Том 1. Глава 41

Приют "Удача".

На деревянной вывеске был нарисован большой четырехлистный клевер, а рядом с ним было написано название приюта.

«Хм, идти туда вот так, как есть, было бы слишком смело.»

Сразу видно, что за мной хорошо ухаживали. Я повалялась в ближайшей грязи, размазала немного земли по волосам и порвала одежду, чтобы та выглядела поношенной. После того как грязь высохла на солнце я стряхнула лишнюю грязь и действительно стала похожа на бездомного ребенка.

«Интересно, не перестаралась ли я?»

Засохшая грязь на коже чесалась. Вертясь и испытывая дискомфорт, я доковыляла до дверей приюта и плюхнулась на землю.

«Если я останусь здесь в таком виде, кто-нибудь подумает, что меня бросили, и возьмет к себе.»

Солнце, висевшее в зените, постепенно стало краснеть и опускаться к горизонту. Наконец, из приюта вышли люди.

—Ох Боже.... — произнесла женщина.

Я опустила глаза как можно ниже и свернулась калачиком, чтобы выглядеть как можно более жалкой.

—Что ты здесь делаешь, дитя? — спросила женщина.

—Еда...

—Еда?

—Мне сказали, что здесь я могу получить еду, мадам? — проговорила я неуверенно, непривычно было переходить на более вежливый тон. Я мельком поднял глаза и увидела женщину с очень добрым лицом. За ней стоял мужчина с невинным выражением лица. Они немного походили друг на друга, но мужчина выглядел намного моложе женщины, поэтому я предположила, что они мать и сын.

—Кто тебе это сказал? — снова задала вопрос женщина.

—Эм...

«Кого винить? Назойливого Шаранте? Или, может быть, Дешара, который дал мне эти магические камни? Вывод был прост. Конечно же, виноват Шаранте, который только и делал, что добавлял мне проблем.»

—Дядя...

—Твой дядя? Твой дядя тебя воспитывал? — Она довольно неплохо понимала мою «детскую речь» — я бы оценила её на восемьдесят из ста.

—Дя, мадам.

—Что с твоими родителями?

Вместо ответа я покачала головой.

—Ох, бедняжка, бедняжка! — голос женщины стал еще более сочувственным, когда девочка низко склонила голову, и она тяжело вздохнула. Я свернулась еще сильнее.

—Твой дядя сказал тебе прийти сюда? — спросила она.

—Дя, он шказал мне шдать шдесь что бы получить еды.

«На самом деле, Шаренте сказал мне тихо сидеть в своей комнате. Но я не чувствовала особой вины за то, что выставляю его в дурном свете.»

Я распахнула глаза как можно шире, стараясь сделать грустный, щенячий взгляд.

Женщина опустилась на колени и обняла меня с жалостливым выражением лица.

—Бедняжка, тебя бросили.

Мое сердце пропустило удар от печального голоса женщины.

«Нет, меня не бросили. Я сама ушла» — подумала я с возмущением. Действительно, я больше не была такой бессильной и слабой, чтобы кто-то мог меня бросить.

Странное чувство дискомфорта поднималось внутри меня. Отбросив раздражение, я кивнула в ответ.

—Бедное дитя, ты хотела бы жить со мной? — спросила женщина.

—Незняю?...

—Мы можем быть вместе до тех пор пока твой дядя не прийдет за тобой.

—Холосе — Побег из дома действительно был удачным. Я ни о чем не жалела.

В любом случае, Шаренте никогда бы не стал меня искать. Интересно, какое же облегчение он теперь испытывает, когда я исчезла сама по себе. Может быть, он даже впервые похвалит меня. На самом деле, он, наверное, даже рад, что незаконнорожденный ребенок сам о себе позаботился. Вместо того чтобы расстраиваться из-за ее исчезновения, он скорее обрадуется, что я избавила его от лишних хлопот.

«Видишь ли, я ведь не обычный ребенок.»

Чувствуя себя весьма гордой собой, я несколько раз кивнул.

Женщина довольно легко занесла меня в приют. Мне показалось, или она была немного взволнована?

Снаружи приют выглядел очень опрятно. Здание было в хорошем состоянии, а его фасад из красного кирпична привлекал внимание. Учитывая, что многие приюты часто строят из деревянных досок и они почти разваливают, этот находился в отличном состоянии.

«Я читала, что они получают регулярные пожертвования, и это заметно.»

Были даже клумбы и участок, где разводили животных.

Внутри было довольно много детей. Для детского дома с ними, казалось, обращались хорошо. Все они были прилично одеты и выглядели здоровыми.

«Я сделала правильный выбор.» — подумала я.

Женщина собиралась отнести меня в комнату, похожую на игровую, но затем она засомневалась и резко развернулась. Она понесла меня в ванную. Казалось, она довольно хорошо умела ухаживать за детьми.

«Она сотрудница или директор?» — Я задавалась вопросом, потому что не могу совсем точно сказать.

Оказалось, что перед встречей с другими детьми мне нужно было принять ванну. Я расслабился в теплой воде, пока она мыла меня. Так как я привыкла к тому, что обо мне заботились в Силопии, меня не смущало прикосновение чужого человека.

Когда грязь была смыта, и моя кожа снова стала чистой, глаза женщины расширились от удивления.

Ты очень милая, — сказала она. - У тебя есть имя?

На самом деле у меня было два имени, но я не могла использовать ни Шерину, ни Хеллу. Их не только было трудно произносить, но и эти имена не следовало раскрывать.

—ХелШа, — сказал я ей, соединив части своих имен в моё новое имя. Честно говоря, это было просто первое, что пришло мне на ум, но оно звучало достаточно подходящим.

—Халша, какое красивое имя

Она вытерла меня и дала мне новую одежду и сказала:

—Пойдем познакомимся с другими детьми.

Я не хотела выглядеть слишком заинтересованным. Честно говоря, мне вообще не хотелось встречаться с другими детьми.

«Это будет похоже на то, как если бы меня засунули в толпу Кайшанов, не так ли?»

Мне уже было не по себе. Не слишком ли многого я прошу, надеясь на отдельную комнату? Я даже не осознавал, как уже начал скучать по своей мягкой кровати.

Я покачал головой, пытаясь прогнать чувство слабости.

«Мне просто нужно прожить здесь два-три года, а потом я смогу уехать.»

—Херша, можешь называть меня директор Хелен, — сказала мне женщина.

—Дилектлиса?

«Хелен? Слишком похоже на Хелла. Мне это не нравится.» И мое произношение было ужасным. Мне действительно нужно было научиться говорить.

Несмотря на мое плохое произношение, Хелен широко улыбнулась.

«Она кажется доброй.» Она была так добра, что возникло странное ощущение.

—Это игровая комната. Здесь ты можешь играть со всеми остальными детьми.

—Холосо.

—Правильный ответ — «Да, директриса Хелен».

«О, а у них похоже тут с такими вещами строго?»

Я почувствовал себя немного неловко, но кивнул в ответ, стараясь подражать:

—Дя. Дилектлиса.

Еще пару десятилетий назад империя вела крупную войну. В основном она шла из-за территориальных споров, а вторичной причиной было объединение континента. В конце концов, империя одержала великую победу, но, должно быть, она также понесла значительные потери.

Моя страна, Силопия, фактически возникла среди этого хаоса. Мы не были на том же континенте, что и империя, мы были скорее островом, чем другим континентом, поэтому война не так сильно на нас повлияла.

Спустя некоторое время война наконец закончилась. С тех пор прошло почти двадцать лет. Однако шрамы войны остались по всему континенту. Мир все еще был хаотичным, и некоторые люди так и не смогли отпустить прошлое.

Война была жестокой. Она разрушала жизни, отнимала средства к существованию и причиняла мучительные смерти, но все это рассматривалось как естественной частью войны. Я тоже была свидетелем того, как людей вешали у входа в мою деревню, когда я росла.

«Если мне не изменяет память, то члены ее семьи так же воевали...».

Я задавалась вопросом. Если так, то я могу понять, почему она была такой строгой.

—Я рада, что ты понимаешь, Хклша, — сказала она.

Она поставила меня посреди игровой комнаты. Это было пространство, буквально заполненное сопливыми детьми.

«Хм...»

Я инстинктивно отшатнулся назад. Кайшан иногда шмыгал носом, но у него никогда не было соплей.

—Не стесняйся относиться к этому месту как к своему дому.

«Дом? Не поле боя, покрытое соплями?»

Проглотив слова, которые я не мог произнести, я тут же оказался в окружении группы детей, глаза которых были полны любопытства.

—Доброе утро, моя леди. Вы не спите? Солнце такое яркое сегодня... — Вера вошла в комнату и нахмурилась. Комната казалась странно пустой. Обычно Шерина уже бы поприветствовала ее.

—Моя леди? — Она в панике оглядела комнату, но не нашла и следа ребенка.

Шурх, Шурх.

Подтолкнув листок бумаги ногой, она наклонилась, чтобы рассмотреть его поближе. Хотя бумаги были немного помяты от того, что на них наступали, они все еще лежали в том порядке, в котором их оставили.

—Это… записка? — Вера присела на корточки и уставилась на буквы.

«Я… ухо…»

Слова были большими и размазанными, что делало записку довольно неряшливой. Она медленно водила по буквам указательным пальцем, пока читала. «Ухожу…. Эм… Хорошо…?» Последнее слово потребовало от нее двух или трех попыток, прежде чем она наконец поняла, что оно значит. «Пока?»

Вера объединила слова, которые только что прочитала. Поскольку листков было всего пять, разобраться в их значении было не так уж и сложно.

«Я ушла. Пока» Ее лицо побледнело, когда она произнесла эти слова. Наполненная страхом, она прижала бумагу к груди и выбежала из комнаты.