Том 1 · Глава 39. Пустыня. (5)
5
О чём ты так глубоко задумалась?
Ничего такого. Какие уж тут мысли...
Самым заметным изменением в Ли Е Чжу было то, что после встречи с Пони она часто погружалась в такие глубокие размышления, что даже не слышала, когда её звали. Иногда она просто смотрела в пустоту, а порой пристально вглядывалась в затылок идущего впереди Рама, отчего несколько раз спотыкалась о камни и падала. Неудивительно, что её поведение казалось Чорону странным.
Взглянув в обеспокоенные золотистые глаза, Е Чжу бессильно покачала головой и потянула за ткань, закрывавшую её лицо до самых глаз. Она была слишком бледна, чтобы объяснить это просто отсутствием солнечного света.
Увидев капли холодного пота на её лбу, Чорон озабоченно спросил:
Сестрица Е Чжу, тебе очень тяжело? Может, попросить Хозяина сделать небольшой привал?
Нет, не нужно. Если пройти ещё немного, должен начаться спуск.
Они поднимались по довольно высокому песчаному холму. Непонятно, как устроена эта пустыня, но даже на возвышенности часто не было ни малейшего ветерка. Из-за своей плохой физической формы Е Чжу люто ненавидела эту местность. Однако, несмотря на нездоровый цвет лица, она не тратила силы на жалобы и просто продолжала идти. Её молчаливое поведение казалось Чорону затишьем перед бурей, что тревожило его ещё больше.
Но ты такая бледная. Может, попросить у Хозяина хотя бы воды?
Е Чжу покачала головой. Обеспокоенный пустельга погрустнел. По его мнению, она пребывала в глубоком унынии с тех пор, как встретила Пони. Хотя по её выражению лица или тону речи нельзя было сказать, что она подавлена или чувствует себя плохо, но с того дня она выглядела полностью обессиленной. Пустельга даже начал скучать по прежней Е Чжу, которая постоянно требовала еду, и продолжал осторожно наблюдать за ней.
Рам, который поднялся на вершину песчаного холма намного раньше остальных, внезапно остановился. Точно так же, как тогда, когда обнаружил людей, пожирающих лиса. Чорон, забыв о том, что хотел что-то сказать Е Чжу, подбежал к своему хозяину. Она тоже поспешила следом за ним.
Ой! Это люди!
Чорон указал рукой на низ холма. И действительно, около десяти человек сидели на корточках и чем-то занимались: мужчины, женщины и двое детей. Они совершали странные действия - кто-то просто копал песок, а кто-то закапывал и выкапывал его. И дети, и взрослые выглядели как бродяги в изношенной оборванной одежде. Все они были так истощены, что казалось, даже лёгкий ветерок мог бы их унести. Маленькая чёрная девочка, похожая на беженцев из Африки, которых в прошлом можно было увидеть только по телевизору, шатаясь, следовала за своей матерью. Они перемещались с места на место и рылись в земле.
Брови Е Чжу невольно нахмурились.
«Действительно ли эти люди образовали поселение?»
Чорон, это поселение людей, о котором ты говорил?
Она бросила взгляд на пустельгу, но тот энергично покачал головой.
Нет. Судя по тому, что они пытаются сажать растения, должно быть, это те, о которых говорил Пони
Сажают растения? В пустыне без воды?
Морщинка между бровями Е Чжу стала ещё глубже. Ей ответил Рам:
Эти существа даже не знают, что мудрец пустыни, Пустынная Лиса, мертва. Они просто продолжают сажать семена, полагая, что она даст им воду.
Девочка, копавшаяся в песке вместе с матерью, пошатнулась и, наконец, рухнула на землю. Она выглядела на лет 10, а может и больше. Судя по её истощённому виду, о нормальном развитии не могло быть и речи.
Эти люди были более опустошёнными и безжизненными, чем сама пустыня.
Бум! В этот момент раздался оглушительный грохот. Недалеко от оборванцев неожиданно взметнулся песок. Земля затряслась настолько сильно, что это почувствовали даже Е Чжу и её спутники. Люди в панике разбежались в разные стороны с дикими криками:
А-а-а-а!
Кы-а-а-а-а!
Сп-спасите! Спасите меня!
Из места взрыва поднялся мутный туман, скрывающий всё вокруг. Оттуда донеслись какие-то странные звуки, напоминающие скрежет ногтей по школьной доске:
Киги, кигигик.
Е Чжу закрыла уши. Где-то раздался душераздирающий женский крик:
Кья-а-а-а!
Скрежет продолжал разноситься повсюду:
Гигигик, кигик.
Когда туман, наконец, рассеялся, показалось огромное чудовище, которое Е Чжу даже в страшном сне не могла себе представить. По сравнению с ним все монстры, которых она встречала в лесу, казались милыми.
Ге-гекатон! Это гекатон!(1)
Ки-и-и-ик!
Из нижней части туловища великана росли сотни и тысячи ног разных размеров. Те, на которых он стоял, были толще десяти электрических столбов вместе взятых. Выше торчало бесчисленное множество рук, а на самом верху тесно прижималось друг к другу несметное количество человеческих голов. Одни головы дико вращали глазами, другие высовывали длинные языки и облизывались. Третьи, со ртами, разорванными до ушей, хихикали и крутили шеями на 360 градусов.
Бум! Когда одна из огромных ног, поддерживающих чудовище, сделала шаг, головы завопили, руки начали махать, а висящие в воздухе ноги зашевелились, как у многоножки.
Кигик, кигигик.
Этот медлительный, но огромный и ужасный монстр в один шаг догнал убегающих людей и легко схватил мужчину несколькими своими руками. Тот не успел даже дёрнуться и был мгновенно разорван на куски. Алая кровь брызнула фонтаном. Руки поднесли части тела мужчины к головам, и они начали безумно пожирать их. Хрусть, хруст.
Ух, ух-х-х.
Глядя на это отвратительное и ужасное зрелище, Е Чжу невольно почувствовала тошноту.
Но это было не всё. Такие же руки, расположенные на задней части тела монстра, продолжали хватать других людей. Они проходили через тот же процесс, что и мужчина, прежде чем исчезнуть во ртах сотен голов.
Е Чжу отвела взгляд от ужасающего великана и случайно заметила женщину с ребёнком, которых видела ранее. Они отчаянно пытались спастись бегством, но девочка была слаба и постоянно падала. Каждый раз мать поднимала дочь на ноги, но тоже, казалось, уже выбивалась из сил, и они замедлились. Бум, бум. Монстр двинулся своим массивным телом и мгновенно нагнал их.
Кикикики, кикик.
В критический момент, когда одна из рук, извивающихся, как щупальца осьминога, была готова схватить ребёнка, мать резко толкнула дочь в сторону. Рука промахнулась и вместо ребёнка вцепилась в волосы женщины. Девочка, которой было не больше 10-ти лет, растерянно сидела, глядя пустыми безжизненными глазами, как огромный монстр разрывает верхнюю часть тела её матери, разбрызгивая кровь. От женщины остались только ноги, которые покачивались над головой дочери.
Мама,
Когда Е Чжу вернулась домой, отказавшись от прогулки по городу с друзьями, которых она завела в старшей школе, первое, что она увидела, были покачивающиеся ноги матери.
Мама.
Хлоп, она внезапно ударила себя по щеке и снова посмотрела вперёд. Ничего не изменилось. Ноги матери всё ещё слегка покачивались в воздухе, словно в танце.
Мама, мама, мама...
Она снова открыла глаза. На месте, где когда-то стояла 17-летняя она, в оцепенении сидела маленькая девочка, безучастно наблюдающая, как чудовище пожирает её мать.
Е Чжу внезапно схватила Рама за полу одежды.
Помогите.
Мужчина обернулся к ней. Его красные глаза светились равнодушием, совсем не так, как когда он смотрел на лисицу-фенек. Когда Е Чжу увидела это, её лицо исказилось в отчаянии.
Вы же можете помочь. Пожалуйста, помогите! Помогите!
Почему я должен это делать?
Она почти истерично закричала:
Там же ребёнок!
Я думал, мы закончили с этим жалким сочувствием ещё два дня назад.
Рука Е Чжу, сжимавшая его одежду, безвольно опустилась. Её голова поникла, как у преступницы. А сверху безжалостно лился холодный голос Рама:
Даже если я её спасу, что ты собираешься делать с ребёнком, потерявшим мать? Ты заберёшь её и вырастишь сама? Или снова доверишь тем людям, которые даже не в силах спасти собственные жизни? Этой толпе, которую может в любой момент снова смести гекатон. Вот уж девочка будет тебе благодарна.
...
И даже если я использую свою силу, думаешь, она будет считать тебя своей спасительницей? Тебя, такую жалкую и слабую?
...
Когда она узнает, что ты позаимствовала мою силу для спасения её жизни, она только посмеётся над тобой и будет издеваться. Сочувствие
От его резкого тона плечи женщины, накрытой чёрной тканью, заметно задрожали.
Чорон обеспокоенно посмотрел на Е Чжу и жалобно позвал: «С-сестрица Е Чжу...», но её дрожь только усилилась.
Сочувствие? — Кто кого тут жалеет? Я сама каждый день хожу по краю пропасти...
...
Каждый раз, когда просыпаюсь, ком в горле встаёт. Какие несчастья меня снова ждут сегодня? Смогу ли я пройти через дверь? Я сама дрожу от страха и должна ещё кого-то жалеть?
...
Вы правы. У меня нет ни сил, ни возможности кому-то помочь, я слишком слаба. Поэтому даже после того, как я погубила маму, я жила хуже, чем мусор. И вы говорите о жалости?
Ни дня не проходило без оглядки на других. После смерти матери в голове постоянно крутились изматывающие, навязчивые мысли: когда появится дверь? А если появится, что будет после того, как она пройдёт через неё? Как отнесутся люди к её внезапному исчезновению?
Её улыбка померкла, она замолчала. С десятого класса и до университета окружающие называли её «дочерью шаманки», «той, что выжила, когда её друзья умерли» или «проклятая», «одержимая духами». Из-за неё погибли Бонгу и мама, а во время школьной экскурсии она проигнорировала друзей, которым предстояло умереть, и спаслась сама. Такова была её никчёмная жизнь. Выживать любой ценой, барахтаясь в грязи.
Е Чжк резко подняла голову. Её взгляд, устремлённый на Рама, был свирепым. Не просто свирепым - из её глаз выплёскивались бурлящие эмоции, словно кровь.
Зачем вообще это делать?
(1)Здесь явно идёт отсылка к древнегреческой мифологии, а именно, к гекатонхейрам – сторуким, пятидесятиголовым великанам, сыновьям бога Урана(неба) и богини Геи(земли).
П.с В интернете много интересных артов на эту тему)