Глава 1

Глава первая

Перевод и адаптация с китайского языка: Шу Ин(书影 - Shū Yǐng)

Март – время цветения персиковых деревьев.

Только что закончился весенний дождь, и в воздухе витала лёгкая влажность. Из изящного павильона, утопающего в дымке ивовых ветвей, доносились звуки струнных инструментов и тихое пение куртизанок. На фоне лепестков, осыпавшихся после дождя, эта музыка звучала особенно сладострастно.

Белая рука отодвинула занавеску, впуская в полумрак комнаты лучи закатного солнца. Человек, дремавший на кушетке, дрогнул ресницами и открыл глаза. Его тёмные зрачки устремились к золотистому облаку на горизонте.

—Неужели нельзя дать мне поспать подольше?..

В главном зале царила атмосфера празднества. Танцовщицы в полупрозрачных одеждах кружились под музыку, заставляя гостей забыть обо всём.

Градоначальник Фэн Цзыюань, хоть и сохранял улыбку, уже покрылся испариной. Он украдкой взглянул на мужчину, флиртовавшего с красавицей, и, не заметив признаков недовольства, немного успокоился.

После расширения армии Цзиньсю Пинлин перешёл под управление князя Чжэньнаня. Нин Фэй, один из самых доверенных офицеров князя, прибыл сюда для набора рекрутов. Фэн Цзыюань изо всех сил старался угодить высокому гостю. Если бы из-за капризной куртизанки настроение Нин Фэя испортилось, все усилия пошли бы насмарку.

Когда танец закончился, в зал вошла юная служанка и, опустившись на колени, сообщила:

—Госпожа Цинъянь беседует с подругами о музыке и не может покинуть свой двор. Если господин желает её видеть, прошу проследовать в павильон Цинъюань.

Фэн Цзыюань облегчённо вздохнул:

—Господин Нин, прошу вас.

—Мне расхотелось, — равнодушно ответил Нин Фэй, не отрываясь от девушки у себя на коленях.

Фэн забеспокоился:

—Вы разгневаны? На самом деле...

—Что за высокомерие? В конце концов, она всего лишь продажная женщина, — усмехнулся Нин Фэй. — Если бы она действительно была так чиста, разве опустилась бы до этого?

Стоявшая рядом служанка вдруг вмешалась:

—Если бы такие знатные господа, как вы, не интересовались ею, разве стала бы Цинъянь знаменитостью Пинлина?

В зале воцарилась тишина. Все с тревогой наблюдали за выражением лица Нин Фэя.

Прежде чем Фэн Цзыюань успел её отчитать, Нин Фэй неожиданно улыбнулся:

—Хорошо. Если даже служанка такова... Веди!

За маленькими воротами открылся изысканный сад, где среди цветущих деревьев мерцали огни фонарей.

Повернув за галерею, Нин Фэй ощутил лёгкий аромат благовоний. В этот момент из бокового павильона донёсся весёлый смех и голос:

—Сюэин сегодня в ударе. Попроси её помочь с той мелодией, иначе на следующем выступлении...

Голос был тихим, но для Нин Фэя он прозвучал, как гром среди ясного неба. Он оттолкнул служанку и ворвался в комнату, заставив женщин вскрикнуть от неожиданности.

Увидев сидящих внутри, он остолбенел.

Одна из женщин, небрежно развалившаяся на кушетке, сначала насторожилась, но, узнав Нин Фэя, лишь слегка удивилась и спокойно спросила:

—Господин тоже пришёл послушать музыку?

Не дожидаясь ответа, игравшая на цитре девушка вскочила:

—Ты что, забыл, как надо входить?! Ломишься, как дикий зверь!

Но Нин Фэй не обратил на неё внимания. Его взгляд был прикован к женщине на кушетке. Распущенные волосы, лёгкая улыбка, свободное одеяние, скрывающее фигуру, никаких украшений – её обычный стиль. Но что она здесь делает?

—Ты...

Она поднялась и подошла к нему вплотную:

—Я — Цинъянь. Господин желает музыки или игры в вэйци∗? — Поскольку он молчал, она улыбнулась и указала на дверь во внутренние покои: — Или, может, сразу хочешь отдохнуть?

Воздух словно застыл. По одному её взгляду девушка с цитрой сердито собрала инструмент и увела остальных, захлопнув дверь перед носом служанки.

—Исяо... Откуда ты здесь? Мы думали, ты погибла, — Нин Фэй сжал кулаки, сдерживая желание схватить её.

Она лукаво подмигнула, обвила руками его шею и прошептала на ухо:

—Я жива. Что, хочешь арестовать меня?

Он оттолкнул её, и она плюхнулась обратно на кушетку, рассмеявшись:

—Сколько лет не виделись, а ты всё такой же грубиян.

—Не могу поверить... До чего же ты опустилась!

Она играла прядью волос:

—Жизнь коротка. Надо наслаждаться, пока есть возможность... Кстати, скажи, он вспоминал меня? Если да, пусть зайдёт в гости. Из уважения к прежним чувствам я не возьму с него платы за ночь...

Нин Фэй глубоко вдохнул, пытаясь успокоиться, и, бросив на неё долгий взгляд, молча направился к двери.

В тот момент, когда он уже собирался выйти, она позвала:

—Нин Фэй!

Он замер на месте. Исяо рассмеялась тихим, соблазнительным голосом:

—Ты... правда не хочешь меня? –спросила она шёпотом.

Дверь с грохотом захлопнулась. Вслед ему донёсся её безудержный смех.

Вернувшись в главный зал, Нин Фэй приказал прекратить музыку и вызвать владельца заведения. Фэн Цзыюань, видя его состояние, поспешил выполнить просьбу.

Вскоре появился мужчина средних лет. Не дав ему опомниться, Нин Фэй заявил:

—Я выкупаю Цинъянь. Назовите цену.

Все вокруг ахнули, но никто не осмелился возразить.

—Господин, Цинъянь пришла к нам добровольно. За все эти годы она не подписала ни одного контракта. Если вы...

Не дослушав, Нин Фэй выругался:

—Проклятье!

Пока все недоумевали, он уже выбежал из зала. Вернувшись, он мрачно опустился на место.

После паузы Нин Фэй вдруг улыбнулся:

—Что это вы все притихли? Тут что вам, траурный банкет?

Гости осторожно возобновили веселье.

Его внезапный гнев и столь же внезапное спокойствие озадачили всех, но никто не посмел задавать ему вопросы.

Нин Фэй подозвал к себе девушку и вёл себя, словно ничего не произошло. Лишь изредка в его глазах мелькали тёмные искорки.

Она появилась так же внезапно, как исчезла четыре года назад. Только лёгкий аромат, оставшийся на его одежде, напоминал, что это был не сон.

"Нужно срочно сообщить князю"

Но как он отреагирует?

Фу Исяо стояла у окна в серебристом халате с узорами, похожими на струящийся свет. Её тёмные волосы были небрежно собраны и украшены лазурной шпилькой. Босые ноги касались прохладного пола.

Вошедшая девушка вздрогнула, увидев её в темноте:

—Почему не зажгла свет? Я думала, ты снова убежала!

Она зажгла лампы – это была та самая девушка с цитрой.

Исяо лениво подперла голову рукой:

—Сюэин, скоро Праздник голодных духов∗∗. Если не вернёшься домой, дядя Лин сам приедет за тобой.

Сюэин села рядом:

—Поедем со мной. Если я вернусь одна, отец больше не отпустит меня.

Исяо фыркнула:

—Не прикидывайся. Достаточно приставить ножницы к горлу — и вся семья Лин будет тебя слушаться.

Сюэин надула губы и стукнула её кулаком:

—Вечно ты вспоминаешь этот старый позор!

Исяо с комичным ужасом отпрянула и завопила театральным голосом:

—Муженёк, как же ты жесток!

Сюэин не выдержала и рассмеялась:

—Ну и пройдоха!

Помолчав, Исяо серьёзно сказала:

—Я знаю, ты волнуешься. Возвращайся домой. Со мной всё будет в порядке.

—Врёшь! Ты скрывалась все эти годы, а теперь они тебя нашли. Конечно, они попытаются схватить тебя!

Исяо опустила глаза:

—Я собираюсь в Лучэн.

Сюэин вскочила:

—Ты с ума сошла?! Это же все равно, что добровольно идти в пасть тигру! Хочешь снова прыгнуть со скалы?

—Некоторые вещи нужно выяснить лицом к лицу. Иначе этот яд так и останется у меня в сердце. Бегство — не выход.

Сюэин вздохнула и поднялась.

—Куда ты? — Исяо ухватилась за её рукав.

—Твой серебряный лук, наверное, уже заржавел. Пойду почищу.

—Четыре года не использовался... Конечно, заржавел, — усмехнулась Исяо, глядя на лук на стене. — Но он же здесь. Куда ты идёшь?..

В тихой комнате было слышно только потрескивание свечей.

∗ Вэйци – это китайское название настольной стратегической игры, более известной на Западе под японским названием Го.

∗∗ Праздник голодных духов – это традиционный китайский праздник, посвящённый поминовению умерших и умиротворению блуждающих душ.

Отмечается в 15-й день 7-го лунного месяца (обычно август–сентябрь).

Считается, что в этот день души умерших, не нашедшие покоя (голодные духи), возвращаются в мир живых.

Традиции и ритуалы

Подношения духам – Семьи оставляют еду, деньги и другие дары на алтарях или сжигают ритуальные бумажные предметы.

Зажжение благовоний и фонарей – Чтобы указать душам путь.

Театральные представления – Например, опера для духов, где первый ряд всегда оставляют пустым – для умерших.