Том 1. Глава 7

—Как я могу спать?!

С внезапным криком, я открыл глаза.

За тридцать минут, до того, как должен был прозвенеть мой будильник.

Синобу, скорее от удивления, проснулась синхронно со мной.

—Ч-что такое, господин… Что произошло?

—Ничего, извини.

Спина болела так сильно, что мне пришлось встать.

Всё же моя радость тому, что на этой детской площадке ещё сохранился старый инвентарь, была продиктована невообразимой сентиментальностью. Мои суставы не болели так сильно, даже когда я спал с Сэнгоку и Камбару в руинах вечерней школы.

Впрочем, на весенних каникулах я был настоящим вампиром, так что меня это не волновало, но чёрт… Осино на самом деле был кем-то особенным. Хотя, вероятно, когда ведёшь бродячий образ жизни, то, в конце концов, привыкаешь к жёсткой постели.

И всё же спать в трубе было огромной ошибкой. Конечно, она твёрдая, но эта чёртова труба была ещё и изогнутой.

Я с детства любил такие трубы, скорее всего потому, что они часто появлялись в Дораэмоне, так что Дораэмон косвенно виноват в этом.

Что б тебя, Дораэмон.

—Ты в порядке, Нобу-тян? — спросил я.

—Хотя «Нобу-тян» это скорее всего вариация на тему «Нобуэмона», но это тем временем обычное имя для ребёнка в Японии. И если уж на то пошло, оно похоже на «Ноби-тян».

—Так ты в порядке, или нет?

—Да, я в порядке, — ответила Синобу.

Хм, даже потеряв большую часть своей вампирской силы, она всё ещё оставалось вампиром в душе, так что она вполне могла справиться с любыми суровыми условиями.

—Это вовсе не так. Я не смыкала глаз.

—Хм? Почему? Не могла поменять местами день и ночь?

—Не в этом дело. Ты прижался ко мне, будто тебе снился кошмар, так что я не могла уснуть.

—…

Неужели я действительно использовал её как дакимакуру?[1] Или как футон?

—Тебе снился кошмар, ты играл на моих рёбрах, как на гуиро[2], и кричал: «Ханэкава! Ханэкава! Лоли Ханэкава!»

—Это ложь!