Том 1. Глава 167

Глава 166.

При крике Фирентии глаза Абинокса таинственного цвета, напоминавшего синее море, несколько раз моргнули.

А затем он сжал кулаки и крикнул в ответ:

—Я хо-хочу взять на себя ответственность!

—…Правда?

—Да! На самом деле я собирался обозначить чувства сегодня, поэтому принёс это! — Абинокс достал из кармана маленькую коробочку.

Внутри было жемчужное кольцо белого цвета.

Оно было прекрасно, как любой драгоценный камень, но без холодного блеска.

Это было идеальное кольцо от Абинокса, восточного мужчины, чтобы сделать предложение такой добросердечной девушке, как Лоране.

Пока Фирентия молча смотрела на кольцо, Абинокс, казалось, воспринял её молчание в другом ключе:

—Я тор-торопился, поэтому это всё, что у меня есть сейчас, но я уже подумал о наборе обручальных колец, которые закажу позже!..

—Набор обручальных колец? Что это?

—Восточный обычай. Мужчина на востоке готовит двенадцать колец и делает предложение. Если женщина принимает его, то носит новое кольцо каждый месяц в течение года, а затем играется свадьба… — ответил Абинокс, угрюмо смотря на кольцо, которое приготовил. — Я мог бы прийти в любой ювелирный магазин и купить двенадцать колец, но не хотел делать предложение Лоране подобным образом. Поэтому в сокровищнице семьи Руман в столице я выбрал то, что подойдёт ей больше всего… — его плечи поникли. — Но она сегодня не пришла.

Он выглядел таким несчастным, что Фирентии стало жаль Абинокса, которого она недавно избила своей книжкой.

Сев напротив него, Тия посмотрела на Абинокса:

—Когда до вас дошли слухи о свадьбе Лоране?

—Мой брат, Ригнит, сообщил мне сегодня утром. Слухи уже ходят по столице. Я даже не знал, что леди Лоране встречается с принцем…

Если это был Ригнит, то он уже давно знал об этом.

Пусть не так профессионально, как Бэйт приносит мне информацию, но он делает что-то подобное для Фереса.

Абинокс снова вздохнул, закрывая коробочку.

—Леди Лоране в порядке? — его голос звучал обессилено.

—Господин Абинокс, вы не злитесь? Пока мы с вами разговариваем, девушка, которую вы любите, ведёт разговор о браке с другим мужчиной.

Честно говоря, я думала, что он хоть немного разозлится.

Однако Абинокс покачал головой:

—Я знаю, что леди Лоране сейчас грустнее меня. Так как я могу злиться? — беспомощная улыбка Абинокса, который сказал это, была очень похожа на улыбку Лоране.

Сейчас эти двое больше беспокоятся друг о друге, чем о себе.

Вместо своей печали и боли они думают о том, что другому человеку тяжелее.

Поэтому они лишь страдают от холода в груди и жалеют.

—У меня есть кое-что, что я должна передать господину Абиноксу, — Фирентия взяла в руки книгу стихов.

Книга открылась, обнажая аккуратный белый конверт с письмом, который был спрятан между страниц.

—Это письмо от Лоране. Я пришла сюда, потому что она попросила меня доставить его вам, господин Абинокс.

—Ах, леди Лоране… — получив конверт, Абинокс не сразу прочитал его.

С улыбкой на лице он просто гладил то место, где красивым почерком Лоране было написано «Дорогому Абиноксу».

—Ха-а… — в этот раз вздох вырвался у Фирентии.

Как вы двое можете быть такими добрыми?

Кругом только люди, которые сделают всё, чтобы получить прибыль.

Я очень беспокоюсь.

Абинокс, который какое-то время смотрел лишь на внешнюю сторону конверта, сейчас осторожно начал доставать его.

Молодой мужчина был так осторожен, чтобы не помять ни единой части бумаги.

—И правда, отношения, заключённые на небесах, — покачала головой Фирентия, давая Абиноксу время, чтобы спокойно прочитать письмо Лоране.

Перед дворцом императрицы.

—Императрица-мать ждёт нас. Выходи, — сказала Сераль, словно подгоняя Лоране, которая медлила, сидя в карете.

—Послушайте, мама… — Лоране, которая всё это время колебалась, сидя в карете, набралась храбрости, думая, что больше медлить нельзя.

—…Что ещё, Лоране? — увидев необычное поведение Лоране, Сераль закрыла дверь кареты, открытую слугой императорского дворца.

—Я хочу кое-что вам сказать, — Лоране не могла поднять свой встревоженный взгляд и вцепилась в подол своего платья.

—Это оставит следы на платье, — Сераль убрала руки дочери с платья. — Говори же.

—Я-я не хочу выходить замуж по договорённости. Пожалуйста, измените своё решение, мама, — хрипло сказала Лоране.

Причина, по которой она ничего не говорила об Абиноксе, заключалась в том, что Лоране боялась навести на него гнев.

Потому что человеком, с которым шёл разговор о браке, был не кто иной, как первый принц.

—Лоране, разве ты не знаешь? То, что ты хочешь делать, и то, что ты должна делать, две разные вещи.

—Я хорошо знаю это. Но я думаю, что есть драгоценные вещи, от которых нельзя отказаться, как бы сильно ни требовалось исполнить свой долг.

—Драгоценные вещи, от которых нельзя отказаться?

Лоране кивнула.

—Что может быть важнее, чем выйти замуж за первого принца и исполнить свой долг?

—…Счастье. Если я вот так выйду замуж за первого принца, я буду несчастна всю свою оставшуюся жизнь, мама. Пожалуйста, измените своё решение, — Лоране, у которой был робкий характер, выжимала из себя всю решимость, которую привыкла подавлять.

Это было заметно с первого взгляда по её дрожащим хрупким плечам.

Но Сераль лишь цокнула языком:

—Лоране.

—…Да, мама.

—Чем выше аристократ, тем больше он имеет и тем большим наслаждается. Поэтому брак по договорённости является частью его жизни с момента рождения, — дружелюбным голосом сказала Сераль, словно увещая дочь. — Каждый проходит через это. Я была такой же. Поэтому перестань упрямится.

—Сейчас, мама, вы счастливы? — спросила Лоране, которая молча слушала слова матери, смотря на неё большими глазами.

—…Что?

—Вы сказали, что вышли замуж за отца по договорённости, чтобы выполнить свой долг. Так вы счастливы, мама?

Сераль какое-то время молчала.

Она просто смотрела на дочь с таким лицом, что было трудно догадаться о том, что за эмоции царили внутри неё.

Тяжёлая тишина, казалось, в любой момент могла задушить Лоране.

Это был внезапный вопрос, но он был наполовину искренним.

Потому что Лоране, смотрев на родителей, никогда не думала ‘Они выглядят счастливыми’.

После долгой тишины Сераль прикоснулась к дочери.

Лоране, инстинктивно сжавшаяся, вздрогнула от прикосновения матери к её волосам.

—Лоране, стремись к власти, а не к любви. Это всегда будет правильным ответом, моя мягкая невинная дочь, — сладким голосом, словно напевая колыбельную, говорила Сераль. — Это лучший совет, который я могу дать тебе как мать.

—Но мама, я не хочу терять любовь из-за власти, — возразила Лоране. — У меня нет к ней никакого желания. Будущее, которое я хочу, это мирная жизнь с тем, кого я люблю.

—Замолчи, — Сераль мгновенно оборвала слова дочери. — Мирная жизнь, которую ты хочешь, ничто без власти, Лоране. Ты можешь обижаться на меня сейчас, но, пожалуйста, знай, что я делаю для тебя лучший выбор.

—Это лучший выбор?

—Жених — первый принц. Когда-нибудь ты станешь кронпринцессой. Не лучше ли иметь возможность всё время видеться с семьёй, чем уехать в дом далеко от центра империи?

—Это так, но… Я не хочу выходить замуж за первого принца…

—Странно, Лоране, — Сераль холодно посмотрела на дочь. — У тебя есть кто-то, с кем ты тайно встречаешься?

—Н-нет! Ничего подобного! — взмахнув руками, вскочила Лоране.

Но это не могло скрыть её слегка покрасневшего лица.

Сераль прищурилась:

—Если он есть, то тебе лучше поскорее избавиться от этих чувств. Имей в виду, что человек, за которого ты выйдешь в будущем, будет Астана, который вскоре станет кронпринцем. Это будет правильным поступком.

Но Лоране схватилась за подол платья Сераль.

И, дрожа, сказала:

—Мама, я не хочу выходить за него замуж.

Вот только реакция Сераль была холодной.

Она какое-то время смотрела на дочь так, словно собиралась пронзить её сердце, а затем сказала:

—Ты не можешь. С сегодняшнего дня ты больше не покинешь одна особняк Ромбарди, Лоране.

—Н-нет, мама!

—Что?

—То есть… Есть некоторые банкеты, на приглашения которых я уже ответила, а ещё есть встречи чтецов…

—Отныне у тебя не будет времени ходить на подобны встречи, потому что ты будешь занята подготовкой к свадьбе. И после того как слухи о твоём визите во дворец для свадьбы распространятся, все поймут, что ты не сможешь присутствовать на банкетах. Отныне ты будущая кронпринцесса, — Сераль счастливо улыбнулась, просто представив это.

Однако вскоре она вернулась к строгому выражению и сказала Лоране:

—Отныне всякий раз, когда ты будешь выходить из особняка, это будет лишь для поездок во дворец и я буду сопровождать тебя. Ты поняла, Лоране?

Если так будет, то я не смогу встретиться с господином Абиноксом, – Лоране склонила голову, скрывая подступившие слёзы.

—Отвечай мне, Лоране! — раздражённо прикрикнула Сераль.

—…Да, мама.

В конце концов у Лоране не осталось другого выбора, кроме как ответить так.

Кабинет императора.

После собрания Рулак ждал императора в его кабинете по просьбе самого Джованеса.

—Ху-у… — потирая воспалённые после долгой встречи глаза, Рулак тяжело вздохнул.

В последние годы он отчётливо чувствовал течение времени.

Сама работа лордом это огромная физическая нагрузка.

—Не пора ли мне отступить? — пробормотал Рулак, чуть усмехаясь.

В этот момент в кабинет вошёл Джованес.

—О, вы пришли первым, — император подошёл и сделал глоток из бутылки, взятой из буфета.

И, не вызывая прислугу, он налил алкоголь прямо в два бокала.

—Не хотите ли выпить? — спросил Джованес, ставя стакан перед Рулаком.

—Впервые за десять лет я пью в Вашем кабинете, Ваше Величество, — сказал Рулак, пристально смотря на золотистую жидкость в хрустальном бокале.

—Хм, так и есть. Я был невнимателен. Стоило раньше предложить вам выпить, лорд Ромбарди.

—Если Вы делаете это из-за железных шахт, то это бесполезно. Если Вы просто хотите заработать деньги, подумайте о другом. Ромбарди может помочь.

—Хм. Это означает, что вы всё же против шахт, — сказал Джованес, пронзительно смотря на Рулака.

—К сожалению, да, Ваше Величество. Риск провала рынка высок.

В ответ на слова Рулака Джованес сделал большой глоток и кивнул.

Это было отношение, которое, на первый взгляд, показывало, что он понял.

—Кстати, я просил вас о встрече не из-за шахт, — сказал Джованес, словно делая шаг назад.

На мгновение Рулак нахмурился.

Император Джованес не из тех, кто так легко отступает.

Именно Джованес демонстрирует более сильную одержимость деньгами, чем кто-либо другой.

Он явно к чему-то стремится.

И Рулак узнал точную причину этого.

—Я позвал вас, чтобы сообщить о том, что решил пригласить дочь Виедзи, Лоране, в качестве будущей жены Астаны.

. .

.

—Пожалуйста, не забывайте ставить «лайк» или «Спасибо», в зависимости от того, где читаете наш перевод. –