Том 1. Глава 49

Я была уверена, что она спросит о Совешу. Или, может быть, о принце Хейнли или виконтессе Верди. Я не ожидала, что она спросит меня о герцогине.

—Герцогиня Туаной? — Почему она?

Я уставилась на Рашту, и она ответила тихим голосом:

—А с герцогиней Туаной легко?

Мне показалось, что я ослышалась. Легко?

—Что ты хочешь этим сказать? — Я нахмурилась, и она внимательно изучила мое лицо.

—Ты расстроена?

—Герцогиня Туаной — хороший человек и хороший друг.

—Ну… — Рашта колебалась, скручивая руки вместе: — Рядом с герцогиней Туаной всегда есть мужчины.

—?

—Герцогине, кажется, тоже нравится быть с мужчинами. Я не знаю, можно ли это делать, если она уже замужем. — Она смущенно подняла глаза, потом протестующе замахала руками: -Рашта спрашивает не по плохим причинам. Рашта спрашивает, потому что не понимает.

—Герцогиня Туаной пользуется популярностью у всех, и у мужчин, и у женщин. — Похоже, она мне не поверила.

—Но на вечеринке, она всегда была с мужчинами…

Я вздохнула. Она спрашивает меня, потому что не понимает? На мой взгляд, это еще хуже. Было бы лучше, если бы она имела хоть какое-то представление о том, что говорит, но если она спрашивает по незнанию, то может ненароком запятнать чью-то репутацию. По крайней мере, ей повезло, что она спросила меня и когда мы были только вдвоем.

—Так бывает только на балах. Мужчины и женщины выбирают пару для того чтобы потанцевать.

—Ах…

—С герцогиней Туаной все в порядке, так что впредь не говори ничего подобного.

Рашта коротко ответила «да», и я, повернувшись и пошла к Западному дворцу. Но даже после того, как я вернулась к себе и поговорила со своими фрейлинами, странный вопрос Рашты продолжал терзать меня.

Зачем ей спрашивать о герцогине Туаной?

В настоящее время Рашту не любили и избегали в обществе. Хотя популярный герцог Элги и встал на ее сторону, восстановить ее имидж будет нелегко. Если она интересуется сплетнями…

Тогда случайно?

—Графиня Элиза.

—Да, Ваше Величество.

—Были ли в последнее время какие — то слухи о герцогине Туаной?

—Насколько мне известно, нет.

—Неужели это так…

—О, я слышала, что виконт Лангдель без ума от любви с тех пор, как танцевал с герцогиней Туаной на Новый год.

Графиня Элиза усмехнулась, услышав эту историю:

—Он, должно быть, без ума от нее.

Влюбленность дворян в герцогиню Туаной не была чем — то необычным. Я подумала, а не пытается ли Рашта перевести беседы на другую тему. Неужели я зря беспокоюсь? В любом случае, у Рашты нет такого социального влияния, чтобы повлиять на людей. Прошел всего один день с тех пор, как герцог Элги поддержал ее, и он не мог распространять странные слухи.

—…

Но мне все еще не по себе, когда я вспоминаю, как Рашта постоянно поглядывала на герцогиню Туаной на новогоднем балу.

—А почему вы спрашиваете, Ваше Величество? Вы что-нибудь слышали?

—Спросила Рашта.

Лицо графини Элизы исказилось:

—Зачем ей это делать?

—Я не знаю… Просто сразу скажите мне, если услышите что-нибудь странное.

Я продолжала заниматься предварительными исследованиями о Руибт — собирала информацию у туристов, торговцев и исследователей, которые недавно были на континенте Хва, но их время не было свободным, и они не могли бросить свою работу.

Я была так занята, что забыла о своем дне рождения. Удивительно, но именно Совешу поднял этот вопрос:

—Чтобы добраться до загородного дома, экипажу потребуется несколько часов, поэтому мы должны закончить работу и уехать накануне.

Я как раз заканчивала составление имперского бюджета, прежде чем представить его на утверждение Совешу. Услышав внезапную фразу Совешу, я положила перо на чернильницу. Мне потребовалось несколько секунд, чтобы понять, о чем он говорит.

—Ах. День рождения…

—О боже. — Совешу усмехнулся, как будто мой ошеломленный ответ показался ему забавным: — Императрица действительно забывает обо всем, когда берется за работу.

Это было дразнящее замечание.

—Ты догадываешься, о чьем дне рождения я говорил?

—Теперь я вспомнила.

—Ты должна помнить свой собственный день рождения.

—…

—Ты не возражаешь, если мы уедем на день раньше?

—Я проверю расписание.

Я листала свое расписание, а Совешу снова заговорил:

—Ты помнишь дерево, посаженное рядом с домом? — Я кивнула, и Совешу слегка потянулся, предаваясь воспоминаниям: — Ты была еще кронпринцессой и очень маленькой. Тогда ты была милой.

—…

На этот раз я улыбнулась. В Восточной империи существовала легенда о дереве желаний, суеверие гласило, что, если загадать желание во время посадки дерева, оно сбудется.

Когда я еще была принцессой, я была очень низенькой для своего возраста, и мне было особенно тяжело, когда я меня окружали взрослые. Переживая в одиночестве, не имея никого, с кем можно было бы разделить эти печали, я решила посадить дерево желаний. Правило гласило, что я должна сама вырыть ямку и посадить саженец. Но я была слишком мала и слаба, после нескольких часов бесполезного копания я обняла саженец и потеряла сознание от усталости. Когда я проснулась, то обнаружила, что Совешу роет яму.

—Ваше Высочество! Если вы будете копать, мне придется начать все сначала!

—Все в порядке. Мы же пара. Пара — это как одно тело, так что не важно, ты или я это сделаем.

—…Правда?

—Да. Так сказал мой отец император.

Копать было тяжелой работой, поэтому я смягчилась и позволила Совешу вырыть яму. Выкопав приличных размеров ямку, я положила в нее саженец и засыпала основание землей. Я сложила руки вместе и загадала желание, и Совешу спросил:

—Что ты загадала?

—…Я попросила стать повыше.

—Почему? Приятно быть маленькой.

—Я следую за императрицей, а она всегда выходит за перегородку. Но экран больше меня, так что я не могу видеть…

После я почувствовала недомогание и боли в теле, Совешу тоже пострадал, его ладони были ободраны. Совешу всегда был выше и сильнее меня, но тогда он тоже был молод.

Кончики моих губ приподнялись в улыбке. Когда я посмотрел на Совешу, то увидела, что он улыбается, как будто тоже погрузился в воспоминания.

—Дерево сработало, не так ли? Теперь ты очень высокая.

Я безмолвно улыбнулась, снова взялась за перо и посмотрела на свои бумаги.

Горькое чувство смешивалось с воспоминаниями. В конце концов, мое желание было не о моем росте. Тогда я молилась, чтобы у нас с Совешу были хорошие отношения до конца наших дней.

…Но это не сбылось.