Том 1 · Глава 468. Театральная галерея (Часть 4)

Пока она была погружена в свои мысли, она пропустила звук того, как Дэмиан расстегивает ремень и молнию на брюках.

Мужчина подошел к ней ближе, обхватив ее за талию. Другой рукой он держал свое мужское достоинство, которое стало теплым и твердым. Двигая ею вверх и вниз, он поднес его поближе к ее входу. Дразня девушку, он провел кончиком своего члена по ее промежности. Блестящая влага между ее ног облегчила ему движение, и он услышал, как Пенни резко вздохнула, как только он начал увеличивать темп своих движений.

Но он только дразнил ее, превращая разум и мысли в лужу небытия. Музыка, которая играла снаружи, вибрировала на стекле, слегка сотрясая его. Если бы Пенни положила руки на стекло, она бы смогла это почувствовать, но они были связаны.

Дэмиан входил в нее, но не полностью, достаточно, чтобы дразнить, сдерживая себя и теряя рассудок. Тело Пенни двигалось вперед. Чем больше он дразнил ее, тем больше хотелось освободить руки, чтобы она могла обхватить что-нибудь или положить их куда-нибудь поудобнее.

Дэмиан оттащил ее назад, продолжая растирать свой член, а затем развернул Пенелопу, чтобы посмотреть на беспорядок в ее глазах, который он создал.

Пенни отчаянно хватала ртом воздух. Он мучил ее так, что ей хотелось сжать ноги, чтобы освободиться от того, что она чувствовала. Ее клитор пульсировал, желая и ожидая Дэмиана.

Он провел большим пальцем по ее губам, а затем снова страстно поцеловал, как будто она была только его, и никто не будет обладать ею так, как он. Никто никогда не обнимал ее так, как он. Губы Пенни сейчас выглядели распухшими, щеки покраснели, а зеленые глаза уставились на него.

Находясь так близко к ней, он обнял ее за спину, потянув за шарф, которым обвязал руки. Бросив его на пол, он обхватил девушку, взял обе ее руки и положил на свое мужское достоинство.

Он прошептал ей, его глаза смотрели в глубину ее души:

—Двигай руками, мышка — он отпустил ее. Сердце Пенни забилось громче, чем когда-либо, нервничая, так как это было в первый раз. Его член был теплым в ее руке, твердым и горячим.

Дэмиан, пристально смотревший на нее, не помог уменьшить смущение, появившееся на лице Пенелопы. Чистокровный вампир наслаждался положением, в котором она оказалась. Она видела его не в первый раз, но никогда не прикасалась раньше к этому месту, по крайней мере, не руками. Пенни видела, как актриса и сейчас, и тогда делала свою работу, чтобы угодить своему партнеру, она хотела отплатить тем же.

Он доставлял ей удовольствие с самого начала. Это было мучительно, но ей это нравилось, и где-то что-то подсказывало ей, что вампир это знал. Двигая руками, она начала делать движения вверх и вниз.

—Немного грубей — сказал он ей, его губы приоткрылись, когда она сделала, как ей было сказано. Рука девушки крепко держала его член, качая взад и вперед с нажимом и более грубым движением, после которого он прошипел, глядя на нее. Глаза Дэмиана потемнели, а черты лица, напоминали действие разложения. Он обнажил клыки, как будто готовился впиться в нее.

Услышав его шипение и резкий вдох, Пенелопа почувствовал какую-то радость от того, что она была причиной, по которой он так наслаждался. Чтобы дать ему пощечину, и она двинулась быстрее, прежде чем рука вампира схватила ее за запястье.

—Как храбро с твоей стороны хотеть, чтобы я кончил так быстро — сказал он, играя с ее шеей, а затем девушка услышала, как он спросил:

—Как ты думаешь, ты сможешь сделать больше? — сначала Пенни не поняла, и ей потребовалось больше трех секунд, додумать.

Набравшись немного больше смелости, она прошептала:

—Я могу попробовать.

—Ты сделаешь это? — спросил он ее в подтверждение.

У Дэмиана потеплело на сердце при мысли, что она с готовностью согласилась на это, но в то же время он не хотел торопиться, чтобы Пенни смогла с этим справиться.

Они сейчас были в театре, и он заметил, как ее глаза поймали сцену с актрисой, которая на сцене отсасывала актеру на кровати, когда вампир вернулся со стаканом воды для Пенелопы. Он посмотрел в ее зеленые глаза, ища любой возможный знак, который дал бы ему знать, что с ней не все в порядке, и она делала это добровольно, а не по принуждению.

—Я не ребенок — слова Пенелопы заставили его улыбнуться, язык пробежал по передней части обоих клыков, глядя на нее.

Пенни опустилась на колени, ее разорванное платье продолжало обнажать ее грудь перед его глазами.

Дэмиану хотелось посмеяться над ее поступком, она нервничала, но в то же время хотела доказать ему, что она знает, что делать. С этой мыслью он позволил ей делать то, что она хотела. Пенни, с другой стороны, продолжала качать его орган в своих горячих руках.

Подойдя к нему ближе, она широко открыла рот, не уверенная, подойдет ли он. Выбрав другой подход, она высунула язык изо рта. Судя по тому, как она сейчас сидела на коленях с приоткрытыми губами и высунутым языком, собираясь лизнуть его, он не знал, как долго сможет сдерживаться.