Глава 38

Глава тридцать восьмая

Перевод и адаптация с китайского языка: Шу Ин (书影 - Shū Yǐng)

После того как гости расселись, можно было легко определить социальную иерархию Суша. Ближе всего к государю Фэн Цишаню и принцу-регенту Фэн Суйгэ сидели князья, аристократы и высшие военачальники. Чуть дальше – чиновники столицы, а на внешних местах – члены их семей и представители народа, символизируя единение монархии с подданными.

Хотя у Цинь Юя не было официального поста, его семья пользовалась большим уважением в народе, поэтому он занял место в середине зала. Цинь И, его драгоценная внучка, всегда сопровождала его на важных мероприятиях. Заметив пустующее место рядом с Цинь Юем, Фэн Цишань огляделся и спросил:

—А где же наша маленькая Цинь И?

—Ваше Величество, я здесь! — звонко отозвалась девушка, привлекая всеобщее внимание.

Оказалось, она устроилась рядом с Фэн Суйгэ на почётном месте.

—О-о, — с усмешкой прищурился государь. — Как это ты туда попала?

Цинь И, довольная, прижалась к Фэн Суйгэ:

—Я хочу сидеть с Фэн-гэ!

Цинь Юй нахмурился, но прежде чем он успел что-то сказать, Фэн Цишань рассмеялся:

—Пусть сидит. Она с детства привязана к Суйгэ, а сегодня ещё и его день рождения — пусть молодёжь повеселится. Как же я тебе завидую, старина! Сиян уехала, и мне стало скучно.

Наложница с фениксами в волосах мягко улыбнулась:

—С тех пор как Сиян вышла замуж, Ваше Величество всё время по ней скучает. Даже чужих дочерей рассматриваете с особым вниманием.

Наложница с золотыми цветами прикрыла рот рукавом:

—Тогда почему бы наложнице Цзин не родить Императору принцессу?..

Фэн Цишань холодно взглянул на неё:

—Наложница Чжуан сегодня в ударе, я смотрю?

Наложница Чжуан побледнела и замолчала.

Тем временем лицо наложницы Цзин покраснело. Хотя она была любимицей государя, ей так и не удалось забеременеть. Это было её больным местом, и Чжуан, её давняя недоброжелательница, не упустила бы случая унизить её при всех, если бы государь не вмешался.

Переведя дух, наложница Цзин сладким голосом сказала:

—Госпожа Чжуан шутит. У принца-регента сейчас медовый месяц — возможно, скоро нас ждёт радостная новость.

Фэн Суйгэ, которого в этот момент донимала Цинь И, недовольно посмотрел в её сторону. Исяо же молча потягивала вино, делая вид, что не слышит.

Внимание Чжуан тут же переключилось на неё. Увидев, что Исяо игнорирует её, она язвительно улыбнулась:

—В день, когда наследник объявил о свадьбе, сколько же знатных девиц в Суша разбило свои сердца! Многие до сих пор гадают, какая же красавица пленила наследника.

Она намеренно замолчала, оглядывая зал, и, убедившись, что все слушают, продолжила:

—Так в чём же ваш секрет, госпожа наложница?

За время её речи Исяо очистила мандарин. Подняв глаза, она встретилась взглядом с Чжуан – в её глазах читался вызов.

Не отводя взгляда, Исяо вдруг широко раскрыла рот и, к изумлению Чжуан, затолкала в него половинку мандарина.

Чпок!

Кто-то на противоположной стороне зала не удержался и фыркнул. Фэн Суйгэ подавился и закашлялся, а Цинь И, растерянно похлопывая его по спине, с недоумением смотрела на Исяо.

Та спокойно прожевала мандарин и, к ужасу знатных дам, вытерла рукавом сок, стекающий по подбородку. Всё это время она не сводила глаз с Чжуан.

Наложница Цзин, хохоча, уткнулась в грудь государя. Тот, похлопывая её по плечу, с интересом наблюдал за Исяо.

Чжуан, видя, что все едва сдерживают смех, посинела от злости:

—Очень... необычно. Говорят, талантливые люди часто ведут себя эксцентрично. Видимо, госпожа наложница — из таких. Раз сегодня двойной праздник, почему бы вам не показать нам свои таланты?

Исяо стряхнула с пальцев остатки мандарина и встала, словно ожидая вызова.

Чжуан приказала слугам:

—Принесите мою цитру!

—Я не умею играть, — твёрдо ответила Исяо.

—О-о, как жаль, — злорадно протянула Чжуан. — Но у вас такой изящный стан — может, станцуете?

—Не умею танцевать.

—Тут есть музыканты и танцовщицы. Может, споёте?..

—У меня нет слуха.

Чжуан, которую Исяо перебила, разозлилась ещё больше:

—Тогда принесите письменные принадлежности!

—Я неграмотна.

Шёпот в зале нарастал. Чжуан вскочила со своего места:

—Так что же вы умеете, госпожа наложница?!

—То, что мне хочется показать, вам не понравится. Да и Император не позволит.

Все взгляды устремились на Фэн Цишаня. Тот усмехнулся:

—Мне тоже интересно. Если это не выйдет за рамки, я разрешаю.

—Не выйдет. Мне нужен крепкий лук и пять стрел.

В зале поднялся шум. Фэн Суйгэ тихо предупредил:

—Оружие запрещено в присутствии государя...

—Разрешаю! — громогласно объявил Фэн Цишань.

Зал мгновенно затих. Охранник с луком и стрелами колебался, но Исяо уже выхватила у него лук.

—Госпожа Чжуан, встаньте ровнее. И крепче! — Исяо проверила тетиву и взяла стрелу.

Чжуан побледнела и бросилась к государю:

—Что вы задумали?!

Фэн Суйгэ вскочил, но Исяо уже натянула тетиву. Охранник, поняв, что не успеет выхватить меч, приставил к её спине наконечник стрелы. Другие слуги закрыли собой императора и наложниц.

—Немедленно опусти лук!

—Император разрешил, — спокойно сказала Исяо, игнорируя остриё у своей спины. — Наложница Чжуан, отойдите от государя. Если что-то случится, я не возьму на себя ответственность.

Фэн Суйгэ, стиснув зубы, посмотрел на отца. Тот жестом велел всем сохранять спокойствие:

—Что ты собираешься делать?

—Пять стрел — пять золотых цветов. Если я раню госпожу Чжуан, моя жизнь будет платой.

—Хорошо! /– Нет! — одновременно крикнули государь и наследный принц.

Наступила тишина.

Охранник опустил стрелу.

Фэн Суйгэ, с набухшими венами на шее, сдавленно выдохнул и отошёл в сторону.

Под взглядом государя Чжуан, дрожа, поднялась. Вся её надменность испарилась – она выглядела жалкой и беспомощной.

—Раз! — весело отсчитала Исяо, но не отпустила тетиву.

Чжуан рухнула на пол, рыдая.

Прежде чем император успел что-то сказать, раздался звон тетивы. Стрела пронзила причёску Чжуан, сбив один золотой цветок.

В зале воцарилась гробовая тишина.

Охранник, стоявший за Исяо, остолбенел, но затем все понял и вложил ей в руку вторую стрелу.

—Встать! — рявкнул государь. — Как тебе не стыдно!

Чжуан, уже неспособная даже плакать, с помощью служанок поднялась на ноги.

Не дав ей опомниться, Исяо выпустила вторую стрелу.

Раздался резкий щелчок. Второй цветок упал.

—Два, — улыбнулась Исяо, принимая третью стрелу.

—Ваше Величество... — заикаясь, доложила служанка. — Госпожа Чжуан... потеряла сознание.