Том 1. Глава 88

—Захватила по дороге?

—Открой и посмотри.

Ферес снова посмотрел на Тию и осторожно открыл коробочку.

Как только на него упали несколько лучей солнечного света, драгоценный камень, лежащий внутри, словно раскололся на тысячи искр и засиял ещё ярче.

—Это… бриллиант?

Бриллиантовая брошь, сделанная специально для Фереса.

Однако он даже не прикоснулся к бриллианту, который увидел впервые в жизни, а просто смотрел на него.

—Ну как, тебе нравится?

—…Это великолепно, — в его голосе звучали неоднозначные чувства.

Честно говоря, Ферес словно говорил с лёгкой грустью, поэтому Фирентия сознательно открыла полную правду:

—Она была сделана на заказ специально для тебя.

—Мне нравится, — не думая даже полсекунды, ответил Ферес.

И хоть он, казалось, ожил, Ферес всё так же не двигался.

—Не просто смотри. Примерь. Посмотрим, подходит ли она тебе, — сказала Тия, не в силах побороть нетерпение.

Ферес, растерявшийся на мгновение, достал брошь и прикрепил её к груди.

Драгоценности, отшлифованные с самой великолепной огранкой, которой гордился Кройли, были так прекрасны, что Фирентия не могла оторвать от них взгляда, хоть они и сверкали так, что у неё болели глаза.

—Ах, — слегка застонал Кайлос позади них.

Тия была полностью согласна с его чувствами.

Брошь стоила невероятных денег, поскольку была сделана исключительно для Фереса.

Всё из-за крупного и высококачественного бриллианта, а также небольших камней, что дополняли брошь и были обработаны тем же образом.

—Думаю, она отлично подошла, — Тия была горда тем, что с этой брошью красота Фереса, казалось, ожила ещё сильнее.

Кайлос и Кейтлин энергично закивали, словно соглашаясь с её словами.

—Спасибо, — Ферес тоже не мог оторвать глаз от бриллианта, но его взгляд казался немного странным. — Но она, должно быть, обошлась немного дорого.

—Хм, немного?

«Это слабо сказано.

Если бы я должна была заплатить за неё деньги, то пришлось бы потратить больше сотни золотых.

В эти дни бриллиант всё ещё является камнем, который нельзя купить. Поэтому он доступен не всем, а цена его покупки подскочила в несколько раз.»

—Тебе не нужно беспокоиться об этом. Она хорошо подходит тебе, а этого достаточно.

Ферес коснулся броши на груди и кивнул.

Но вскоре он положил её обратно в коробочку.

—Это будет для особенных дней.

—Ну, подарком распоряжается тот, кто его получил.

Увидев тонкую улыбку на его губах, Тия поняла, что Ферес, казалось, сейчас вновь вернулся к очень хорошему настроению.

Это подняло настроение и самой девочке.

По иронии судьбы, когда Фирентия дарила Фересу этот подарок, ей было любопытно, знает ли он, что она является владельцем алмазной шахты.

—Сейчас следует вернуться… — ощущая, что дует холодный ветер, Тия собиралась сказать, что им нужно вернуться во дворец Фойрак.

—Хм? Я вижу гостью, — раздался знакомый и громкий голос императора Джованеса.

Император был не один.

Императрица и Астана были позади императора, который, заложив руки за спину, вошёл в сад, где были Ферес и Фирентия.

Императрица, которая, вероятно, собиралась провести время с императором и Астаной, даже не пыталась скрыть своё недовольство.

А глаза Тии встретились с глазами Астаны, который первым посмотрел на неё.

Астана, которому сейчас было пятнадцать лет, выглядел словно подросток.

Его телосложение было также ближе к фигуре «первого принца Астаны», которого запомнила Фирентия.

—Приветствую Ваше Величество императора, императрицу-мать и первого принца, — поспешно поднявшись со своего места, вежливо поприветствовала их Тия.

—Кто бы мог подумать, что это будете вы, — Джованес некоторое время переводил взгляд с девочки на Фереса и обратно, а затем, наконец, заговорил с ней дружелюбным голосом. — Давно не виделись, Фирентия. В последний раз это было тогда, когда Галлагера награждали медалью дня Основания, не так ли?

Сказав это, на лице императора появилась улыбка, похожая на улыбку человека, который жил по соседству и был очень дружелюбен.

«На самом деле трудно представить, что этот человек умнее всех и умеет быстро просчитывать политическую прибыль и убытки.

Куда быстрее меня,» –Тие то ли не нравилось отношение императора к Фересу, то ли её раздражало, что он взвешивал своих детей ради собственной выгоды.

«Однако Джованес — император этой империи.»

—Вы помните это? — заговорила Фирентия с яркой, но словно смущённой улыбкой. — Это большая честь для меня, Ваше Величество.

—Хм? — чуть изогнув бровь, император снова улыбнулся. — Ты умеешь говорить очень красиво.

—Благодарю Вас, Ваше Величество.

«Вежливость и уважение.

Однако без лести и примыкания.

Всё потому, что я Ромбарди,» – не избегая взгляда императора, девочка мягко улыбалась.

В глазах Джованеса вспыхнул огонёк.

Император, некоторое время смотревший на Фирентию, слегка повернул голову и посмотрел на императрицу:

—Не вижу других мест, где можно выпить чашечку чая. Не присоединиться ли нам к этому месту, императрица?

Хоть император и сказал это, у Лабини был лишь один ответ:

—Как Вы пожелаете, Ваше Величество, — однако она не забыла посмотреть на Фереса так, словно собиралась убить его.

В том месте, где сидели Тия и Ферес, поставили дополнительный стол и стулья.

Сад мгновенно охватила атмосфера неловкости и неуютности.

Астана и Ферес, оказавшиеся рядом, даже не взглянули друг на друга, а император неторопливо пил чай в одиночестве, не обращая внимания на неуютную атмосферу.

«Неважно, что делают другие люди, главное, что ему самому комфортно.

Император крайне злой человек.»

Внезапно глаза Тии вновь встретились с глазами Астаны.

«Почему он продолжает смотреть на меня?

Это действительно неудобное время для чаепития.

Ох, хочу поскорее вернуться домой.»

—С Галлагером сейчас всё в порядке? — спросил император Фирентию, которая сожалела, что просто не осталась во дворце Фойрак.

—Да. К счастью, лекарство подействовало так хорошо, что он выздоровел без каких-либо последствий.

—Это очень хорошо, — вмешавшись в их разговор, сказала Лабини.

«Серьёзно?

И это говорит та, кто пыталась отобрать у папы бизнес по производству готовой одежды.»

—И, второй принц, — позвала Фереса императрица.

—…Да, императрица-мать.

Когда Ферес неохотно отозвался, Лабини заговорила с торжествующей улыбкой:

—Я бы хотела, чтобы в будущем Вы как можно чаще принимали гостей во дворце Фойрак. Потому что это место второго принца.

«Проще говоря, это означает, что Ферес не должен выходить наружу и обязан быть заключённым во дворце Фойрак.

Почему же?

Разве Астана не гуляет без проблем где хочет?»

Тия должна была просто допить чай и уйти, но не смогла.

Вместо этого она ответила:

—Это моя вина, императрица-мать, — глаза Фирентии наполнились слезами. — Я хотела увидеть здешний сад, поэтому умоляла об этом второго принца. Ваше Величество, пожалуйста, гневайтесь на меня.

Императрица на мгновение растерялась, а потом негромко кашлянула:

—Кхм. Что ж, если леди Ромбарди так говорит, то я закрою глаза на этот раз…

—Я слышала, что это место, в которое любой, кто вошёл в императорский дворец, может свободно войти и выйти. Я виновата в том, что неправильно поняла это… Мне очень жаль, Ваше Величество, — Фирентия моментально направила стрелку разговора на императора.

«На самом деле всем известно, что данным садом может свободно пользоваться любой желающий.

Императрица сейчас действует крайне абсурдно.

Нет предела тому, что император может сказать в этой ситуации.»

—…Дело не в том, что ты поняла что-то неправильно. Этот сад — место, куда люди могут свободно входить.

—Правда? Тогда каждый раз, когда я прихожу в императорский дворец, могу ли я наслаждаться им, Ваше Величество?

Император посмотрел на Лабини, а затем спокойно кивнул.

—Ох, я так рада!

Император сказал, что проблемы в этом нет, поэтому Лабини нечего было сказать в ответ.

Тия нарочно улыбнулась ещё более невинно и обратилась к Фересу:

—Не верится, что в будущем я смогу снова увидеть этот сад. Вы счастливы, Ваше Высочество принц? — и пнула его ногу под столом.

—Да. И правда, — к счастью, Ферес отреагировал соответствующим образом.

—Благодарю, Ваше Величество! — отстранив императрицу от разговора, Фирентия продолжала улыбаться лишь императору.

Император посмотрел на неё и сказал озорным тоном:

—Похоже, дочери совсем другие. Фирентия, не хочешь стать моей дочерью? Я бы с нетерпением ждал и наблюдал за тем, сколько ещё интересных вещей ты сделала бы, будучи не дочерью Галлагера, а моей.

«Сейчас у меня есть компания «Фелет» и шахта.

Я живу достаточно счастливо и богато.»

Это было так абсурдно, но Тия всё равно задумчиво и изумлённо ахнула:

—Не знаю, что насчёт папы, однако Вашему Величеству, скорее всего, придётся сразиться с моим дедушкой. Будет ли это нормально? Мой дедушка очень любит меня!

—Что? — удивлённый внезапной реакцией девочки Джованес расхохотался. — Ха-ха-ха! Какой остроумный ребёнок, — но в одно мгновение его голос стал тише. — Да. Можно с первого взгляда увидеть, что ты получаешь благосклонность лорда. Бриллианты настолько хорошего качества.

Местом, куда был устремлён взгляд императора, были волосы Фирентии.

А точнее, шпилька в них.

Там были достаточно крупные бриллианты размером с ноготь большого пальца, а также крошечные камни куда меньшего размера, россыпью окружающие те, что больше.

—Я слышал, что в эти дни бриллианты настолько популярны, что трудно найти даже маленькие. Если он может позволить себе купить достаточное количество для шпильки своей внучке, любовь лорда и правда велика, — когда Джованес говорил это, его взгляд не сходил со шпильки девочки.

А в глазах горело сильное желание владеть драгоценностями.

Было ясно, что император серьёзно относился к расширению размеров алмазного бизнеса, как только тот был основан.

Он также попросил одного из своих людей тайно купить набор украшений, состоящий из серёжек и колье.

Фирентия точно знала это, поскольку сама давала разрешение Клеривану.

Невероятное желание получить всё самое лучшее, поскольку он родился принцем, а после стал императором.

«В некотором смысле Джованес великий человек.»

—Мне стыдно за это, однако это не подарок моего дедушки, — сказала Фирентия, поднимая руку и касаясь шпильки.

—Тогда её подарил Галлагер?

—Нет. Я получила её от учителя, Ваше Величество.

—Учитель? — Джованес вопросительно наклонил голову.

—Да. Клериван Фелет, управляющий компании «Фелет», — мой учитель.

—Ха, Клериван Фелет? — император был искренне удивлён, словно действительно не знал этого. — Значит ли это, что после своего ухода из Ромбарди он продолжает учить тебя?

—Да. Это так, Ваше Величество.

—Нет никаких сомнений в том, что ты действительно ценный ученик. Даже несмотря на то, как он занят, я вижу, что он продолжает заботиться о тебе!

—Благодаря тому, что он так заботится обо мне, я могу многое наблюдать и учиться ещё усерднее.

—Да, это лучший способ обучения.

Фирентия мгновенно ощутила это всей своей кожей.

Что взгляд императора, смотрящий на неё, изменился.

Однако Астана, который до сих пор молчал, вдруг решил заговорить:

—Что это?

Он взял коробку с брошью, которая всё так же лежала перед Фересом.

—Пожалуйста, не забывайте ставить «лайк» или «Спасибо», в зависимости от того, где читаете наш перевод. –