Том 1. Глава 28
Мы вернулись, продравшись сквозь бесконечные благодарности магов, но мне не дали и вздохнуть, как я тут же оказалась перед герцогом.
Этот молоток.
Это было первое, что он сказал после долгого молчания.
Я и так тряслась от напряжения в тяжелой атмосфере, а от его голоса дернулась всем телом.
Да?..
Я говорю о сверхлегком молотке из Партаниума.
Д-да…
«Я как на иголках».
На лице герцога не было и тени гнева, но, «зная кошка, чье мясо съела», я, чувствуя свою вину, не смела поднять головы.
Снова повисла короткая тишина, а затем раздался голос:
Лиам, тебе он не кажется знакомым?
«А? Знакомым?»
Да, Ваша Светлость.
Лиам, который сегодня раздражал меня особенно сильно, тут же поддакнул, один раз кашлянул и начал свое длинное, высокопарное объяснение:
Этот молоток был подарен мастером-ювелиром из королевства Милеф, господином Брускеттой, в честь дня рождения покойного герцога. Это изготовленный на заказ сверхлегкий молоток из Партаниума высшего качества, способный сломать любые магические оковы.
«Погодите-ка. Такого поворота я не ожидала».
Я в ужасе уставилась на Лиама, разинув рот, но он, игнорируя мои отчаянные мольбы, продолжал:
Это шедевр, имеющий астрономическую ценность, от оценки которого отказались даже эксперты! Как бы то ни было, этот молоток из Партаниума, который нигде больше не достать,
Да, мне он тоже показался именно той самой вещью.
«Т-то есть, реликвия покойного герцога? Да еще и... шедевр астрономической ценности?»
«Я не хотела в это верить, но в сухом остатке получалось, что я незаконно использовала вещь герцога».
«Ложь. Пожалуйста, скажите, что это ложь. Бонита же сказала, что это просто барахло, валяющееся на складе».
Я перестала вникать в объяснения Лиама, сыпавшиеся как из пулемета, и мысленно зарыдала.
«Ч-что же делать!»
Чем яснее я осознавала реальность, тем сильнее, казалось, стыла кровь.
И было отчего: империя Клетан славилась суровыми наказаниями за воровство, гораздо более строгими, чем в других странах.
А я, получается, не просто украла вещь аристократа, но еще и незаконно ее использовала?
«Если не повезет, за такое полагается "смертная казнь"».
«А я ведь и так в ситуации, когда моя жизнь висит на волоске и может оборваться от любой придирки!»
«Надо... надо это исправить».
Инстинкт домоседки, желавшей жить мирно и тихо, включил мощную тревогу.
П-простите! Я как раз хотела кое-что сказать Вашей Светлости. Я хотела сказать первой. Ха-ха.
Что?..
То есть... Я бы хотела передать Вашей Светлости одно из моих "прав на желание", можно?!
На самом деле, тут и думать было нечего.
Конечно, «безусловная помощь» Магической Башни — это было нечто, и было жаль отдавать одно из трех желаний...
«Но если бы в этот раз что-то пошло не так, отдуваться за все пришлось бы герцогу Блейлу».
Принцесса, диапазон помощи, которую ты можешь потребовать от Магической Башни благодаря титулу «Ухо Магической Башни», огромен. И ты все равно хочешь это сделать?
Герцог, казалось, был крайне удивлен моим предложением.
«Да. Еще бы. Я и сама прекрасно знаю цену этому желанию, даже без его любезных разъяснений».
«Но оно ведь не дороже моей жизни...»
«Я жить хочу».
Да! У меня их целых три, так что, думаю, будет правильно одно отдать Вашей Светлости.
Хм-м-м.
И... и я х-хотела бы отблагодарить вас за ваше великодушие, за то, что закрыли глаза на то, что я... с-случайно использовала вашу вещь...
Одним словом, это было:
«Даю "желание"! А ты закрываешь глаза на то, что я стащила твою вещь!»
Он, кажется, понял скрытый смысл. Прищурившись, он смерил меня взглядом с ног до головы и наконец кивнул.
Ты щедрая душа, принцесса. Я с благодарностью принимаю.
Ха-ха, что вы. Тогда я... м-можно, я пойду... соберу вещи?
Ступай.
Да-а! Спасибо!
Я поспешно поклонилась и бросилась в свою комнату, пока он не передумал.
«Пусть сейчас они и кажутся дружными, но мир сильных мира сего таков, что тебя сожрут, стоит тебе один раз оступиться!»
«Я устраню все факторы риска и буду жить безопасной жизнью домоседки!»
«Так что пожертвовать одним "желанием"
«Правда…».
Говоря коротко, комикс ждал оглушительный успех.
Первый том «О правилах безопасности в герцогском замке, полном призраков», который я напечатала небольшим тиражом, заплатив Магической Башне кругленькую сумму (вместо того «желания», которое у меня отжал герцог, оставив мне всего два), не только окупился меньше чем за неделю, но и принес прибыль.
Было даже жаль, что я, опасаясь плохой реакции, распространила его только во владениях Блейла и в нескольких крупных книжных магазинах столицы.
Умоляю, дайте и нашему магазину возможность продавать «комиксы»!
Более того, почтовый ящик в особняке герцога ломился от писем, а некоторые даже использовали магические круги перемещения, которыми и один-то раз воспользоваться было сложно, — и все ради того, чтобы примчаться и попросить права на продажу...
Естественно, спрос на следующий том резко возрос.
Р-раз так, мы должны работать еще усерднее.
Давайте просто сотрем кости в порошок.
Художники, участвовавшие в создании комикса, с еще большим жаром и энтузиазмом погрузились в работу.
Более того, они закончили второй том раньше срока и тут же, без передышки, приступили к третьему.
Из-за этого герцог, отвечавший за распространение, был вынужден еще плотнее ужать свой и без того загруженный график. И это...
Коснулось и меня.
У-у-ух...
Я снова проснулась на рассвете.
Время — шесть утра.
Я повертелась, пытаясь снова уснуть, но было бесполезно — яркий солнечный свет заливал всю комнату.
Ха-а, ну пожалуйста...
Было, конечно, мило со стороны герцога, что он, проявив великодушие, «освободил» меня из моей прежней темной тюремной комнаты, но проблема была в том, что эта комната была расположена так, что каждое утро солнце било прямо в нее.
К тому же, сейчас было разгар лета — дни были самыми длинными.
От этих постоянных принудительных подъемов мои нервы были натянуты до предела.
«Хочу... хочу еще поспать».
Я зажмурилась, пытаясь заставить себя уснуть, но в итоге не выдержала борьбы с солнечным светом, который упорно не давал мне покоя, и села.
Я... я не хотела так жить.
Стоило мне открыть рот, как из него вырвался стон.
Я-то надеялась, что после возвращения из Магической Башни станет полегче, но нет. Я, как сумасшедшая, работала весь день, а когда возвращалась, на часах было уже четыре утра.
И даже тогда я не могла отказаться от комиксов, засиживалась за чтением, и не успевала оглянуться, как уже светало.
Учитывая, что из-за особенностей комнаты, стоило солнцу взойти, уснуть было уже невозможно, я, наверное, сократила себе жизнь лет на десять?
Пока я сидела, обхватив голову руками, дверь открылась и вошла Бонита.
Юная леди, вы и сегодня толком не спали.
Она говорила это, но и у нее самой темные круги под глазами свисали до подбородка.
Это была ее «карма»: она каждую ночь собирала сплетни у художников, не спавших над дедлайнами, и в итоге стала их личным разносчиком горячего шоколада.
Бонита, шатаясь, как зомби, поставила передо мной легкий завтрак и тут же начала зевать, не в силах побороть сонливость.
Да, умираю...
Я демонстративно указала на окно.
Чтобы Бониа тоже увидела, как лучи утреннего летнего солнца пробиваются сквозь тонкие кружевные занавески.
Она с усталым видом посмотрела на яркое окно и уныло пробормотала:
Были бы шторы хоть немного плотнее, стало бы получше.
А?
Конечно, хорошо, когда в доме светло, но таким людям, как мы, в особых обстоятельствах, нужно, чтобы и днем было темно...
А.
Я молча слушала ее бормотание, как вдруг меня осенило. Я разинула рот.
«Светонепроницаемые шторы!»