Том 1. Глава 125

Он смотрел на меня с такой суровостью, что казалось, вот-вот убьёт прямо здесь и сейчас.

Шаренте Клаун вызывал у меня целую бурю эмоций. Хотелось его мучить, потом — защищать, а потом — снова злить, хотя при этом прикосновение его неуклюжей руки к моей голове мне нравилось.

—Я же уже говорила, я не твой ребёнок. Точнее, я чудовище, что носит оболочку твоего ребёнка.

—Зачем ты убила её?

—Чтобы выжить.

—А зачем ты хотела жить?

—…

Диалог, шедший как перекрёстный допрос, оборвался на его вопросе. Я не могла ответить, зачем хотела жить.

Вторая жизнь была мне не нужна. Я её не выбирала. Я никогда не стремилась к ней. Я считала свою жизнь догорающим огоньком, и никогда не пыталась его раздуть и продлить свою жизнь.

Глаза Шаренте Клауна сузились. Я не ответила и медленно отвернулась.

Ведь причина, по которой я пришла сюда, была одна: Избавиться от чудовища, которое сама же и создала.

Настало время платить по счетам. Что будет потом…. я не знаю.

Первоначально я хотела всё уладить, вернуться в дом Клаунов, немного отдохнуть, рассказать всю правду и исчезнуть.

Но всё пошло не по плану. Не ожидала, что этот человек придёт за мной.

—Возвращайся, Шаренте Клаун. Мне больше нечего тебе сказать.

—…

—Прости.

Я не смогла больше смотреть ему в лицо и медленно отвернулась.

Позади стоял Мелан — до смерти испуганный, с глазами, полными ужаса, уставившийся на меня.

Когда-то он был худым, хрупким ребёнком... А теперь вот он, выросший, изменившийся..

Была ли это моя вина? Я ли сделала его таким одиноким?

Но теперь, спустя всё пережитое, между нами пролегла слишком длинная и извилистая дорога.

Разговоры уже ничего бы не изменили — только усилили бы неловкость.

По крайней мере, я должна была сама увидеть, чем закончится путь того, кого создала.

—Прощай, Мелан.

Это была первая встреча за очень долгое время. Для меня и для него прошла целая вечность. Семь лет с момента моей смерти.

И теперь, глядя на искалеченного временем мальчика, во рту ощущалась горечь.

Я злилась на него, но всё же задавалась вопросом: почему всё так вышло?

Он был мне отвратителен, но всё же где-то глубоко внутри хотелось хоть раз, хоть немного… пожалеть.

—Хел... Хелла? Это правда Вы? Это действительно вы, Хелла?

—Да. Если уж ты убил меня, то должен был жить достойно, Мелан. Ты должен был сделать всё, чтобы я больше никогда сюда не вернулась.

—Хелла…

Он опустился на пол, словно ноги его отказали. Трость, что он держал, выскользнула из рук и покатилась по полу, а сам он начал сильно дрожать, словно осиновый лист.

Глядя в глаза, полные слёз, мне казалось, что я вернулась в прошлое, и от этого навалилась какая-то безмерная усталость.

Было время, когда я хотела всё забыть. Остаться в доме Клаунов, притвориться, что всё в порядке. Там было тепло. Там меня любили. Там была я — ребёнок, окружённый уважением и заботой, с тёплой едой на столе.

—Так ты… жива?..

—Я мертва.

Я произнесла это тихо, ровно, но с неоспоримой уверенностью. Мелан расширил глаза.

—Я умерла, Мелан. Хеллы больше нет.

—Но…

—Всё, что осталось после того, как ты предал и убил меня, — это мышиная нора, залитая кровью. Ты сбежал один, жил лишь ради себя. Презирал других, делил магов на ранги, использовал детей как подопытных.

—Это… это всё… старейшины… Они сказали, что если я так поступлю… то смогу превзойти Хеллу…

Он бормотал это, словно оправдываясь, но в словах не было ни силы, ни убеждения. Я молча смотрела на Мелана, держа дистанцию.

У меня болела голова. Всё, что я делала с искренностью, привело к худшему результату. Всё потеряло смысл. Я просто хотела вернуть всё обратно. И саму себя — тоже.

«Я найду реликвию и всё обращу назад.»

Думать, что я, втоптав в землю сотни жизней, смогу жить спокойно, было лишь наивной, высокомерной мечтой.

—Так убив меня… у тебя получилось превзойти меня?

—Нет…

Странно было видеть, как взрослый мужчина, куда выше и крепче меня, дрожал от страха. Я когда-нибудь улыбалась ему по-настоящему?

Я знала — и на мне лежала вина. Я ошиблась. И потому…

—Лучше бы нам никогда не встречаться.

Мелан широко раскрыл глаза. Он, кажется, был потрясён до глубины души. Глядя на его испуганное лицо, я ощутила странное чувство.

Я провела рукой по воздуху, создавая меч.

Это был невидимый кинжал, сотканный из ветра.

Из соски-амулета хлынула магия Хеллы, и стало гораздо легче колдовать.

В конце концов, как бы я ни старалась, всё снова сводилось к этой проклятой чёрной магии.

Новое начало и новая жизнь тоже с самого начала пошли не так.

Я убила человека, ступила на путь чёрной магии и снова оказалась в этой грязи, катаясь в ней по своей воле.

Та рационализация, которой я прикрывала себя, в конце концов лишь ещё глубже замкнула меня в одиночестве.

Стоило только раз ступить на путь чёрной магии — и с обычной жизнью можно было попрощаться.

«Сама мысль о возвращении в дом Клаунов была, по сути, просто высокомерием», — подумала я.

—Я пришла, чтобы убить тебя.

—…Что?

—Убить тебя, Мелан. Раз уж ты убил меня — должен был быть готов заплатить соответствующую цену.

—Хе… Хелла… Я… Я был неправ. Я просто… слишком спешил… Ты ведь сама говорила, что я должен стать сильнее. Ты говорила, чтобы я превзошёл тебя! Вот я и старался изо всех сил… Так почему?…

В слезах, начавших капать из его глаз, сквозила обида. Среди них была и растаявшая вина, и слабое облегчение. Я не могла понять его. Сколько ни пыталась — не могла.

—Я тоже старалась. Хотела быть тебе хорошим наставником… хорошим правителем… Но, оглянувшись назад, поняла — всё это было впустую. У меня ничего не получилось.

Когда я жила как Шерина Клаун — всего семь лет — у меня появилось столько людей, которым хотелось оставить прощальные подарки. А когда я была Хеллой Силлопия… если бы тогда кто-то спросил, кому бы я что-то хотела подарить — я бы не смогла назвать ни одного имени. Да и вряд ли я тогда вообще знала, что так полагается.

Не обладая даже нужными способностями, я привела Мелана, чтобы заглушить собственное чувство вины.

В доме Клаунов я начала задумываться: «а что если бы я выросла в чуть более нормальных условиях? Что если бы я тогда нашла для Мелана настоящую, хорошую семью?..»

Теперь у меня остались только сожаления.

Уже слишком поздно.

Я медленно подошла к Мелану. Он сидел на полу и даже не попытался отползти.

Даже когда я приблизилась — не отшатнулся.

Мы оба были сломаны. И он, и я.

Я толкнула его — и он послушно откинулся назад.

Я села ему на живот и медленно подвела кончик меча к его груди. Прямо к сердцу.

Можно было бы попытаться подавить свои чувства и простить Мелана — но он слишком много натворил для этого.

По чьему бы приказу он ни действовал, он разрушил страну, создавал подопытных, убивал детей, использовал запрещённую магию и дал жизнь искусственному существу, которого изначально вообще не должно было быть.

Я не верю, что он действовал один. Если не совет старейшин, то, скорее всего, тот человек за кулисами, управлял им.

—Я ненавижу тебя. Ты убил меня. Ты — чудовище.

—Пожалуйста… позволь мне… все объяснить… Хелла…

—Если бы ты хотел, чтобы тебя выслушали — не следовало убивать меня. Теперь Хеллы больше нет. И нет того, кто стал бы тебя слушать.

Все возможное на исправление ситуации закончилось в тот день, когда Хелла умерла. Разбитый Мелан даже не пытался сопротивляться. Он просто плакал, как беспомощный ребёнок.

—…Ах.

Я наклонилась и прошептала ему прямо в ухо:

—Изначально я хотела полностью лишить тебя магии. Стереть память, вернуть время назад и начать всё сначала. Хотела, чтобы ты жил как обычный ребёнок… найти тебе хотя бы хороших родителей. Хотела, чтобы ты был счастлив.

Я выпрямилась и продолжила:

—Но даже если забыть, что ты убил меня — твои грехи слишком тяжки.

Как и мои — тоже.

—Скоро… я тоже уйду. Так что не чувствуй себя слишком одиноким.

Глаза Мелана широко распахнулись.

—Хел… ла…

Я сжала кинжал и подняла его высоко. Держа его так крепко, будто он был последней моей опорой.

—Шерина Клаун.

Я занесла его над грудью Мелана, готовясь вонзить в самое сердце… но запястье перехватили в воздухе.

Больно.

Я поморщилась, повернув голову — и увидела Шаренте Клауна. Его лицо, перекошенное от ярости, не знало ни пощады, ни жалости. Он держал мою руку, словно железный капкан.

—Больно!

—Как далеко ты собиралась зайти в этом спектакле одна? — прошипел он.

—Ты всё ещё здесь? Я и не знала, что Его Светлость молодой герцог так жаждет схватки со мной.

—Я ясно тебе говорил, что если возникнут проблемы, зови меня.

—Не позвала, потому что от тебя нет никакого толку.

Я дёрнула рукой — безрезультатно. Он ослабил хватку, но отпускать не собирался. Затем, без предупреждения, схватил меня за шиворот и оттащил от Мелана, как кошка уносит непослушного котёнка.

Когда тот, пошатываясь, попытался подняться, Шаренте без лишних слов прижал его к земле ногой, наступив на грудь.