Том 1 · Глава 298. Подходя ближе, идя дальше (4)

После расширения числа исследователь, я подумал, что неплохо будет встретиться с Папой. Он был одним из самых влиятельных и богатых людей на Земле, и, хоть я сам не слишком преклонялся перед властью, было бы неприлично отказать скромному приглашению человека, имеющего уважение более чем миллиарда земных жителей.

Когда история Возрождения с их попытками спасти Ватикан вытекла в массы, мы получили полнейшую поддержку католичества. И хотя мы бы поступили так везде, где появился бы Король Смерти, с учетом всех наших грядущих деяний было совсем неплохо числиться на хорошем счету у людей, которых нам нужно было защитить.

И если наш имидж укрепит этот визит к Папе, то раздумывать здесь просто не о чем.

Когда я переодевался перед посещением Ватикана, в дверь постучали.

—Герой-Ним, у тебя есть время?

Коль скоро только один человек на свете мог назвать меня Герой-Ним, я, хоть и нахмурился, но кивнул:

—Входи, Сиара.

Не успел я это сказать, как дверь открылась. Застегнув последнюю пуговицу на рубашке, я спросил:

—Разве сегодняшний урок еще не завершен?

—Это не про урок, Герой-Ним. Я просто хотела спросить…

Я наклонил голову. Сиара подошла на шаг ближе.

—Герой-Ним, есть ли причина, по которой ты не сделал меня исследователем Подземелий?

—А, ты все об этом… Может, потому что на этот раз я сделал исследователем Мать?

—Да. Почему-то мне тяжело читать обо всем, что связано с Подземельем. Даже сейчас!..

Сиара кусала губы, будто в страдании. Радужки ее глаз сверкали.

—Мои предсказания оказались неверными. Я не узнала всего про Герой-Нима, отчасти из-за Подземелья. Вот я и подумала, может, если я стану исследователем, то я ведь узнаю больше про Подземелье?

—И всё?

—Нет… Честно говоря, мне немного одиноко.

Меня удивило это признание. Сиара пристально посмотрела на меня и повторила:

—Я хочу больше помогать Герой-Ниму. И я все силы приложу, чтобы повысить свои способности. Герой-Ним, пожалуйста, позволь мне стать исследователем Подземелий.

—Не могу.

—Герой-Ним.

Она уже изменилась и, скорее всего, изменится в будущем. И все же я не мог дать ей стать исследователем, и дело было не в ней.

—Открыв глаза, ты пришла посмотреть на вещи, относящиеся к Подземелью, верно? Твои способности еще растут. Возможно, ты что-то и упустила, но в следующий раз будет уже по-другому.

—Но…

—Твоя способность уникальна и невероятно ценна. Я не хочу, чтобы к ней примешалось что-то еще. Рисковать так мы не можем — наш враг уже научился использовать силы Подземелья как свои собственные. Ты понимаешь, о чем я?

—Да… — последовал слабый ответ.

Похоже, она совсем меня не поняла. Понимая, что она еще слишком молода, чтобы действовать совершенно логично, я слегка потрепал ее по волосам:

—Умница. Теперь ты всегда будешь рядом с нами, так что об этом особо не беспокойся.

—Да, Герой-Ним.

Закончив с ее волосами и заметив, что ее дыхание как-то участилось, я чуть щелкнул ее по лбу и отправился в Ватикан. Там было слишком много народа, чтобы я успокоился.

Папа Римский встретил меня на удивление нецеремониально. После выражения признательности и совместного обеда он предложил мне посетить церемонию памяти жертв. Я вежливо отказался. После этого наша встреча завершилась безо всяких результатов.

Но серьезное общение только начиналось. Когда я уже собирался уйти, распрощавшись с Папой, какой-то относительно высокопоставленный чин преградил мне дорогу. По тому, как на его голове сидела шапочка-пилеолус, можно было догадаться, что он настоятель, или даже, скорее, епископ.

—Мое имя — Симон. После Двух Лун Ватикан тоже учредил орган для слежки за перемещениями монстров. Я его возглавляю.

—Да.

—Я не могу сильно задерживать героя Ватикана. Не примите мой переход сразу к делу за непочтительность.

Он усадил меня в своем кабинете и принес чаю. Он был невероятно ароматным, но я не был экспертом в чаях, так что просто похвалил его после первого глотка. Симон с облегчением улыбнулся и перешел к делу:

—Сегодня вы обратили часть дороги в Ватикане в золото.

—Ага.

Опять забыл! Он горестно улыбнулся, осознав мои эмоции.

—Вы… человек?

—Да, пожалуй.

—Конечно, такие чудеса легко не даются, не так ли?

—Совершенно не легко.

Вот был бы переполох, скажи я, что подобное для меня - плевое дело. Так что я просто кивнул с серьезной физиономией. Симон выдохнул с еще большим облегчением.

Кажется, Дорту был обижен моими разглагольствованиями. Хорошо, что Симон не мог его слышать. Он продолжил:

—Само собой разумеется, что Ватикан не собирается предъявлять права на это золото. Пока мы извлекали тела жертв, применялись все меры для недопущения никого до этого золота. Сам Папа следил.

—Понимаю.

Насколько логично это бы ни звучало, нелегко сохранять холодную голову при виде кучи золота. А тут целая дорога превратилась в драгоценный металл. За такие вещи и войну начать могут. А тут никто даже не тронул? Вот это дисциплина. Возможно, это и есть сила религии?

—Если хотите, мы поможем вам собрать металл.

—Э-э… Не надо.

Подумав еще секунду, я добавил:

—Я дарую это золото Ватикану. Вы понесли тяжкие потери от этого инцидента. Надеюсь, денег от золота хватит, чтобы восстановить хотя бы часть утерянного.

Симон оторопел с отвисшей челюстью.

—Вы хоть знаете, сколько это стоит?

—Много, наверное?

—Ширина — одно дело. Но вот глубина там просто невеорятная. Этот кусок должен весить как минимум несколько тонн.

Теперь оторопел я. Таких объемов я и вправду не ожидал. В голове появились мысли о падении цен на золото, но все же экономика – не моё. Симон в нервном смятении ломал руки и вскоре опять вздохнул.

—Я не могу. Не могу в одиночку. Простите за неудобство, но можете ли вы подождать здесь минутку?

—Да, конечно.

Никогда я не отрицал, что душа моя крохоборствовала с тех пор, как я стал исследователем. Я теперь я дошел до момента, когда могу делать золото по любому своему желанию, и вряд ли когда-нибудь уже поскуплюсь в финансовых отношениях. Конечно, это не означало, что я собрался разбрасываться золотом и рушить мировую экономику.

В любом случае, даже для Ватикана такой подарок был в тягость, как я узнал через минуту. Они нарекли этот кусок дороги «Дорога Героя» и решили сделать ее памятником. То есть, они намеревались просто оставить несколько тонн золота вот так, без манипуляций.

Как только я это услышал, из меня вырвалось:

—Я заберу золото.

—Но мы решили так после долгих прений! Мы не можем сделать по-другому!

Симон обхватил мои ноги, рыдая. Я спросил:

—Вы хоть охранять эту кучу сможете?

—Конечно. Это же Ватикан!

—А как же восстановление?

—Богатств Ватикана достаточно, чтобы заняться этим. Иначе мы бы так не решили.

—И поэтому вам не повредит то, что я заберу золото.

—Пожалуйста…

Он просто молил меня. Слово я был богом, стоящим перед ним, он свел руки и уставился на меня. Надо бы его за ересь сдать Папе…

—Ну вы серьезно, «Дорога Героя»? «Дорога Героя»?!

—Мы обсуждали идею канонизации вас как святого…

—В коем случае я бы объявил войну Ватикану и церкви.

—И поэтому мы отклонили ее.

Вообще, не такая уж ужасная идея была. Это бы обновило имидж церкви, да и я получил бы свою порцию славы. Само собой, Ватикану придется потрудиться, чтобы защитить эту гору золота, но если это у них получится, то «Дорога Героя» станет неизбывным памятником и Ватикану, и мне.

И поэтому я принял ходатайство кардинала Симона – да, он был кардиналом. Теперь любой католик, к ужасу моему, хотя бы раз да услышит мое имя. Сохранив Ватикан от исчезновения с лица Земли, создав несколько тонн золота и оставив эти тонны просто лежать в святой земле католицизма, я, пожалуй, стану какой-никакой, а легендой.

Когда Хвая узнала об этом всем из новостей, она расхохоталась:

—Ой, мой живот! Шин — святоша!

—Я отклонил это предложение!

—Ах-хахаха, ну хотя бы моей маме это жутко понравится. Она католичка.

—Уффф…

—Ну что? Разве не чудесно, когда твоя теща тебя любит?

—Клянусь, когда-нибудь и тебя обзовут святой. И я посмеюсь, ой как посмеюсь.

В ответ Хвая расхохоталась еще сильнее, едва выдавив:

—А тогда… тогда мы сможем быть святой па-арой!

—Фууууу!

И на следующий день мои слова подтвердились. Когда о происшествии стало известно, и, соответственно, о подвиге членов Возрождения начали говорить все, в интернете появилось видео, в котором Хвая огненными струями разит нечисть. На форумах принялись писать, что она – святая очистительница душ мертвецов, а огонь – ее священное оружие. Это описание подхватили СМИ и люди стали называть ее святой. На лице Хваи не осталось и тени вчерашней улыбки.

—У-у-у-у, святая, объятая священным пламенем, у-у-у-у!

—Фу.

Король Мертвецов. Он сплотил Возрождение до невиданного уровня, но в то же время, он «наградил» мастера гильдии и вице-мастера гильдии неизбывными титулами. Как и полагается Королю Мертвецов, он был вне конкуренции даже после смерти.