Том 1 · Глава 12. Жук-носорог

Когда я сказал Карсу, что Джозеф Джостар умер два года назад от рака, он сказал:

—О…удача всегда была на его стороне.

—Если бы он был всё ещё жив, ты бы решил ему отомстить? — спросил я. — Он был стариком, почти столетним.

—Да, конечно. Всё-таки этот тот человек отправил меня в космос тридцать семь раз. Пока между нами всё не уляжется, я не почувствую освобождения от этой судьбы. Я целую вечность провёл, мечтая, как одену на этого человека каменную маску, превратив его в вампира, заставлю его пожирать других людей и в конце съем его сам.

—………? Каменную маску?

—Приспособление, которое превращает людей в хороший источник энергии и пищи. Простых людей едва ли хватает на то, чтобы удовлетворить наш аппетит. Превращение в вампиров делает их намного аппетитнее, и когда испиваешь их кровь, становишься снова моложе и намного сильнее. Думаю, Джозеф Джостар стал бы невероятно вкусным вампиром.

Изо всех сил пытаясь казаться спокойным, я выслушал ужасающую историю Карса…мой разум был потрясён. Каменная маска? Которая превращала людей в вампиров? Такое вообще было возможно?

—Люди, как форма жизни, обладают большими возможностями, — сказал Карс. — Всего лишь слегка подправив их мозг можно добиться практически всего. Изменения в мозге изменяют электрические потоки. Если меняются электрические сигналы, меняется кровь. А если меняется кровь, то меняются и кости, и органы, и кожа, и всё остальное. Джордж Джостар, в сравнении с Джозефом тебе немного недостаёт в росте.

Недостаёт!? Всего мне доставало! Конечно, я был ниже своего деда, который был ростом за 190 сантиметров, но я был выше, чем японцы в среднем. Пока я об этом думал, Карс протянул руки к моей голове. Я замер, и его пальцы проскользнули в мою голову так же легко, как самолёт проскальзывает в облака.

—Иииии! — завизжал я, однако я боялся, что если сдвинусь — то умру, а потому мне пришлось оставаться совершенно неподвижным.

—Не волнуйся, мозг не испытывает боль, — сказал Карс и вытащил пальцы из моей головы, не оставив дыр или каких-либо иных следов проникновения. Только я почувствовал облегчение, как из моего рта послышался странный звук, а голова сама по себе накренилась в бок, и я подумал, что, возможно, звук этот был не оттого, что я сглотнул, а оттого, что у меня сломалась шея, после чего щёлк хрууущ хряяяясь, все кости моего тела начали двигаться в самых наистраннейших направлениях, одна за другой. Но это лишь на вид было ужасно. Я чувствовал, как через меня проходят вибрации, но не боль. Мои колени и локти согнулись назад, а ладони вращались так, как не могли вращаться, и казалось очевидным, что все мои кости ломались, хотя, видимо, было это не так и я был в порядке.

И был примерно на двадцать сантиметров выше.

—………!?

—Видишь? Я разбираюсь в человеческом мозге, — сказал Карс. — Могу даже вырастить из твоей спины крылья.

Он начал снова протягивать ко мне руки, но я быстро уклонился.

—Со мной всё в порядке!

—Хе-хе-хе. Люди — удивительные создания. Кажется, что они постоянно стремятся стать чем-то иным, но реальным изменениям они сопротивляются. Скорее всего, им просто нравится что-то воображать. Это то, что мне больше всего нравится в человеческой расе. Люди — единственные, кто воображает, кто создаёт. Кто придумывает истории. Когда я жил в подземелье, я собирал истории людей и читал их. Люди — единственные существа, которым нравится следить за тем, что происходит с другими представителями их вида. Сначала я понятия не имел, как им это может нравиться. В нашем мозге не было заложено понятия эмоциональной привязанности, при помощи которой можно было бы поставить себя на место другого. Сделать это было непросто. Моя раса завершилась в своём развитии, и её это устраивало. В результате у неё не было никаких амбиций, она не совершала никакого прогресса и жила в стагнации. Но достичь достаточного и попросту не знать, что тебе чего-то недостаёт — это разные вещи. Я пришёл к понимаю того, что мы не были идеальны. Мы просто этого не заметили. Мы были лишены даже способности осознать это, поскольку никогда не сравнивали себя ни с кем другим. Поскольку ни от кого ничего не ждали и полностью обходились тем, что у нас было. Но я заметил. Чтение человеческих рукописей и обучение тому, как ими наслаждаться, послало через моё сознание новые электрические импульсы. Тогда я понял, что мы никогда не переставали думать о своём потенциале. Мы были уверены, что наш вид был венцом творения, и потому перестали прогрессировать. Тогда я впервые почувствовал себя неудовлетворённым. И впервые начал задавать себе вопросы. В скором времени это привело к разочарованию, к гневу. И это разочарование и гнев меня обрадовали. Это было то, что вы бы назвали моментом прозрения. Я был зол на себя, но было это поводом для торжества. Это было подтверждением того, что потенциал был и у меня.

—И, оглянувшись в прошлое, я был озадачен тем, как я только мог жить без сомнений, без неудовлетворённости. Мы никогда не могли ступить под свет солнца, никогда не могли познать надземный мир днём. Мы были прикованы к подземелью. Я больше не мог с этим мириться. Поэтому в скором времени я начал изучать свой потенциал. Свой собственный мозг. Всё начинается с мозга. Для изучения наших мозгов я начал убивать себе подобных, подобно тому, как мы убивали людей. Я убил их, вскрыл их головы и исследовал мозги; как я и ожидал, потенциал у нас был. Чтобы продвинуть исследование глубже, дальше и с большей уверенностью, я совершил ещё больше убийств, но само по себе убийство не представляло проблемы для моего вида. В конце концов, никто из его представителей не заботился о ком-либо другом, кроме себя. Иногда я даже совершал убийства на глазах других представителей своего вида, но никто ничего не говорил. Они не обладали ни эмоциональной привязанностью, ни творческим воображением, и постепенно я осознал, насколько это было ужасно. Если бы кто-то попытался напасть на нас, покорить нас, и мы бы отреагировали с таким безразличием, это могло бы стать для нас концом. Мы были бы уничтожены собственным самодовольством и высокомерием. Боясь за собственную безопасность, я продолжил обучение, создал каменную маску, развил свой мозг и покорил солнце. И не только это. Я создал для себя совершенное тело, превосходящее всех остальных живых существ.

—Хах…и? Каково это — быть бессмертным?

—…у тебя так много времени.

Вопрос, который я задал, нечаянно попал по самой сути вещей, и ответ Карса шёпотом был пропитан таким мрачным реализмом, что я чуть не рассмеялся, а он с подозрением наблюдал за мной. Уууупс. Если бы он подумал, что я смеюсь над ним, он мог бы разозлиться, и в таком тесном пространстве…ну, оно было примерно в три раза больше Г.Д. Уэллса, но убежать здесь всё равно было некуда, и шансов против него у меня не было.

«Ладно», — подумал я. Мог ли я допустить, чтобы Совершенный Карс за шесть месяцев достиг отсюда Земли?

Конечно, нет. Ведь он, всё-таки, ел людей. Также он превращал их в вампиров, но, как бы то ни было, он явно был врагом человечества.

Конечно, нет такого закона, что на людей не должно быть хищников…но как человек, столкнувшийся с подобной угрозой, я чувствовал, что обязан сделать всё от меня возможное. Однако этот хищник был бессмертен, поэтому я не мог просто убить его. Мог я как-нибудь взорвать корабль? Нет. Он был достаточно умён, чтобы разобрать зонды Джотто и построить из них корабль за считанные секунды. Никакой мощной взрывчатки у нас не было, и даже если бы мы взорвали его с помощью Das Boot Наранчи, как только Карс осознал бы, что мы делаем, он бы убил Наранчу, и его стенд бы исчез. Как только эта мысль пришла мне в голову, внутри меня пронеслась эхолокация. Das Boot Наранчи снова пробрался в моё тело, и Карс этого не заметил.

Я глянул на Наранчу. Глаза его были не глазами мальчишки, а глазами бывалого мафиози. Он собирался попробовать что-нибудь до того, как его съедят. С помощью Das Boot? Он мог перемещаться лишь по живым тканям и стендам. Погодите…часть этого корабля была сделана из добавочных Карсов. Он мог перемещаться через них. Должно быть, именно так он и поместил в меня подлодку, не дотрагиваясь до меня. Что он мог сделать ещё?

Но прежде, чем мне удалось подумать о чём-либо ещё, Карс сказал:

—Что это?

Я обернулся и увидел, как Карс погрузил руку в собственную грудь. Он потрогал всё внутри себя, после чего вытащил руку, в которой находилась одна из подводных лодок Наранчи.

—Это…механизм? Разве человеческие технологии дошли до создания лодок, которые могут проникать внутрь тела?

«О, чёрт», — подумал я. Мы с Наранчей и близко не начали понимать, насколько Совершенное существо было совершенным. Как будто доказывая это, Карс сел на пол и разобрал Das Boot перед нашими глазами. Его пальцы двигались с такой непоколебимой точностью, будто он создал его сам. Сначала он подогревал кончики своих пальцев, словно паяльные лампы, создавая на внешних стенах линии, и после того, как снял их, разобрал лодку на инженерные секции, жилые отсеки, диспетчерские и ракетные хранилища. Из кончиков его пальцев выросли крошечные руки, которые поворачивали и откручивали каждый болт и гайку, оставляя нетронутой всю систему водопровода. Будто от одного его простого поглаживания всё разделялось на кусочки и выстраивалось на полу стройными рядами, вплоть до отдельных ложек в камбузе и пружин в кровати. Когда же дело дошло до мониторов в диспетчерской и компьютеров в инженерном отсеке, он не только разобрал их, но и проанализировал их структуру. «Какие-то визуальные данные», — пробормотал он, собирая компьютер обратно. Он подключил кабели к своей ладони и открыл рот. Из задней стенки его горла возник луч света, а между его челюстями возникла тонкая мембрана, которая превратила его рот в проектор. Информация, которая текла в его ладони, перенеслась на тонкую, словно целлофановую, бумагу и спроецировалась перед ним на стену.

Это было эротическое фото обнажённой женщины.

—А!? Эй! Э-ээээй! — ярко покраснев, взвизгнул Наранча. — Хваааатит! Останови это! Какого хрена!? Твою ж налево!

Наранча так разволновался, что позабыл весь стыд и страх и накинулся на Карса, пытаясь загородить линзу прожектора, однако Карс с лёгкостью поднял его, перевернул в воздухе и положил его спиной к потолку, привязав к нему проводами и трубами. Находясь под ним, Карс продолжил проецировать. Клац. Клац. С аналоговым звуком, похожим на звук старого слайд-проектора, нам показывалось изображение за изображением, и на каждом из них была одна обнажённая девушка.

—Я сказал, остановить! Ты! Это же аморально, чёрт тебя побери! Пожалуйста, мистер Карс! Я, блять, серьёзно! Аииии-и! — Наранча так напрягся, что из носа его, капая с потолка, пошла кровь. Мне определённо становилось его жалко.

—Карс, возможно, это личные воспоминания. Показывать что-то такое драгоценное не слишком вежливо… — И только эти слова вылетели из моего рта, как на следующем снимке девушка та была изображена на обложке журнала. — Что? — Погодите, это всё были журнальные вырезки?

—Аааааааааагхххх! Как ты посмел!? Моя Триш Чиччолина! — закричал Наранча. Теперь я узнал её. Триш Чиччолина была известной порноактрисой, которая стала членом парламента Италии. Она была известна даже в Японии. Сейчас ей было уже за сорок, но фотографии все эти были сделаны во времена её молодости[1].

Я поднял глаза и внезапно поймал на себе взгляд Наранчи.

—Что, скотина? Лучше тебе об этом помалкивать, или, клянусь, я тебя, нахрен, убью! Карс, отпусти меня! Сука! Я отсюда выберусь и всех вас убью! — кричал он, брызжа слюной и кровью из носа.

—Тебе может нравиться кто угодно, — сказал я, но было это слабо. По-видимому, не успокоило это его совсем.

—Заткнись! — взревел он. — Заткнись, сука! Идите вы все нахер! — После этого он начал пытаться в меня плюнуть.

Я уклонился от него и засмеялся. Чем мы тут вообще занимались?

Карс превратил свой рот-проектор обратно в нормальный рот и сказал:

—Так эти машины возникли из твоего тела? Неужели тела людей стали способны создавать машины?

—Здохни, Карс! — крикнул Наранча, теперь уже просто плюясь во все направления. Карс не обратил на него совершенно никакого внимания. Он встал и протянул руки к животу Наранчи. В страхе, что в поисках мини-завода Карс его расчленит, я поспешил крикнуть:

—Нет, Карс! Оно существует как машина, но это кое-что абсолютно другое.

Карс остановил свои руки и посмотрел на меня.

—………? О чём ты говоришь?

—Это называется Стенд. Оно принимает форму машины, но и не только. Я и сам о них узнал-то только сегодня, но стенды…это то, чем обычные люди не обладают. Особые силы. Вроде телекинеза или телепатии, или физической силы. Но намного разнообразнее и сложнее. Они могут выглядеть как люди, животные, растения или машины. Видеть и дотрагиваться до них могут только те, кто ими обладает. Мне повезло встретить человека, который дал мне возможность видеть и дотрагиваться до них, но сам я стендом не обладаю.

—Значит, стенд могу использовать и я?

—Ну…думаю, ты можешь видеть и трогать их потому что ты — совершенная форма жизни… — Я замолкнул в тот момент, как Карс протянул руку вперёд своей груди, и из неё всплыла подлодка. Дизайн её был иным, чем у Das Boot Наранчи.

—………! — Я посмотрел вверх на потолок и увидел, что Наранча, судя по всему, был шокирован и потерял дар речи. Только что Карс взял и спонтанно обзавёлся стендом.

—Хмм, — сказал Карс, уставившись на свой стенд. — Теперь понимаю.

Ууууууупс. «Теперь нам точно кранты», — подумал я. Для совершенной формы жизни было возможно всё. Он мог поглощать всё что угодно, без каких-либо ограничений.

—Так как это моя личная сила, мне не составляет труда понять, как она работает, — сказал Карс и буууууууууууум, звук взрыва отозвался эхом через каждую клетку моего тела. Он был таким громким, что я прикрыл уши, но поскольку взрыв был внутри меня, избавиться от шума я не мог. — Похоже, у тебя действительно нет стенда, — сказал Карс, и я почувствовал облегчение о того, что мои барабанные перепонки выдержали это, и внезапно понял, что это была чрезвычайно громкая эхолокация. В ушах у меня всё ещё звенело. Сумасшествие.

—Ух…! — Я повернулся на звук стона и увидел, как Энрико Пуччи валяется на полу, прижимает руками уши, и как лицо его скорчилось от боли. Должно быть, он тоже получил оглушительную обработку эхолокацией.

—Хмм, в тебе что-то есть, — сказал Карс, подойдя к нему ближе. Несмотря на весь урон, Пуччи попытался улизнуть, однако двигался он слишком медленно, да и убежать здесь было некуда.

—Ухх…нет… — Карс проигнорировал его мольбу, перегнул его и засунул Пуччи руку в спину. — Айййййй! — закричал Пуччи, и Карс начал вытягивать из его спины около шеи гуманоидный стенд, имевший примерно такой же размер, как и сам Пуччи.

—Хмм, — сказал Карс, осматривая его. — Он выглядит как человек, но это не человек…и не животное…что это…? Почему по всей поверхности его кожи расписаны буквы?

—Агх…чёрт…заткнись! Давай, White Snake! — крикнул Пуччи. Его стенд повернулся и ударил Карса в щёку. От удара голова Карса накренилась в бок, и из неё выпал диск, но не один или два, а целая река, выходящая из его головы и непрерывно разливающаяся на пол.

Пуччи в ужасе застыл на месте.

Даже после того, как из него вылилось ещё больше дисков, Карс повернулся обратно к Пуччи и сказал:

—Так это…способность твоего стенда? Занятно. Я её понял.

Что!?

Прежде чем я только смог удивиться, из-за спины Карса вышел гуманоидный стенд. Он выглядел похожим на White Snake Пуччи, но был больше и имел три головы и шесть рук, прямо как статуя Ашуры. Средняя правая рука ударила Пуччи по лицу, и из него вышло два диска. Карс выглядел слегка удивлённым.

—………? Всего два?

Из его головы всё ещё продолжали выливаться диски без намёка на какое-либо замедление. Из них образовалась целая куча.

—Посмотрим… — Карс подобрал один из дисков Пуччи и вложил его себе в лоб. — …Ясно, White Snake. Стенд, который может превращать воспоминания и способности стендов в диски, забирать их и контролировать людей надписями на дисках… — сказал он, закончив читать диск стенда Пуччи.

—Хватит, прошу… — сказал Пуччи.

—Как ты получил эту способность? — спросил Карс. — Тебя проткнула особая стрела? Давным-давно, когда я ещё был на Земле, изредка появлялись люди с особыми силами, и создал приспособление, которое могло раскрывать в людях эти силы, лук и стрелу. Я практически его не использовал до того, как начал убивать свой вид. Теоретически, этот лук со стрелой могли вызывать ответную реакцию; для защиты от смертельной раны в людях пробуждались бы их скрытые таланты, энергия исцелила бы раны, и так они открыли бы в себе особые способности, которые раньше были в них скрыты. У тебя стенд пробудило что-то подобное?

Не дожидаясь ответа Пуччи, Карс вытянул из него диск с памятью, тем самым вырубив Пуччи, и вложил его в свою голову.

—…хмм…кажется, мой лук со стрелой в этом не замешаны, но теория верна. «Ладонь дьявола»…когда тело висит между жизнью и смертью, спасутся лишь те, в ком скрывается Стенд.

Я слышал легенды о «Ладони дьявола». Святое место где-то в Америке, которое перемещается от места к месту, и те, кто зайдёт в него, либо будут избраны, либо умрут.

Карс вздохнул.

—Однако всё остальное довольно скучно. Из человеческих воспоминаний учиться нечему. У людей отсутствует внимание к деталям, образ мышления у них неглубокий, и память у них до невозможности бедная… — Он протянул руку за диском, чтобы вытащить его обратно. — Мм? — сказал он, приостановившись. — Что…?

После этого он вынул диск, вложил его обратно в голову Пуччи, взглянул на меня и рассмеялся.

—Благодаря ему шесть месяцев займут четыре часа. Ну разве вам не везёт? — А? Мы оба уставились на него, однако он опять обратил внимания на вновь пробудившегося Пуччи. — Эй, ты. Я не писал сообщение на оболочке Джотто и не бросал её на Землю. Задумайся. Кто подготовил металлическую пластину, чтобы убить твою семью?

Что? Чтоооооооо? …………что?

Мы все предполагали, что к обратной стороне Марса, где мы нашли зонды Джотто и Карса, нас привели записи о пути в рай, и все из нас, включая меня, думали, что это было ключом к поиску «Рая», поэтому открытие это полностью сбило меня с толку. Но кто ещё мог подготовить ту металлическую пластину с сообщением? Кто сбросил её с неба на дом Пуччи, и как? На его дом не просто кинули пластину, его стёрли с лица Земли.

Дом Пуччи исчез, а место его занял кратер диаметром семнадцать метров.

Кто ещё мог сделать это?

—Задумайся, — сказал Карс, — Если бы я мог бросить на Землю металлическую пластину, я бы и сам до неё долетел. Это невозможно. Даже при термостойкой обработке невозможно, чтобы металлическая пластина смогла выдержать весь путь от космоса к поверхности Земли и не сгорела. Я знаю всё о теплозащитных экранах Джотто. Под каким бы углом он не вошёл в атмосферу, он бы всё равно расплавился в стратосфере. Начнём с того, что термостойкую обработку к нему, очевидно, применили только снаружи. Задняя сторона пластины — обычный металл, который расплавился бы быстрее всего. А на внешней стороне даже вырезали послание. Это не оставило бы от обработки никакого эффекта. Почему когда вещи перестают иметь смысл, люди предпочитают становиться слепыми? Почему ты не смог удержаться от такого глупого решения проигнорировать все факты, которые не соответствовали твоему стремлению поверить, что это сообщение было из космоса?

Но самое странное было то, что падение метеорита никто не заметил. Метеорит уклонился как от радаров Космического центра, так и от воздушных сил.

Фанниер Валентайн упоминал это. Это должно было привлечь моё внимание. Ведь это было не просто «странно».

Но, оглядываясь на дело снова, как брошенная железная пластина могла оставить семнадцатиметровый кратер? Это казалось маловероятным, если бы она шла не так быстро, как если бы шла из космоса. Но это только если она была брошена по-обычному. Что, если она была брошена не обычно?

Брошена кем-то необычным с использованием необычной техники броска.

—Ну же, давай! Вспомни небо! — сказал Карс, раздражённый молчанием Пуччи. — Даже с твоей ничтожно слабой памятью у тебя должно получиться! Вспомни его!

—………? — Когда Пуччи попросту уставился на него, Карс побранился, сказал «Смотри» и снова превратил свой рот в проектор, спроецировав изображение на стену.

Клац. Вечернее оранжево-розовое небо. Напротив него одна точка.

Клац. Точка увеличена, явно имеет форму человека.

Клац. Гуманоидная форма увеличена, но из-за солнца за спиной его лицо и фигура были в тени, и разглядеть их было невозможно.

Клац. Контраст отрегулирован, всё освещено. Человек, парящий в воздухе, имел хорошую мускулатуру, длинные конечности и бочкообразную грудь, даже черты его лица были вплетены в злобную ухмылку.

Я знал этого человека.

Нет, не знал.

Не знаю, с чего я подумал, что знал его.

Он был белым и не был похож ни на кого, кого я когда-либо видел. Длинные узкие глаза, волевой подбородок, полные губы и три родинки на левом ухе. Он был красив, но в лице его было что-то от природы злое. Его улыбка дала нам увидеть два его длинных острых клыка. Он не был похож на владельца стенда…он даже не был похож на человека.

Изображение на стене исчезло, а Карс рассмеялся.

—Он — вампир. Что мог замышлять источник моей пищи, послав мне корабль и внука Джозефа Джостара?

—А? Я приёмный. На самом деле родственно я с Джозефом никак не связан, — И отправил меня на Г.Д. Уэллс не таинственный вампир, а Цукумоджуку. Когда я сказал это, передо мной, сжав кулак, появился White Snake Карса. Ох. Я понял, что он вот-вот меня ударит. Но у меня не было времени даже собраться.

Бам! Мало того, что моё лицо повернулось, так за ним последовало ещё и всё тело, и я начал вращаться в воздухе. Он ударил меня так сильно, что у меня чудом не сломалась шея. Видимо, было хорошо, что я не собрался; видимо, вялость меня и спасла.

—Луше бы мне проверить и твои воспоминания… — сказал Карс. White Snake вытащил из моей головы диск и вставил его в Карса. Его расслабленный тон противоречил применяемой им грубой силе, однако мне не хватало сил, чтобы об этом поспорить. Похоже, у меня сломалась скула, и я не мог до неё дотронуться, так как она уже очень сильно опухла. Также у меня всё ещё были повреждены оба плеча, так что болело у меня всё, что только можно.

Я попытался выкинуть из головы пульсирующую боль и задумался, почему в первую очередь Цукумоджуку отправил меня на Марс. Эй! Я твой инструмент. Кому-то нужна твоя помощь. Я проведу тебя к ним. Это всё, что он сказал, но я здесь всё ещё ничего не сделал. Всё, что я сделал, это встретился с Карсом, и, похоже, они с Джозефом Джостаром были связаны одной историей, однако Карс не мог являться человеком, кому нужна моя помощь. Он и человеком то не был…

В своих мыслях я зашёл так далеко, что затем покачал головой. Хотя на самом деле моя щека болела слишком сильно, чтобы качать головой, поэтому сделал я это в мыслях.

Причина, по которой я ничего не сделал, заключалась в том, что человек, который нуждался в моей помощи, находился не здесь. Я ничего не сделал, потому что ничего не попытался сделать. Если бы я действительно проделал что-то, это стало бы полезно для того, кому я был нужен. Путешествие, в которое меня отправил Цукумоджуку, ещё не подошло к концу. И похоже было, что это космическое путешествие и в самом деле могло закончиться за те четыре часа, что нам дали. Почему – я понятия не имел.

—Ух, Карс-сэмпай, — сказал я. Кровь в моём рту издала неприятный звук, и я чуть не начал кашлять ею, но сумел остановиться и снова заговорил. — Карс-сэмпай, простите, мм…вы не могли бы меня исцелить? Моё тело и голова болят так сильно, что я не могу ясно думать.

Карс на это никак не отреагировал, из-за чего на мгновение, одно лишь мгновение, мне пришлось заставить себя повернуться глазами к нему. Даже это легчайшее движение ощущалось так, будто кто-то взял длинный гарпун и воткнул его через щёку сквозь мой мозг с такой силой, что в итоге он торчал с обратной стороны на два метра, и от этой боли у меня помутнело в глазах, но всё же мне удалось прийти в себя и увидеть, как Карс наслаждается моими воспоминаниями. Он всего лишь смотрел в пустое пространство, однако я подумал, что он наслаждался моей красочной жизнью.

—Эй, Карс, не игнорируй меня!

Глаза Карса внезапно сфокусировались на мне, и он улыбнулся.

—Ты так много времени тратишь на глупые головоломки.

Ну уж нет, может, смотря на решения и результаты они и выглядели элементарными, но на деле это были лишь колумбовы яйца, и прийти к ним было чертовски трудно. Я бы отстаивал свою точку зрения весь день, но сейчас позволить себе это попросту не мог.

—Мне бы хотелось думать быстрее, так что если бы вы просто вылечили меня…

—В конце-концов, ты всего лишь очередной человек, — сказал Карс, снова не обратив на меня внимания. — Ты видишь загадку, думаешь «Как странно!» и откладываешь её куда-нибудь в долгий ящик.

Да заткнись ты.

—Ну да, после случившегося я собираю кусочки пазла вместе, пока не дойду до самого конца, и что, что в этом такого? Если бы я, перед тем, как собрать всю нужную мне информацию, перестал обдумывать каждую тайну на своём пути, я бы никогда ничего не раскрыл… — Мне удалось сплюнуть, но имело ли смысл спорить о передовых детективах с совершенным существом?

Однако, к моему удивлению, Карс сказал:

—Хмм, действительно, — А затем он заметил моё состояние. — Мм? Ты всё ещё можешь так размышлять, даже без диска памяти? Это не что-то, что ты изучил на опыте, а порождение твоего врождённого интеллекта? Теперь понятно, почему тебя называют «машиной дедукции».

У меня было немало мыслей о том, откуда он взял это из моих воспоминаний, однако это было оскорбительной критикой жанра детективного рома, с помощью которой отвергалось присутствие персонажа-детектива…но это, чёрт побери, было неважно, поэтому я собрал последние остатки своих сил и сплюнул.

—Вылечи…меня… — и Карс меня наконец-то услышал.

—Вылечить тебя? Человеческое излечение слишком слабое и занимает слишком много времени, — сказал он, подойдя и присев рядом со мной, оставляя мой диск внутри своей головы. — Запомни! Кнопка исцеления находится прямо здесь, — сказал он и приставил пальцы слева от макушки моей головы, однако я никак не мог увидеть, как он это делает, да и в любом случае не смог бы засунуть пальцы в собственный мозг. После этого мой мозг внезапно бахнул и надулся, после чего туго сжался, будто из него что-то выкачали, и сначала припухлость на моей щека стала гораздо больше, а кости начали издавать скрипящие звуки, будто тёрлись друг о друга, но потом кожа на моей щеке вернулась, припухлость исчезла, а кости вернулись обратно в норму, и всё стало снова стройным. Моя щека мгновенно исцелилась, а затем опухлость спустилась к плечам. Бам! Оба плеча стали гигантскими и округлыми, и раны на них раскрылись, однако они не болели и не кровоточили. Пффф, из моего тела вышел какой-то ветер, и когда это закончилось, раны были закрыты, опухлость спустилась ниже, а моя плоть, мышцы и кости были соединены так же правильно, как и всегда. После излечения моих плеч опухлость прошла весь путь вниз по оставшейся части моего тела, будто искала для заживления другие раны и повреждения, и в конечном итоге закончила путь в моей заднице, откуда вылетела со звуком пердежа. Я вскрикнул, смутился и вскочил на ноги, тело моё полностью было возвращено к норме, и чувствовал себя лучше, чем чувствовал себя в последние годы, за исключением того, что всё ещё был слишком высоким.

—Карс, извини, но ты можешь вернуть меня в старый рост?

—? …разве так не смотрится лучше?

Ч-ч!

—Изначально идея была неплохая, но моя одежда мне больше не подходит, и выгляжу я как кусок дерьма!

—Ты всегда можешь поменять одежду.

Сказал полуголый мужчина. Но вслух я это не сказал, и Карс протянул руку и снова засунул её в мой мозг, и через секунду все мои кости раскололись с потрескивающим хрустом и сломались в обратное направление, и так я вернулся к своему старому росту. Мм, отлично. Я чувствовал, что моя голова была чуть больше, чем должна была, однако это было для меня делом привычным.

—Хорошо, — сказал я. — Карс, я могу получить свой диск обратно?

—Будет больше толку, если его осмотрю я.

Да ну нет.

—Но там мои воспоминания, — сказал я, и поскольку из головы Карса торчала треть диска, я схватил её и высунул. Я становился смелее. Если бы он захотел убить меня, всё кончилось бы для меня в одно мгновение, и поскольку это мгновение зависало надо мной всё время, и я никак не мог предсказать, что станет для него причиной, мне стало совершенно пофиг. Даже после того, как он залечил мои раны, расслабиться здесь я точно не мог.

Но когда я вложил диск обратно себе в голову, Карс сказал:

—Я уже нашёл его.

—? Кого?

—Того вампира.

—…а? Где? В моих воспоминаниях?

—Да.

Серьёзно?

—Так я встречал этого вампира раньше?

—Нет, всего лишь видел его фото.

—Что…?

—Когда тебе было семь, ты просматривал альбом старых фотографий семьи Джостаров, и она мгновенно бросилась тебе в глаза.

Как я вообще мог это запомнить? Я не помнил даже об альбоме!

Карс рассмеялся с моего ошарашенного лица.

—Хе-хе, как я и сказал, от твоих воспоминаний больше пользы тогда, когда смотрю их я.

После этого Карс снова сделал из своего рта проектор и отразил мои воспоминания на стену.

Клац. Изображение альбома, наполненного чёрно-белыми фотографиями.

Клац. Крупный план самой большой фотографии на странице. Это, видимо, была картина со времён, когда Джостары жили в Америке. На ней был изображён большой дом, снаружи чем-то напоминающий сельхозугодье. Перед домом выстроилось трое хорошо одетых мужчин. Мужчина средних лет по центру сидел на стуле, а два мальчика стояли позади. Все трое улыбались.

Клац. Крупный план мальчика слева. Светлые волосы, выглядящие мягкими на ощупь. Длинные узкие глаза, крепкий подбородок и пухлые губы.

Он.

У него было приятное выражение лица, он был всё ещё молод, не до конца повзрослевшим, имел гораздо более худощавое телосложение, однако это явно был тот же человек, которого мы видели парящим в воздухе и который выглядел чертовски злобно.

Клац. На экране снова полная фотография. На этот раз на ней также была показана приписанная под фотографией заметка. Подпись, означавшая на английском «1881, Поместье Джостаров». И три имени, расположенные перевёрнутым треугольником относительно позиции трёх мужчин. Мужчину среднего возраста звали Джордж Джостар. Мальчик, стоящий справа, был Джонатаном Джостаром. А мальчик, о котором шла речь, был подписан как Дио Брандо.

Дио Брандо.

Когда я увидел это имя, я почувствовал, будто по моей спине пробежал заряд молнии.

1881?

Это было 131 год назад. Джонатан был моим пра-пра-дедушкой, дедушкой Джозефа. Джозеф, судя по всему, со своим отцом, Джодо Джостаром, ладил плохо (он, по-видимому, был человеком мрачным и немногословным; было трудно понять, о чём он думал; полная противоположность Джозефу, который, хорошо это или плохо, никогда не держал в себе всякого дерьма). Однако дедушку своего он часто упоминал с чем-то очень близким к благоговению. Джентльмен с добрым сердцем, привлекательный и настолько спортивный, что играл в регби на равных с молодыми парнями до своих самых поздних лет. Раз этот бородатый мужчина в кресле, Джордж Джостар, был с Джонатаном во время его детства, то, вероятнее всего, он приходился ему отцом, Джоджо в шестом поколении передо мной (хотя и без кровного родства).

«Ещё один Джордж Джостар», — подумал я и вспомнил, что сказал Цукумоджуку:

В моём мире есть ещё один Джордж Джостар.

Неужели Джорджем Цукумоджуку был этот мужчина средних лет? Нет, как-то не сходилось. Цукумоджуку утверждал, что в его мире было 23 июля 1904 года, спустя двадцать три года после того, как была сделана эта фотография…или даже больше. У мира, из которого он прибыл, была совершенно иная карта. Ста лет не хватило бы на то, чтобы все континенты слились воедино.

…или нет?

Достаточно посмотреть, что происходило с Морио и островом Нэро-Нэро. Отрастить таким же образом шесть лап…вряд ли этого было бы достаточно, но действительно ли не могло идти и речи о том, чтобы континенты переместились так быстро и образовали мир, в котором мы жили? И тогда мировая история решила сохранить этот факт в секрете?

«Погодите, погодите», — подумал я.

Я уже понял, что не должен был думать с точки зрения истории, в которой жил сам. Я посмотрел на Карса.

Этот Карс был оригинальным Карсом. Потому что он был совершенным существом, он не смог умереть после конца вселенной и прошёл её от начала и до конца тридцать шесть раз, собрав тридцать шесть побочных Карсов и тридцать семь космических зондов Джотто.

Значит, мир повторял свою историю крайне похожим образом. Не это ли философ Ницше называл вечным возвращением[2]? Концепция того, как история повторяет себя в сущности фактов на протяжении значительно большего промежутка времени.

Тогда гораздо больше смысла имело предполагать, что Цукумоджуку прибыл из мира в одной из предыдущих тридцати шести вселенных, а расхождения в картах мира были вызваны совокупными последствиями незначительных различий в путях развития истории. Хорошо. Значит, Джордж Джостар, с которым дружил Цукумоджуку, был Джорджем Джостаром в одной из предыдущих вселенных. И если Цукумоджуку был прав, и Джорджа звали Джорджем, то тогда различия в моей временной линии привели к тому, что шесть поколений спустя это имя было унаследовано…японским мальчиком, принятым в семью Джостаров. Мною. Хотя официально меня всё ещё звали Джоджи.

Это казалось слегка притянуто. В том смысле, ведь я был приёмным. Сходства и различия в ходе истории возникать могли, однако это всегда происходило в рамках родословной Джостаров. Ничего из этого не имело ничего общего с наличием приёмного сына.

Но всё-таки, Дио Брандо. Я совершенно ничего о нём не знал.

—Карс, ты знаешь, какое отношение этот Дио Брандо имеет к семье Джостаров? — Я был детективом, и всё же спрашивал кого-то другого о своих собственных воспоминаниях. Что ж. Может, я и не был отличным детективом. Учитывая текущий ход событий, казалось маловероятным, чтобы я когда-нибудь собрал всех причастных в одном месте и объяснил всем своё решение.

Не обратив внимания на мой внутренний стыд, Карс просто ответил на вопрос:

—Он был усыновлён семьёй Джостаров. Являясь уже Дио Джостаром, он погиб в железнодорожной аварии в 1889.

Усыновлён!? Прямо как я…!?

Карс снова сделал из своего рта проектор и показал нам. Клац. На этот раз картинка двигалась, а ухо Карса стало динамиком, благодаря которому мы могли её слышать. Голос дедушки Джозефа я не слышал уже довольно давно. Ребёнком я был суетливым, поэтому долго изображение на нём не фокусировалось. Его история мне была неинтересна. Это была его спальня, и я сидел на кровати Джозефа Джостара. Он сказал: «Мой дедушка Джонатан был героем. Он умер, когда пытался не дать своему приёмному брату ограбить поезд. Д был ещё большим куском дерьма, чем мой отец. Если бы они не убили друг друга, уверен, Джонатан воспитал бы моего отца как надо, и он сделал бы эту семью ещё более великой, чем она есть».

Д, должно быть, был Дио Брандо, которого Джозеф так ненавидел, что отказывался произносить его имя вслух. Но ограбление поезда? Джостары были титулованными аристократами, состоятельными даже по стандартам граждан Англии. Какого чёрта тогда произошло? Понятно, почему Джостары хотели сохранить эту историю в тайне. Но если он действительно умер, то тогда он не мог быть в небе над мысом Канаверал в июле 1999 года, кидая металлическую пластину с зонда Джотто в дом Пуччи.

Когда Дио Брандо стал вампиром? Став вампиром, вряд ли возможно жить в приличном обществе. С другой стороны, человеку, который спланировал ограбление поезда, на приличное общество было насрать.

—Карс, ты ведь покорил солнечный свет с помощью каменной маски и красного камня Эйша, я прав? Вампиры тоже слабы к солнцу?

Вернув свой рот в нормальное состояние, Карс ответил:

—Конечно. На солнце вампиры не могут продержаться и секунды. Мы…вид, к которому я когда-то принадлежал, мог продержаться на солнце в течение короткого периода и был способен превращать тело в почву или металл, или же погружаться в скалы, и тем самым пережить частичное воздействие солнечного света. Полагаю, ты думаешь о Дио Брандо?

—……!? Да, но…

—Вампиры обладают силой, о которой люди могут только мечтать. Они могут очень быстро восстанавливаться, имеют усиленные чувства и физическую силу, но крыльев у них нет. Они не могут летать. Однако на фото он парил в воздухе без крыльев. В 1999 году наш приятель Пуччи ещё не открыл в себе стенд, и потому не мог его увидеть, но у этого вампира почти наверняка есть стенд. Или какая-нибудь похожая сила.

Да. И вампир с подобной силой ждал сотни лет, чтобы привести свой грандиозный план в действие. Создал ложный путь в Рай, чтобы подтолкнуть к Пуччи к действиям, отправить его на Марс, всё, чтобы привести Карса, совершенное существо, обратно на Землю.

Хмм?

«Подождите», — подумал я и взглянул на Карса, который мне улыбался.

—Хе-хе-хе, похоже, этот ничтожный вампиришка осмелился бросить мне вызов. Должно быть, он очень самоуверен в способности своего стенда. Думаю, мне невероятно повезло, что космонавты, которые прилетели на Марс, оказались владельцами стендов. Это позволило мне узнать о стендах перед тем, как я вернулся на Землю. Судя по всему, способности стендов могут игнорировать законы физики, поэтому он мог загнать меня в ловушку, о которой я бы и не подумал…возможно, он мог даже без единого касания отправить меня обратно в космос. Но теперь я к нему готов. Когда мы долетим до Земли, я начну с того, что покорю всех владельцев стендов, — сказал Карс, явно наслаждаясь собою. Я вспомнил, что сказал Кишибе Рохан.

Владельцы стендов притягиваются друг к другу, словно магниты.

Я уже знал одно место, в котором находилось огромное множество владельцев стендов. Оно плыло посреди Океана. Морио и остров Нэро-Нэро. Оба из них в настоящее время перекрывали друг друга, и оба острова были окружены американской армией.

Он сказал, что если ничего не изменится, американская армия перевернёт остров!

Сообщение, переданное Хиросэ Коджи. Почему Америка пыталась избавиться от Морио? Не узнала ли Америка откуда-либо, что корабль с Карсом приземлится не через шесть месяцев, а через четыре часа?

Главнокомандующим американской армии был президент, Фанниест Валентайн. Его отец, Фанниер, ещё сегодня попытался убить всех остальных космонавтов на тёмной стороне Марса. Это явно было частью стратегии по захвату Карса для их личных целей. Был ли взрыв Г.Д. Уэллса прописан по сценарию, по которому Фанниер должен был быть сейчас на нашем месте, на корабле с Карсом, который потихоньку возвращался на Землю без ведома других государств? Если Фанни Валентайн передал Хиросэ то сообщение, потому что был указан в плане своего сына и внука или потому, что был с ними не согласен, то это было намного логичнее. Мм, я был в этом уверен.

Америка знала, Карс идёт. Возможно, они ещё не знали, что Фанниера взорвал на Марсе Наранча и могли думать, что на борту этого корабля с Карсом находится он, но всё же армия ждала, когда этот корабль приземлится на Землю. И поскольку он был совершенным существом, можно было уверенно полагать, что подготовлены они будут хорошо; такой владелец стенда, как Фанниер, пережить бы это смог, но вот рядовой гражданин вроде меня мог легко погибнуть в общем хаосе. Чёрт. Я подбежал к Наранче, который всё ещё был прикован к потолку, и вытащил из его заднего кармана телефон-камушек. Я нажал повторный вызов. Гудки. Наконец Шиобана Харуно ответил:

—Да?

—Здравствуйте, — сказал я на японском, — это Джордж Джостар.

—Оу. В чём дело?

—Я хотел поинтересоваться, что у вас там происходит.

—Ясно. Хорошее вы нашли время. Надо было позвонить вам самому.

—Вы нашли Дьяволо?

—Нет. Что насчёт положения дел…час назад американская армия приказала нам покинуть эти воды. Тридцать минут назад они сделали нам последнее предупреждение. А пару секунд назад самолёт американской воздушной разведки необъяснимым образом развалился в небе над Морио и разбился. Местные жители вышли им помочь, но столкнулись с морским флотом и теперь сражаются. Можно ожидать, что они начнут бомбить Морио и остров Нэро-Нэро в любую секунду, поэтому мы приказали всем гражданским с обоих островов спрятаться под остров Нэро-Нэро. Однако мы всё ещё не выяснили, как управлять островом Нэро-Нэро, поэтому если он снова начнёт идти по Морио, всем придётся двигаться вместе с ним. Не идеальный, но лучший вариант из доступных. Мы продолжаем охоту за тем серийным убийцей, Кирой Ёшикаге, но пока не нашли ни одного вероятного подозреваемого, и как только Америка начнёт атаку, продолжать расследование во всё этом хаосе будет практически невозможно.

Вывалил он всё это мне спокойно, но чтоооо? Сражаются? Местные и морской флот!? Против морского флота шансы были только у владельцев стендов, но даже тогда по всему миру люди без стендов увидели бы, как американские направляют оружие против безоружных японских граждан. Как это могло допустить международное сообщество? Бомбить? Америка начнёт атаку? Что за безумная херня там творилась? Я мог только предположить, что от мировой общественности это держалось в секрете.

Будто предугадав мою реакцию, Шиобана ответил:

—Они сказали всем, что Морио и остров Нэро-Нэро захватили террористы, а местные сошли с ума от смертоносного вируса, и террористы заставили их нападать на японских и американских солдат, которые пришли их спасать.

—………

—Поступили настоящие сообщения о том, как заболевшие в Сардинии и японском регионе Тохоку сходят с ума и нападают на людей. Их симптомы заразны, и количество жертв растёт. Прямо как в фильмах про зомби. Мёртвые кусают живых, и те, кто был укушен или соприкоснулись с их слюной, поворачиваются и нападают на других людей. Думаю, ключевым образом ситуация отличается от фильма про зомби тем, что ходят слухи о летающих зомби. Так или иначе, весь мир находится в состоянии паники, и все считают, что источником эпидемии являются Морио и остров Нэро-Нэро. Всем сказали, что жители островов отплыли в Океан, чтобы перенести эпидемию зомби на другие континенты, и сейчас судьба этих двух островов решается на совещании международного совета по чрезвычайным ситуациям. Над нами уже расположено спутниковое оружие, и мы думаем, что с помощью него взорвут наши острова. Мы должны найти способ взять острова под контроль прежде, чем это произойдёт.

Я даже не…зомби? Летающие зомби? С каких пор подобные твари вообще существуют!?

Когда я ничего не сказал, Шиобана спросил:

—Кстати, а вы с Наранчей где?

—А? Ум…в космосе.

—……? Можете дать Наранче трубку?

—Конечно, — сказал я и передал телефон-камушек Наранче, который тут же завопил:

—Джорноооооо, это я! Чёрт тебя возьми, слушай! — и со слезами, тёкшими по щекам, он начал объяснять ему всё произошедшее. Я покачнулся на пару шагов в сторону и увидел улыбающегося мне Карса.

—Есть ли вероятность, что владельцы стендов, которых ты хочешь покорить, рискуют быть уничтожены? — сказал я.

Хотя этого могло и не произойти. В конце концов, стенды обладали удивительной силой. Они были вполне в состоянии противостоять нападению американской армии.

Но я волновался.

Карс усмехнулся.

—Если волнуешься, тебе лучше их спасти.

Он мог и мысли мои читать?

—Если бы я мог, всё бы было намного проще.

—Ты никогда не думал посмотреть, есть ли что-нибудь, что ты можешь сделать? Человеческие мысли текут так медленно, и вам не хватает упорства. Всегда так легко сдаётесь.

Что…!? Я не был владельцем стенда, я был обычным человеком! Я открыл рот, чтобы так ему и сказать, но потом призадумался лучше. Карс никогда ничего такого бы не сказал, если бы не держал в уме уже заготовленный ответ. Иначе говоря, Карс знал, что я ещё могу сделать. Что-то, что я мог сделать, было, я просто этого не заметил.

Я бы заметил, если бы об этом подумал. Раз причина моей беспомощности заключалась в том, что я был обычным человеком, то мне нужно было что-нибудь с этим поделать. Я о том, что я не был совершенным существом или владельцем стенда, но должен был это исправить.

Я мог это исправить.

Позади Карса на полу лежал тяжело раненный Пуччи, дыхание его было прерывистым. Он с гневом смотрел на космос, погрузившись глубоко в свои мысли. Его стенд. White Snake. Два диска. Которые могли забирать стенды. Вставив диск в голову, давало ли тебе это возможность использовать стенд, как в случае с чтением через диск памяти?

—Карс, — сказал я, — можно мне взять у тебя на время диск со стендом?

Карс громко рассмеялся.

—Ха-ха-ха, смелый ход, Джордж Джостар. Я думал, ты попросишь помощи у меня, а ты предпочёл сделать что-нибудь самому.

А? Ох, и всё? Раз он был готов для меня это сделать, то сделал бы любыми средствами, и так похожий на Ашуру White Snake Карса уже появился и вытащил из его головы два диска. White Snake и Das Boot. Однако White Snake всё ещё стоял позади Карса. «Что?» — подумал я.

—Это копия, — сказал Карс.

Я решил, что он действительно способен на всё что угодно и взял от него диски. Один из них я вложил в свою голову.

Как только я это сделал, Карс сказал:

—Но может ли простой человек совладать с моей силой?

«О, чёрт!» — подумал я, и всё почернело. Я взорвался.

Я на самом деле взорвался, и со стен корабля всё ещё капали капли запёкшейся крови, а Наранча на потолке и Пуччи на полу глазели на меня, облитые кровью. Однако тело моё снова было в полном порядке и совершенно не пострадало. Карс продолжал смеяться.

—Ты совершенно не думаешь наперёд, — сказал он. Диски находились в его руке, так что он, должно быть, вынул их из моей головы. Он собрал моё тело по кусочкам прежде, чем я умер. Полагаю, для совершенного существа я представлял собою куклу из плоти, сделанную из кусков костей и крови, которые он в случае чего легко мог собрать снова. Я был весьма ему благодарен за то, что он позволил мне пережить мою неосторожную смерть.

—Спасибо, Карс…могу я спросить как? Я почти уверен, что был полностью мёртв.

—Плоть — это сосуд, а душа — это словно мороженное, которое приготовлено внутри него. Когда сосуд разрушается, на мгновение душа сохраняет свою форму. Я просто собрал сосуд прежде, чем душа растаяла.

—Ха-ха…кажется, сейчас мы случайно ответили на вопрос «Что есть душа?».

—Это никогда не было вопросом.

—…хорошо…а мороженное моё было в порядке? Ничего не пролилось?

—Я не совершаю ошибок. И я уже изъял тридцать шесть душ из дополнительных себя, так что опыт у меня есть. Но также мой опыт говорит мне, что ты умирал уже несколько раз.

—А-а?

—Если продолжить аналогию с мороженным, то если ты растопишь мороженное и потом заморозишь его, то оно не будет таким же вкусным, как до этого. Меняется структура. Понимаешь?

—Да…

—Именно так.

—Так по ощущениям я уже умирал? Да ещё и несколько раз?

—Хмм. Твоя эмоциональная реакция производит на душу вредный эффект. Полагаю, это возможно.

—Когда ты превратил побочных Карсов в топливо и части корабля, их чувства повредили их души?

—Ничего такого я не почувствовал. Дополнительные я отдали мне свои жизни, а я просто их забрал.

—Ох…хорошо. И спорить между самими собой нет смысла?

—Мы — совершенные существа, и между нами нет разногласий. Мы все всё понимаем. И души, которые я изъял, я не выбрасывал. Они все составляют часть меня.

—…ты слизал их, как мороженное, съел их?

—Идиот, мороженное — это метафора. Ты точно человек? Что случилось с твоим умением понимать смысл вещей?

—Ха-ха, уж очень ты умён, босс Карс.

—Это ты просто слишком глупый. Поверить не могу, что ты произошёл от хитреца Джозефа Джостара.

Ну, я усыновлён. Хотя я решил, что пусть так и будет. Дедушка Джозеф определённо научил меня многому. Я вырос в семье Джостаров. Так что оправдание это было жалким. Я мнил себя детективом, но он продолжал говорить, что я размышлял недостаточно и был слишком глупым, и насчёт этого был абсолютно прав.

Мой разум начинал проясняться.

—Я должен делать всё лучше, — сказал я, обращаясь скорее к самому себе. Через мой мозг пульсировала кровь. — Я — Джордж Джостар. Детектив Джоджо.

Поэтому я, чёрт возьми, должен был думать! Ситуация была настолько удручающей, что мой мозг увял и отказывался работать как надо. Делай своё дело, мозг! Всё в этом месиве было за пределами чего-либо, что я испытывал раньше. Но всевозможным вещам я удивлялся и раньше, и всегда преодолевал удивление и новые ощущения через усердное размышление. Если я действительно был детективом, то это дело я перехитрю тоже! Даже если я не мог поверить в себя, у меня была вера в мой ум!

—Карс, ты прав, — сказал я. — Я вспомнил, кто я такой.

Карс пристально наблюдал за мной.

—Я думаю глубже и шире, чем кто-либо здесь.

—Верно, — сказал Карс. — Но действительно ли ты понимаешь истинную природу того, что Цукумоджуку назвал Потусторонним?

Я искренне верю, что в нашей встрече есть особое значение.

Цукумоджуку улыбнулся.

У всего есть значение.

Конечно же, в том, что я встретил здесь Карса, было особое значение. Даже некто настолько ошеломляющий, как он, был необходимым элементом для выполнения мною роли детектива.

Я кивнул.

—Ты не возражаешь?

Карс улыбнулся.

—Быть главным героем у меня нет ни малейшего желания.

Карс полностью вник в тему, которую принёс нам Цукумоджуку. Он обладал ослепляющим интеллектом. И, благодаря Карсу, я наконец-то был эмоционально готов принять устройство этого мира.

Карс подготовил для меня версии дисков со стендами с уменьшенной силой, и я вложил один из них в мою голову. Сначала я вставил уменьшенный диск с Das Boot:версия Карса и обнаружил, что второй диск не подходит. Рохан упоминал об одном правиле – на одного человека один стенд. Очевидно, Карс был исключением. Но и это было здорово. На данный момент Das Boot был для меня более полезным, чем White Snake.

—Карс, как скоро мы достигнем Земли?

—Ещё пятнадцать минут.

—Что? Мы уже так близко?

—Да, и, кажется, у меня больше нет времени всех вас съесть.

—………

—Но я ничуть не скучал. Не волнуйся; на Земле еды будет много.

Я действительно не волновался.

—Как наше путешествие из шести месяцев превратилось в четыре часа?

—Я сам не совсем это пониманию. Но, похоже, стенд этого космонавта оказывает какое-то влияние на течение времени.

White Snake? Разве он не просто забирает диски со стендами и памятью? Без разницы.

—Карс, как много у нас осталось топлива?

—Как и рассчитано. Достаточно.

—Мы, перед тем как выйти, притормозим, правильно? Тогда мы можем в этот момент чуть-чуть его вылить?

—На секунду — да. Как пожелаешь.

Но разве этим топливом не были добавочные Карсы? Как только я об этом подумал, Карс сказал:

—Всеми всегда правит один. И все остальные знают это.

Вот почему остальные тридцать шесть Карсов без возражений позволили подлинному Карсу превратить их в топливо и части космического корабля.

Я поднял глаза на Наранчу, который глазел на меня с забытым в руке телефоном-камушком.

—Он уже повесил трубку?

—А…? А-а! — Он быстро поднёс его снова к уху. — Да, повесил! Ты взял и неожиданно взорвался. Я аж охренел от страха! Чувак, ты в порядке?

—А-ха-ха, в порядке, в порядке.

—В порядке, блин, в порядке. Боже.

—Наранча, американская армия вот-вот нападёт на Морио и остров Нэро-Нэро. Я бы хотел не дать этому случиться.

—Ага, с помощью Das Boot, да? Разлить топливо Карса и устроить бум-бум? Так давай сделаем это!

В этом смысле похоже было, что он идеально улавливал всё на лету. Хороший рейтинг среди гангстеров он имел не без причины.

—Мы почти на Земле.

—Хе-хе. И мы всё ещё живы!

—Самое сложное ещё впереди, — Я повернулся к Карсу. — Можешь отпустить Наранчу?

Карс махнул рукой, и Наранча был освобождён.

—Ююю-хуууу! Свобоооодааа!

—Ха-ха. — Я повернулся к единственному настоящему космонавту на корабле. — Пуччи, мы почти на Земле.

—…да, — Он поднялся на ноги, подошёл к креслу пилота, взял устройство связи, сделанное из деталей Джотто, на минуту оглянулся на Карса и установил связь.

—Хьюстон, это лейтенант Энрико Пуччи. Хьюстон, вы меня слышите?

По радио послышалось потрескивание и ответ:

—Это Хьюстон. Вы…Пуччи, так вы сказали? Почему вы передаёте на частоте Джотто?

—Потому что я на Джотто.

—…кто с вами есть? Где Фанниер?

—Фанниер мёртв.

—………

—Саундмен и Поколоко тоже. Их убил Фанниер. Доложите президенту. Это преступление не останется без отчёта.

—Успокойтесь, Пуччи.

—За всю свою жизнь я ещё не был спокойнее.

—…где Карс?

—Он здесь.

—Хорошо. Только что мы определили ваше местоположение. Вы…вы не просто на Джотто. На наших мониторах сейчас его размеры. Он большой, и быстрый. Как что-то из Звёздных войн. Вы управляете им в одиночку.

—Мне не нужно ничем управлять. Этот корабль сделан из собственной плоти Карса.

—………

—Расскажите нам план, чтобы к вам вернуться.

—…хорошо, готовы услышать?

Единственная причина, по которой у них так быстро оказался план, заключалась в том, что подготовили они его уже давно. Они были готовы ко всему. Единственная разница заключалась в вовлечённых пассажирах.

Как только Пуччи прояснил детали с директором НАСА, мы приблизились к Земле. За нашим смотровым стеклом она становилась всё больше и больше.

—Ваааааааууууу! Земля! — закричал Наранча, хлопая меня по плечу. — Братан, мы дома!

Мы дома. Я, как и он, почувствовал облегчение. Однако теперь нам надо было сражаться.

Карс смотрел на Землю, удивляясь необъятному голубому простору.

—Это Земля? Почему на ней так мало земли?

Мне стало интересно, как Земля выглядела до того, как Вселенная умерла тридцать шесть раз? Затем мне пришла мысль, что, возможно, я уже это знал, и я показал Карсу карту, которую мне дал в обмен Цукумоджуку.

—Вот мир, каким я его знал, — сказал Карс.

Цукумоджуку прибыл из той же вселенной, что и оригинальный Карс.

Всё было взаимосвязано.

—То, что ты видишь сейчас — это Океан. Так получилось, что Панландия сейчас находится на обратной стороне планеты.

—Она похожа на сосуд для воды, — сказал Карс.

Позади нас раздался стук, и, когда я повернулся, я увидел, как Пуччи уставился на Карса. Он был ошеломлён, или возвышен? Он выглядел так, будто был настолько удивлён, что вот-вот готов был засмеяться.

О чём он думал?

Корабль снизил скорость, после чего Карс подошёл к пилотскому креслу, забрал у Пуччи гарнитуру и сказал:

—Господин Карс готов вернуться. Вечеринка готова?

Тот факт, что с виду Карс казался возбуждённым, сделал его ещё более устрашающим, и мы с Наранчей стали как можно тише.

Он бросил гарнитуру обратно Пуччи и посмотрел на нас.

—Похоже, сейчас мы можем видеть нашу посадочную площадку. Два наложенных друг на друга острова пересекают океан, и поскольку они стоят на нашем пути, от них пытаются избавиться.

—………!

—Мы с Наранчей подошли к смотровому стеклу уставились на гигантский водяной шар. Океан был огромен, а Морио и остров Нэро-Нэро слишком малы и слишком далеко, чтобы их можно было разглядеть человеческим глазом.

—Я не вижу, я не вижу! — взвыл Наранча, из-за чего Карс подошёл к нему сзади, сунул в его затылок пальцы, нажал где-то в его голове переключатель и отрегулировал его зрение. Наранча тотчас же сказал:

—О, вот оно! Я вижу! Блин, блин, блин, повсюду дым и огонь! Какого хрена!? Там будто началась грёбаная война.

—Карс, — сказал я, — топливо, пожалуйста.

Карс вытащил руку из головы Наранчи и кивнул. За окном из корабля начала выходить пузырями чёрная жидкость. Живое топливо, летящее в направление Земли.

—Наранча, сделаем это. Поддержи огонь на Морио и остров Нэро-Нэро.

—Ооооо, да! Ну, Джордж, давай! Убьем к хренам собачьим всех, кто угрожает моей банде!

Я взял телефон-камушек и позвонил Шиобане.

—Алло?

—Это Джордж Джостар. Мы на орбите. Скоро мы выпустим по американцам пару ракет, так что убедитесь, что местные и жители острова не попадут под раздачу. И владельцы стендов тоже.

—Рядовые граждане уже эвакуированы. Все владельцы стендов будут находиться под Нэро-Нэро в ближайшие пару минут. Начинайте стрелять.

—Принято. Но пожалуйста, постарайтесь спасти как можно больше раненых американцев.

—…разумеется. К счастью, ни на одном из островов пострадавших нет, поэтому люди ещё сговорчивы.

—Хорошо. Начинаем атаку.

—Принято. Спасибо.

Я повесил трубку и повернулся к Наранче.

—Слышал? Мы их не убиваем. Мы их обезоруживаем. Твой босс на это согласен.

—…пф, тогда пошло оно всё, — проворчал Наранча. Он активировал свою перископическую гарнитуру, и поэтому я активировал свою.

Так как это моя личная сила, мне не составляет труда понять, как она работает.

Всё было именно так, как сказал Карс. Я не знал характеристики полного диапазона его способностей, но инстинктивно знал, как им управлять.

—Поооооооогналииии, Джордж! — завопил Наранча.

—Оооо даааааа! — закричал я в ответ. — Давай, Наранча.

—Рок-н-ролл! Вперёд, вперёд, вперёёёд!

Наши Das Boot всплыли с поверхности корабля и начали идти по поверхности выброшенного топлива. Оставив на всякий случай внутри себя один или два корабля, каждый из нас собрал из своего флота одну гигантскую подлодку и начал выпускать крайне большие ракеты.

—Стрелять со всех орудий! — приказал Наранча. Я открыл люки для каждой торпеды и крылатой ракеты, что у меня были. — Я займусь блоками на востоке! А ты, Джордж, иди на запад!

Я проверил через перископ свои мишени. Все они были захвачены.

—Все ракеты готовы, — сказал я.

—ОГООООООООНЬ! — заорал Наранча.

Я это сделал.

Пау, пау, пау, пау, пау, пау, пау, пау!

Пшш пшш пшш пшш пшш пшш пшш пшш

По топливу промчалось двадцать четыре ракеты, а в космос были запущены двадцать две ракеты, все они направились прямо к Земле. Они вошли в атмосферу. Настоящие ракеты взорвались бы, или вернулись в космос, как метеоры, но стендов физика не волновала. Они выстрелили к двум островам практически с той же скоростью, с которой они двигались в космическом пространстве.

Бах, бах, бах, бах, бах, бах, бах, бах!

В один момент мы попали по каждому вертолёту и каждому линкору, которые флот разместил вокруг Морио. Мы не вооружили их детонаторами, поэтому ни один из них не взорвался. Нам нужно было просто от них избавиться.

—Пф…так скуууучно, — простонал Наранча.

Мы выпустили вторую волну. На этот раз мы поразили приблизившийся к берегу десантный корабль и судна, размещённые в гавани. Бах, бах, бах, бах, бах, бах, бах, бах, бах! И снова никаких взрывов, мы всего лишь отнимали у кораблей их военный потенциал.

—О, чёрт, кто-то сейчас утонет ♡! — обрадовался Наранча.

—Даже не думай. Шиобана пообещал, что люди Пассионе помогут в спасательных работах.

—А, а…? Не говори Джорно, Джордж!

—Мы вот-вот пойдём на снижение, — сказал Пуччи, прерывая наш праздник. — Верните свои стенды назад.

Всё это время корабль двигался к входу в плотные слои атмосферы, поэтому пока мы глядели в свои перископы, мы переместились достаточно далеко от Морио и острова Нэро-Нэро, и оба острова исчезли с пика планеты.

—Ещё! — закричал Наранча, после чего его Das Boot отступил и выпустил град ракет по спутниковому оружию. Буууууум. Теперь без взрывов не обошлось.

Когда я потрясённо посмотрел на него, Наранча пожал плечами.

—Что? Они беспилотные. Да и страшно такую дрянь в космосе держать, — Но ведь теперь они были космическим мусором и могли вызвать проблемы в будущем…хотя сейчас плевал я на это.

Наши Das Boot вернулись к кораблю, и мы продолжили двигаться по земной орбите, постепенно спускаясь ниже и ниже.

—Приготовьтесь! — сказал Пуччи. — Мы входим внутрь, — Не то чтобы он управлял кораблем или чем-то еще.

—Вперёд! — сказал я. Наранча присоединился:

—Да! Обратно на Землю!

Прямо перед тем, как мы вошли в атмосферу, зазвонил телефон-камушек. Плю-пон-пин-пара-пара-пон-плю- пон-пин-пара-пара-пон! Наранча взял трубку.

—А? Что, Буччеллати? Сейчас не лучшее время, — Корабль начинало трясти, но, несмотря на грохот, я без труда смог определить голос на другом конце линии.

—Мы нашли тела Дьяволо и серийного убийцы из Морио Киры Ёшикаге! Обоих! Кто-то от них избавился! Больше мы ничего не знаем!

А-а? Киры Ёшикаге? От них избавились!? Значит, Дьяволо и Кира Ёшикаге были мертвы? Уже? Оба? Босс мафии и серийный убийца. Разве это не хорошая новость? На секунду я так подумал, но нет, это было не так. По идее, Дьяволо и Киры были теми, кто приводил острова в движение. Раз оба они были мертвы, то никто из не мог их двигать острова, на которые падал корабль с нами и Карсом и где владельцы стендов притягивались друг к другу…! А-а!? Владельцы стендов притягивались друг к другу?

Я закричал в телефон-камушек, который держал в руках Наранча:

—Скажите всем на острове, чтобы убегали! Корабль скоро упадёт!

Однако трубку уже повесили, я не мог знать, услышал он меня или нет. Мы с Наранчей переглянулись. Мы могли выжить, если бы приземлились на воду, но попади мы в землю, и почти наверняка мы были бы мертвы.

Корабль был охвачен огнём, и дополнительные Карсы сгорали, исчезая без какого-либо крика. Чтобы замедлить спуск мы расправили крылья, и к тому моменту, как мы прошли через облака, огонь погас, и мы смогли увидеть через переднее окно остров Нэро-Нэро и Морио. Остров Нэро-Нэро стоял на шести лапах над Морио. Это было место нашей смерти. Хотя Карс, вероятно, бы выжил.

—Прости, Наранча, — сказал я. — Если бы ты не был со мной, ты бы не оказался на Марсе.

Уупс. Принёс с собой аномалию, но… уверен, всё это что-то значит. Пока!

Цукумоджуку перенёс нас обоих. И это что-то значило.

—Спасибо, — сказал я. — Если бы тебя со мной не было, я бы никогда не увидел Землю снова.

Со слезами на глазах Наранча сказал:

—Пф…ты из мухи слона раздуть хочешь? Ненавижу эти сопливые нюни!

Я рассмеялся, закрыл глаза и задумался, о ком мне стоило подумать в свои последние мгновения, однако внутри себя начал перескакивать с прибытия Цукумоджуку до приезда в Морио и попадания на Марс, беспорядочно вспоминая различные эпизоды этого приключения, и обнаружил, что слегка был впечатлён тем, насколько всё это было поразительно. Я держал глаза открытыми достаточно долго, чтобы убедиться, что корабль направлялся определённо в сторону Морио. Пуччи наблюдал за той же самой картиной через другое окно.

—Так это же жук-носорог! — сказал он. Наш корабль направлялся прямо на Дом Перекрёстных Стрел, и когда Пуччи посмотрел на корабль с потолка, он радостно закричал, — А это Виа Долороза!

Жук-носорог. Виа Долороза. Это были два из четырнадцати слов, нацарапанных на обратной стороне пластины Джотто.

Виа Долороза = Путь Скорби. Последняя дорога, по которой прошёл Иисус Христос, неся на своей спине мимо горожан крест. Также она называется Виа Крузис, Путь Креста. Так как падали мы вверх ногами, Перекрёстные Стрелы находились у нас за спиной.

Космический корабль, на котором находились мы с Карсом, врезался прямо в Перекрёстные Стрелы и толчком от удара сбил остров Нэро-Нэро с Морио и перевернул Морио верх ногами.

И будто всё это время под Морио находился другой перевернутый остров, когда Морио перевернулся, из моря поднял другой остров. Огромнейший остров, в 900 раз больше Морио, который вытеснил вокруг себя воду, но несмотря на это американские линкоры и авианосцы лишь немного покачнулись, и волна прошла без последующих инцидентов. Остров в 219.850 квадратных километров, который появился из ниоткуда, был тем самым островом, о котором никто в нашем мире не слышал – Великобританией.

Мифической Англией.

Когда я сошёл с поезда в Морио и посмотрел на карту города, она показалась мне знакомой. За секунду до нашего падения я посмотрел на него с неба и вспомнил это ощущение.

Я был здесь до этого?

Всё это было в моей голове. Я вспомнил карту мира, которую нарисовал мне Цукумоджуку, и узнал форму Англии. Но поскольку была она развёрнута, узнал я её не сразу. Как мне не неприятно это говорить, но мне явно стоило поработать над своими навыками наблюдения. Если бы я работал усерднее, возможно, я бы остался в живых!

Примечания:

[1] Чиччолина – прозвище реальной итальянско-венгерской порноактрисы Илоны Шталлер, позднее ставшей депутатом парламента Италии.

[2] Вечное возвращение – концепция философии жизни Ницше, означающая возможность повторения любого явления через бесконечное, неограниченное, непредвидимое количество лет.