Том 2 · Глава 66. Передача контракта

—Отлично, значит, у этого ребёнка будет шанс выйти из тюрьмы позже, верно?

В кабинете Вероника с восхищенным лицом смотрела на своего начальника, сидящего перед столом.

—Мы только создали для неё такую возможность, а выход из тюрьмы зависит только от неё, — ответил Эйден, изучая полученную информацию. — Во-первых, её поведение в тюрьме должно быть достаточно хорошим, а во-вторых, она должна как можно скорее начать строить планы на будущее.

—Планы на будущее?

—Как жить после освобождения из тюрьмы. Многие заключенные не имеют других навыков, поэтому они возвращаются на старую работу и занимаются незаконной деятельностью. Есть и такие заключенные, которые не могут приспособиться к жизни во внешнем мире и даже намеренно совершают преступления, чтобы снова вернуться в тюрьму. Даже если приговор Айвенше завершится на минимально возможном сроке, к моменту выхода из тюрьмы она определенно станет совершеннолетней и будет вынуждена самостоятельно обеспечивать себя. Её прежней работой было убийство людей, и ты же не хочешь, чтобы, выйдя на свободу, она снова стала убийцей? — Эйден взглянул на Веронику.

Вероника задумчиво кивнула. Эйден мыслил в гораздо более долгосрочной перспективе, чем она. Всё, о чем она думала, это о возможности для Айвенши выйти из тюрьмы и вернуть себе утраченную жизнь из-за попадания к Мелюзине, тогда как Эйден уже думал о том, что произойдет после её выхода из тюрьмы.

—Ребёнку предстоит пройти долгий путь, если она хочет жить нормальной жизнью. Давай перейдем к текущим вопросам, — сказал Эйден, отложив документ. — Есть две необычные особенности в организме Айвенши, которые необходимо устранить: токсичность её крови и способность к перевоплощению. Как только эти два вопроса будут решены, её фактор риска снизится до уровня, приемлемого для судей.

Именно эти две способности тела девочки вызвали наибольшее беспокойство правоохранительных органов.

Кровь и телесные жидкости Айвенши были очень токсичны, и даже если у неё самой не было намерения убивать, эта особенность могла привести к случайному убийству.

А проблема перевоплощения в том, что эта способность слишком подходит для использования в преступных целях, и её трудно контролировать.

Даже официально признанные мастера тёмной магии, такие как следователи Бюро по борьбе с ересью, должны были получить высшую квалификацию, чтобы развивать подобные способности.

—Что говорится в программе, переданной заключенной 3340? — Вероника повернула шею, чтобы посмотреть на профиль.

Информация, которую Эйден просматривал, была общим планом лечения Айвенши, предоставленным Мелюзиной.

—По программе, предложенной Мелюзиной, она должна принимать особые волшебные пилюли в течение длительного периода времени, чтобы преобразить своё тело и постепенно вымыть ядовитые свойства из крови, и этот процесс займет не менее пяти лет, — ответил Эйден.

—Так долго? — посмотрела на него Вероника.

—Это можно считать быстро. Мелюзине потребовалось почти десять лет, чтобы превратить Айвеншу в то, чем она является сейчас. Но хорошо то, что срок девочки достаточно велик. Что же касается Мелюзины... то если я помогу ей, то её точно приговорят к пожизненному заключению, у нас достаточно много времени. Если мы сможем успешно вымыть токсины из крови Айвенши, то срок её жизни также значительно увеличится. Достижения Мелюзины в этой области превосходят официальные медицинские технологии.

—Это действительно здорово... а что тогда будет со способностью к перевоплощению?

—Ну, похоже, её придется передать кому-то другому, — сказал Эйден, снова пробежавшись глазами по информации на столе.

—Эту способность можно передать? — удивилась Вероника.

—Ну, за способность к перевоплощению, которую Айвенша получила по демоническому контракту, приходится платить потерей чувства боли... ее думай, что потеря чувства боли — это хорошо; боль — это защитный механизм организма, позволяющий ощущать воздействие. Айвенша часто обжигается, потому что не чувствует боли от ожогов. Кроме того, она практически ничего не чувствует, когда заболевает, и часто не знает, что ей нужна медицинская помощь, пока её состояние не ухудшится до определенного предела. Острота, которую человек чувствует в еде, также является болью, а Айвенша вообще не чувствует её.

—Понятно, это действительно очень неудобно, — осознала Вероника. — Так есть ли способ восстановиться?

—Нет, демонический контракт, который уже вступил в силу, не может быть отменен. Демоны не благодетели и цену не возвращают, пока не будет предложена большая стоимость. Таково железное правило демонических контрактов. Однако обладатель договора может быть изменен, если тот, кто заплатил цену, позволит это сделать. У Мелюзины есть средства, чтобы изменить демонический контракт и передать способность к перевоплощению кому-то другому, — сказал Эйден, и, сделав паузу, добавил, — но не каждому.

—Почему?

—Такая тёмная магия официально отслеживается и имеет пятый уровень доступа. Только тем, кто имеет соответствующее право и подготовку, разрешено владеть ей, — Эйден сжал руки в кулаки, размышляя. — Я собираюсь использовать свои собственные связи, чтобы навести справки в Бюро по борьбе с ересью, но думаю, что, скорее всего, никто не захочет этого делать.

—Как они могут? Разве это не сделка даром? — Вероника замерла.

Судя по описанию Эйдена, Айвенша заплатила цену за демонический контракт, и те, кому передадут его, получат способность к перевертыванию просто так.

—Согласно официальным правилам, те, кто получил эту особую способность, должны каждые три дня сообщать о своих передвижениях в Бюро по борьбе с ересью. И каждый раз, когда они используют эту способность, они также должны немедленно сообщать об этом. Любой, кто намеренно скрывает её и не сообщает, будет считаться совершившим преступление. И каждый раз, когда возникает дело, предположительно связанное с этой способностью, они должны сотрудничать со следствием и доказать свою невиновность, — сказал Эйден, горько усмехнувшись. — Видишь, такое обращение сравнимо с условно-досрочным освобождением.

—А не может ли Айвенша сама получить право обладать этой способностью? — спросила Вероника.

—По правилам Бюро, заключенный, отбывающий наказание, не может получить право владения тёмной магией, — развел руками Эйден.

Айвенша никак не сможет выйти на свободу по окончании срока, если не избавится от способности к перевоплощению. Но если она захочет получить право для владения этой способностью, ей придётся для этого как минимум выйти из тюрьмы – противоречие, которое никак не удавалось разрешить.

Поэтому ей остается только передать способность другому человеку.

—Так что же нам делать, если мы никого не найдём? — Вероника была слегка ошарашена.

—Ничего страшного, у меня уже есть запасной вариант.

—Кто?

—Я, — спокойно ответил Эйден.

—А?

—Раньше я был высшим инквизитором Бюро по борьбе с ересью, и у меня был право пользования пятым уровнем тёмной магии. — сказал Эйден, указывая на себя. — Хотя я больше не служу в Бюро, право сохранилось. Если я действительно не смогу никого найти, я могу подать заявку на передачу мне способностей Айвенши, — он сделал небольшую паузу, закончив фразу, а затем откровенно добавил. — В любом случае, это не будет для меня потерей, верно?

Эйден прекрасно понимал, что даже с изменением должности его положение в этом мире остается, мягко говоря, небезопасным.

Этот инцидент с беспорядками был ярким примером, и ещё одна способностью будет ему только на руку.

Конец второй арки «Бунт».