не предлагал?
То были слова Ван Синхи.
Не думаю.
Хм. Выходит, слухи правдивы? Говорят, что после того, как Лучник-ним передал место главы гильдии Призывателю, заму главы, они сильно поссорились.
Не знаешь, почему?
Не-а. После этого они даже в глаза друг друга не видели.
Ясно.
Если у главы гильдии плохие отношения с папой, то я не хочу идти туда, будь там хоть в разы хорошо.
«Придётся выбрать другую гильдию.»
Кэнгэ, ты прекрасно осведомлена. Посоветуешь хорошую гильдию?
И стоило мне спросить, как Юн Кёнгэ завопила.
Драгоценность!!! Обожаю гильдию Драгоценность!!! Хисунъ, если не хочешь идти в Бомхо, то иди в Драгоценность! Я обеспечу тебе наилучшие условия!
Юн Кёнгэ, ты даже не состоишь в гильдии Драгоценность, так почему ты говоришь об условиях… стоп.
Чхэ Асиль, которая всегда была медленной, но меткой, сузила глаза и сказала следующее.
Ты и охотники-близнецы из гильдии Драгоценность родственники? У меня и раньше были подозрения.
Угх.
Вот и ответ на все реакции Юн Кёнгэ.
Правда?
Унг… Ну… Они мои старшие сестры…
Как и другие, я была удивлена.
Юн Боэ и Юн Сокэ – пара охотников-близнецов, которых называют «Драгоценные сёстры-охотницы».
Поэтому и название гильдии, которой они управляли, было «Драгоценность».
Обе А-класса: старшая сестра Юн Боэ волшебник, а младшая Юн Сокэ – целитель.
Они прославились на весь мир не только своим талантом, но и красотой.
«Они известны своим скверным характером. Особенно младшая сестра Юн Сокэ.»
Какой бы она ни была, я благодарна за такого человека, как Юн Сокэ.
А всё потому, что на пресс-конференции она сделала всё возможное, чтобы исцелить папу, даже потеряла сознание.
Хотя это и не особо помогло, я всё равно чувствую благодарность.
Так вот почему тебе многое известно об Охотнике.
Унг. Верно, мои сестры такие крутые, что я тоже захотела стать Охотником, поэтому и изучала. Но, увы, охотником я не стала. По статистике, бывают случаи, когда в одном доме больше двух охотников…
Будучи подавленной, Юн Кёнгэ вздохнула.
Но почему ты нам не сказала?
Хван Ын, лучшая подруга Юн Кэнгэ, выглядела сердитой.
…Я в разы хуже своих сестёр. Я не такая красивая…
Хван Ын стало её жаль, словно она никогда и не сердилась.
Чха Гаын с криком подскочила и уперла руки в бока.
Юн Кёнгэ, у тебя есть кое-что особенное, чего нет у твоих старших сестёр!
И что же это?
Это–
Чха Гаын изобразила руками цветок под подбородком.
Я!
…..
Атмосфера была ледяной.
Чха Гаын в отчаяние крикнула.
Хэлп!
Чхэ Асиль щёлкнула языком, а Чха Гаын подошла к ней сбоку и точно также сделала руками цветок под подбородком.
….
Хван Ын вздохнула, после чего велела ей отодвинуться, и та послушно отступила.
Пэк Ёнсун сделала это деликатно, а Ван Синхи покачала головой, но тоже присоединилась.
Потом их взгляд остановился на единственном оставшемся человека – на мне.
И через не хочу, я последовала за остальными.
….
Юн Кёнгэ выглядела так, будто вот-вот расплачется.
Но вскоре она заулыбалась, достала телефон и сфотографировала нас.
Словно хотела запомнить этот момент надолго.
Чха Гаын воскликнула.
Эй, давай сфоткаемся вместе!
Да-да! Ты тоже делай цветок!
Одна ты осталась! Давайте сделаем все вместе!
…Ладно!
Мы хихикали и фотографировались в позе цветочной чашки.
После чего Ван Синхи вдруг стала очень серьёзной и подошла ко мне.
Милашка Хисун-я.
Для неё это было странно, поэтому у меня побежали мурашки.
Что?
Хочу спросить тебя кое о чём, ради нашей дружбы, ответишь честно?
Страшно.
Не спрашивай.
Нет! Я спрошу!
Ван Синхи крепко сжала мои плечи и с огоньком в глазах спросила.
Ты встречаешься с нашим Лучником?
Говорят, что если случается что-то абсурдное, разум становится пустым, именно это сейчас и произошло.
Я не могла даже думать, да и вообще пошевелиться.
Бог ты мой, посмотрите на эту реакцию.
Серьёзно? Ты правда встречаешься с Лучником-ним?
Странно, но моя лучшая подруга «Пэксуни», Пэк Ёнсун, которая сегодня была какая-то молчаливая, спросила, словно крича.
Я просто моргнула.
Хван Ын, которая лучше всех среди нас умеет поливать грязью, начала ругаться.
Реально? Ты правда встречаешься с Лучником-ним? Он что, рехнулся? Ему 39! А ты мало того, что меньше в два раза, так и моложе на столько же! Вот извращенец!
Папа.
Что?
Лучник-ним. Ли Бомджин
На секунду все застыли.
Затем, со сморщенным лицом, Хван Ын, которая только что говорила об извращенце, ярко улыбнулась.
Ух ты, папа нашей Хисун такой крутой!
….
Невероятно красивый, талантливый, да к тому же герой нашей страны! Вау!
…Так вот как «переобуваются»∗.
Прошептала Чха Гаын, и Хван Ын впилась в неё взглядом.
Я снова моргнула и рассмеялась.
Другие тоже засмеялись, но не Хван Ын.
Прости! Правда прости!
Начала извиняться Хван Ын.
Не страшно. Ты ведь не знала.
Но Министр в самом деле твой отец? Нет, серьёзно. Обалдеть, значит, твой отец–
Ты держала это в секрете из-за обстоятельств?
Спросила Юн Кёнгэ.
Нет. Я просто узнала об этом.
Я кратко рассказала обо всём своим любопытным друзьям.
Мы впервые встретились во время теста на способности, а потом узнали, что мы отец и дочь.
А произошло всё это потому, что 19 лет назад папин отец создал недопонимание между мамой и папой, из-за чего они расстались.
Х и правда плохой человек.
Подытожила Чха Гаын.
Ай, прости, обругала твоего дедушку.
Не страшно. Можешь смело ругать. Я даже не похожа на своего деда. Буду называть его папиным отцом.
Ван Синхи, большая поклонница папы, вздохнула и сказала.
А мне нравился дедушка премьер-министр… Он отец нашего Лучника-нима, цветочный дедушка… Хотя ходят слухи, что он не в лучших отношениях с Лучником-ним.
Есть такие слухи?
Ага. Слышала, он не любит находиться в одном месте с дедушкой премьер-министром. Поэтому их совместных фотографий очень мало. Я однажды видела одну, и лицо ну прям не очень. Он смотрел на него, как на босса подземелья.
Понятно. Тогда, какие у него отношения со старшей сестрой? У него ведь ещё старшая сестра.
Думаю, у него хорошие отношения с членом собрания Ли Чонджин. Они не проводили совместных мероприятий, но он открыто говорил, что у неё всё получится. Во время праздников он обедает с семьей депутата Ли Чонджин. Видела пару фотографий.
Ясно.
Ого-ого, моя подруга
Сверкала глазами Ван Синхи, но затем нахмурилась.
Но разве ты не собираешься раскрыть, что вы отец и дочь?
Я собираюсь раскрыть, но– позже. Пока ещё шумно.
Да даже если и шумно, ты должна раскрыть это сейчас. Так будет лучше.
Юн Кёнгэ говорила серьёзно, но что-то казалось странным.
Что случилось? Ты что-то слышала?