Том 1. Глава 70
Завтра утром я прикажу отвезти тебя к странствующей труппа, — Ты можешь забрать все свои вещи. Это мой подарок тебе. Или правильнее будет сказать
Он глубоко поклонился.
Благодаря тебе... я наконец-то получил зацепку по делу отца.
Бенедикт...
Ты сдержала обещание, Люсьена, — Ты раскрыла мне тайну, связанную с делом отца. Я навсегда останусь тебе благодарен.
Бенедикт...
Так что теперь ты можешь спокойно вернуться.
Но у нас осталась еще одно обещание, Бенедикт.
Они пообещали вместе найти камень обещания. На самом деле для Люсьены это было даже важнее. Разве она не обещала покойному герцогу, что поможет Бенедикту?
Я узнал, кто принял это решение.
Правда?
Разве я стал бы лгать о таком? Благодаря всему, что произошло... я узнал. Когда схватили ту служанку, она проговорилась.
Но почему ты мне ничего не сказал?..
Это ведь очевидно
Посторонним.
Почему это, совершенно логичное слово, так больно ранит? Люсьена сжала ткань платья.
Сейчас она должна была улыбнуться. Хлопнуть в ладоши и сказать: "Вот это да! Отлично же!" Разве не этого она так долго ждала? Чтобы Бенедикт освободился от проклятия? Чтобы он избавился от той ужасной лихорадки?
Вот и... хорошо...
Как будто она совсем сломалась.
Бенедикт, ничего не подозревающий о ее чувствах, с улыбкой добавил:
Ах да, я позже пришлю тебе ту книгу, что тебе нравилась.
...
Ты ведь даже говорила, что влюбилась в того персонажа... было бы грустно не дочитать, правда?
Сказала, что влюблена?..
Да, когда-то Люсьена признавалась, что испытывала похожие чувства к мистеру Бенедикту в ромене. Но, похоже, это была не такая уж сильная любовь, потому что сейчас слова Бенедикта о книге совсем не порадовали ее. Люсьена поняла, что даже если получит книгу, то не сможет читать ее с таким же удовольствием, как и прежде.
Сегодня...
Лишь это одно слово с трудом вырвалось у нее. К счастью, Бенедикт понял ее вопрос и кивнул.
Сегодняшний хороший день они провели вместе, чтобы завтра попрощаться.
Да. Я получил от тебя слишком многое, чтобы просто так расстаться.
...
Хотел сделать тебя счастливой... Надеюсь, у меня получилось.
Не получилось!
Люсьену вдруг захотелось ответить ему назло. Ведь тогда, может, ответственный Бенедикт захотел бы остаться с ней еще хоть ненадолго.
"Однако..."
Это была ложь. Время, проведенное с Бенедиктом, безусловно было приятным.
И не только сегодня. Все, что они делали, было весело. Даже просто видеть, как он приближается издалека, уже вызывало у нее улыбку и заставляло прижимать ладонь к губам.
...Это было достаточно.
Она не могла сказать иначе.
Он облегченно улыбнулся.
Вот и хорошо.
Он улыбался так, будто только что закончил надоедливое домашнее задание. Люсьена, рассердившись, отвела взгляд.
...
Бенедикт ничего не сказал. Даже не попытался поддеть ее, как обычно.
Опустив взгляд на старый пол, Люсьена поняла, что падавший на нее солнечный свет уже исчез.
Так было и в романе.
Главная героиня прятала в этой тени раскрасневшееся от признания лицо.
Может, эта же тень теперь скроет и ее слезы? Она быстро смахнула набежавшую слезу.
Бенедикт все еще молчал. Теперь он даже не смотрел в ее сторону.
Когда Бенедикт и Люсьена вернулись в домой, ужин уже был готов. Они поужинали вместе и даже съели десерт.
Не забудь лечь спать пораньше,
Смешно слышать это от тебя, когда ты сам каждый день ложишься поздно из-за работы.
Сегодня я абсолютно точно лягу спать пораньше!
Только сказав это, он осознал, что совершенно бесполезно дважды использовал выражение уверенности. Что ж, сказанного уже не вернуть.
К счастью, Люсьена не стала заострять внимание на этом.
Возможно, она до сих пор была расстроена из-за неожиданного разговора и потому не обращала внимания на такие мелочи.
"Она… сильно злится?"
Бенедикт пытался угадать ее чувства, внимательно следя за ее профилем и походкой, когда она вышла из столовой.
Хотя толку от этого было немного.
Если Люсьена разозлилась и возненавидела его.... так даже к лучше, хоть и немного разочаровывает.
Тогда она точно не заговорит о возвращении в дом герцога, и не поставит его в неловкое положение.
На самом деле, когда он твердо решил отправить Люсьену обратно, его больше всего волновало именно это. Что будет, если она посмотрит на него своими красивыми глазами и скажет: "Я хочу пойти с тобой?" Он точно не смог бы отказать ей.
Угх...
Одна только мысль об этой сцене заставляла сердце бешено колотиться. С тех пор как он понял, что Люсьена для него особенная, его сердце часто начинало биться быстрее само по себе.
И не только в такие одинокие моменты, как сейчас. Днем, на рынке, он чуть не потерял сознание от учащенного сердцебиения. Она взяла и попыталась положить ему еду в рот...
(Конечно, увидев ее растерянное лицо, он понял, что это было недоразумение. Тогда он изо всех сил пытался сохранить спокойствие, будто ничего не случилось.)
А когда она сняла с него шляпу, чтобы поправить его взлохмаченные волосы, их лица чуть не соприкоснулись. А потом еще и надела шляпу обратно, сказав, что он выглядит круто.
...Вот же она, вредина.
Если они и дальше будут жить вместе, то он умрет не от проклятия, а от сердечного приступа.
А еще...
При неожиданной мысли Бенедикт грохнул лбом по столу. Когда они проходили сквозь толпу...
"Почему она схватила меня за пиджак?.."
Весь путь он шел с пылающим лицом, ощущая ее осторожное прикосновение. Люди, проходящие мимо, странно поглядывали на него. Конечно, дело было не в том, что это ему не понравилось.
".... хотелось и дальше идти так."
Он чувствовал себя кем-то важным. Если Люсьена так цепко держалась за его одежду, это означало, что она полностью доверяет ему.
Позже, когда они подошли к музею, ее рука естественно опустилась, и он внезапно ощутил пустоту и разочарование.
"..."
Он положил руки на едва успокоившееся сердце и тяжело вздохнул. На обратном пути из музея Люсьена сказала:
「В прошлый раз сестры говорили, что если хочешь учиться ремеслу, нельзя быть слишком взрослой...」
Похоже, что теперь, когда Люсьена возвращается домой, все действительно складывается к лучшему. Это было облегчением — Люсьена приняла новость спокойно, даже с радостью.
И еще одно облегчение...
"То, что он понял, как особенной стала для него Люсьена."
А что, если бы он осознал это позже?
Одна эта мысль заставляла его покрыться холодным потом.
В голове Бенедикта, которая раньше была занята только светлыми, прекрасными вещами, теперь поселилось черное пятно, испачкавшее все вокруг.
Джианна Энвортс — та самая служанка, о которой все говорили. Недавно Бенедикт увидел ее мертвое тело своими глазами.
Он думал, что уже хорошо знает, что такое смерть — после того, как потерял мать и отца.
Но на деле это понимание было слишком абстрактным.
Зрелище было ужасным: кровь на голове, закатившиеся глаза. Настоящая смерть.
Тот, кто еще недавно дышал, двигался, жил — теперь лежит неподвижно. Все закончилось.
Насколько же все это тщетно...
Для него это стало настоящим потрясением.
Теперь Бенедикт по-новому осознал: путь, по которому он идет, будет связан со смертью. Он начал представлять все это с пугающей конкретностью, и его охватил настоящий ужас.
Ему даже снились кошмары.
Во сне он видел Люсьену, она выглядела точно так же, как мертвая Джианна.
И тогда Бенедикт понял: он не должен больше держать Люсьену рядом. Как и няню, Альфи и горничную Джульетту. Он решил через время уволить всех, кроме самых необходимых слуг.
Если останется один — бояться будет некого.
Ведь тогда, даже если кошмарное видение вернется, оно не сможет принять облик кого-то по-настоящему дорогого и ранить его сильнее. Когда перед глазами снова всплыло то лицо, его передернуло от отвращения и страха.
…Пожалуйста, не умирай, Люсьена.
Ему вдруг стало по-настоящему страшно, и он заплакал.
Он не знал, что в этот момент, за пределами столовой, Люсьена прислонилась к стене и слышала его каждое всхлипывание.