Том 2 · Глава 77. Пока, Чорон. (12)

12

Глядя на его несчастный вид, Е Чжу скорее хотела спросить, действительно ли у него есть этот вертолёт, чем переспрашивать, когда она давала ему обещание. Ей было жаль этого человека. Он не понимал, что даже с вертолётом ему не сбежать живым из лап Рама.

—Спасительница! — закричал он, протягивая к Е Чжу руку. Она отвернулась, скривив лицо от его полного тоски и отчаяния голоса. Позади раздался жуткий скрежет, а затем грохот, словно швырнули что-то тяжелое. Вслед за этим последовали крики людей. Вокруг царил полный хаос, и в самом его центре стояла Е Чжу. Даже когда Рам, удерживая командира верёвками, крушил остальных солдат гигантским чудовищем, словно в игре «Ударь крота»(1), его лицо, в отличие от её, выражало не просто спокойствие, а полное безразличие, будто происходящее не имеет к нему ни малейшего отношения.

Она украдкой осмотрела себя. Интересно, сколько раз её бедное тело перекатывалось за это короткое время, что теперь она вся была в песке и пыли? Болела ободранная рука, и покалывало лоб. Забитые песком кроссовки утяжеляли ноги. Казалось, песок попал даже в трусы, потому что между ног неприятно тёрло. В отличие от неё, пережившей нечто вроде бури, вокруг Рама царил абсолютный штиль, как будто ничего и не случилось. Она вся измятая, словно брошенный кусок полиэтилена, а он стоит целёхонький. Злость, которой до этого не было, взметнулась, как лава из вулкана. И без того несчастное лицо Е Чжу исказилось ещё больше.

Мужчина, наблюдавший за ней своими красными глазами, вдруг разомкнул скрещенные на груди руки и протянул к ней одну. В этом жесте читалось великодушие и милосердие, словно он говорил: «Я вытащу тебя из этого ада, только подойди сама». Однако Е Чжу, наоборот, почувствовала, что её прежняя непоколебимая вера начала рушиться. А собирался ли этот ублюдок вообще спасать её? Ему было плевать, а теперь, когда она чудом выжила, он из милости подбирает её? Иначе, даже если бы он и хотел помешать командиру спецназовцев похитить её, он бы ни за что не стал так бесцеремонно бросать рядом с ней это ужасное гигантское чудовище. Если бы командир вовремя не оттолкнул её, она бы неминуемо оказалась раздавленной этой мерзостью, превратившись в плоский, как сушёная рыба, блин.

Е Чжу нахмурилась, поочерёдно смотря то влево на дверь, то вправо на Рама, а затем тихо простонала и, качнувшись, пробормотала:

—П∗здец. Полный...

—Спасительница! Не поддавайтесь искушению Чёрного Осколка! Мы можем вам помочь! Мы спасём вас от Чёрного Осколка! Прыгайте ко мне немедленно! — взмолился командир неподалёку.

Смех разбирал от того, что он говорил ей прыгать к нему, хотя сам не был в состоянии даже встать. Е Чжу просто тупо смотрела на него, и тогда мужчина в отчаянии снова заговорил:

—Чёрный осколок — это воплощение зла! Он просто обманывает вас, чтобы уничтожить нас, людей. Спасительница, прошу!

Услышав слова «воплощение зла», она энергично закивала в знак согласия.

«Это верно. Да, этот парень говорит правильные вещи»

Командир, каким-то чудом заметив её кивок, отчаянно попытался её переубедить. Не слушая дальнейших слов, Е Чжу погрузилась в глубокие раздумья. Действительно ли её обманывают? Она рассказала не всё о своих способностях, а значит, у неё ещё может быть какая-то ценность. Или нет? Она этого не знает. Возможно, она просто выживала здесь до сих пор благодаря его снисхождению. Рука, протянутая Рамом - всего лишь жалость к ничтожному существу? Ей почему-то стало грустно.

В 2017 году Е Чжу изо всех сил старалась никого близко к себе не подпускать. Конечно, и так не было никого, кто бы относился к ней настолько тепло, чтобы заслужить её привязанность, но она бесчисленное количество раз сама наносила удар первой, возводя стены ещё до того, как кто-либо успевал приблизиться. Это было одновременно инстинктивным желанием не причинять вреда другим и её единственной защитой. Умолять кого-то о понимании её ситуации, терять надежду… Для Е Чжу в её поздние подростковые годы это было ужасным опытом, который она не хотела бы пережить снова. Она без сожалений покинула дом, где жила с матерью, не испытывая привязанности даже к травинке во дворе, и переехала в студию. Вспомнилось, как она с каменным лицом принимала приветствия от соседей, которые были огорчены её отъездом, и от местных детей, с которыми хоть немного общалась, как хранила молчание, когда группы девушек в университете приглашали её поесть вместе… Е Чжу осознала, что проявила перед Рамом и Чороном гораздо больше эмоций, чем обычно. С какого момента это началось? Когда она, которая всегда старалась держать дистанцию, начала отчаянно желать быть принятой ими? Она почти ничего не рассказывала о себе, но настойчиво расспрашивала о их жизни и обстоятельствах. Хотя она понимала, что это невежливо, она то и дело порывалась узнать больше о Раме и Чороне, и чем сильнее она этого хотела, тем больше скрывала о себе. А когда они напоминали ей о её месте после того, как она переступала границу, единственной, кто получал рану, оказывалась именно она.

Е Чжу в оцепенении подняла голову и посмотрела на Рама, стоявшего перед ней с протянутой рукой. Его красные глаза сверкали, словно он только что поднялся из ада. В нём не было ничего, что отличало бы его от того, каким он был при первой встрече. Он по-прежнему ненавидел людей, а она была человеком.

—А, — вскрикнула Е Чжу от дрожи, пронзившей её разум, будто кто-то ударил её молотком по затылку.

«Ах, ты совсем не изменился»

Изменилась только она сама.

Заметив её секундное замешательство, Рам приказал ей:

—Ползи сюда.

Его брови были раздражённо сведены, словно он не потерпит никаких глупостей. И без угроз одного его присутствия было достаточно, чтобы Е Чжу испугалась. Она нерешительно сделала несколько шагов назад. В этот момент яркий свет, льющийся из двери слева, ещё сильнее резанул ей глаза. Дверь и Рам. Е Чжу снова поочерёдно посмотрела на них, и её лицо исказилось, будто она вот-вот заплачет.

Когда мужчина понял, что она не собирается послушно подползать, его лицо мгновенно стало свирепым.

—Немедленно, — процедил он сквозь зубы. Его красные глаза зловеще сверкали, словно он был готов прямо сейчас разорвать Е Чжу на части и с хрустом сожрать каждую косточку, если она не подойдёт.

Неужели идти к этому безжалостному мужчине – действительно правильное решение? Она отчаянно пыталась найти ответ, и тут слева раздался крик:

—Спасительница! Не верьте ему! Не позволяйте себя использовать! Он убьёт вас, Спасительница!

Командир спецназовцев всё ещё не умер и продолжал настойчиво напоминать о себе. Она смотрела в пылающие ненавистью глаза Рама и хотела только плакать. Позади доносились оглушительные удары, словно там вовсю играли в «Ударь крота».

—Спасительница! Пожалуйста, не поддавайтесь очарованию сил зла!

В голосе командира звучало почти религиозное благоговейное поклонение, как у фанатика культа. Появление людей не могло не поколебать Е Чжу, в конце концов, она была одной из них, и к тому же она услышала слово «спасительница», которое произносила Илия на земле племени рук. Спасительница. Действительно ли она спасительница? Неужели она преодолела расстояние в 1000 лет лишь для того, чтобы с помощью своего проклятого дара спасти людей от этого сумасшедшего? Но у Е Чжу не хватало смелости, чтобы просто взять и поверить им, отвернувшись от Рама, который великодушно манил её. У неё совершенно не было никакого желания быть раздавленной чудовищем с сотнями, тысячами конечностей. Даже если эти люди действительно собирались защищаться от того красноглазого мужчины, не было никакой гарантии, что у них получится.

«Ах, что же делать?»

Е Чжу нахмурилась, её глаза забегали.

«Боже, почему я должна вставать перед таким выбором?»

—Спасительница! Поверьте мне…

—Человек, — перебил командира Рам и снова протянул ей руку. — Дважды повторять не буду. Иди сюда.

От его слов лицо Е Чжу исказилось и она прошептала:

—Ах, не знаю…

От красного взгляда, будто прожигающего её насквозь, у неё странно защемило в груди. Ещё когда она совершала с ним постыдные вещи на земле племени рук, она верила, что он – её единственный верный ответ. Казалось, что в этом мире спустя 1000 лет он был кем-то особенным. Она думала, что, оставаясь рядом с ним, сможет получить подсказку, как вернуться домой. Но теперь эта вера была потрясена до основания. Ему всё равно, в опасности она или нет. Возможно, она всего лишь пешка, используемая в его плане по уничтожению человечества, и не более того. Как и сейчас, она будет кое-как, едва-едва цепляться за жизнь, держась за него, а когда её полезность для него иссякнет, тогда… Что тогда с ней станет? Умрёт жалкой смертью от его руки? Е Чжу скривилась и медленно покачала головой.

Из-за её странного поведения красивое лицо Рама тоже помрачнело. Он, похоже, решил, что словами тут не поможешь, и двинулся к ней. Она заметно вздрогнула и отступила назад. Тогда мужчина резко остановился. Е Чжу тут же встретилась взглядом с его красными глазами, сверкающими, словно глаза холодной змеи.

—Я-я не знаю...

Её поведение явно его разозлило, и её лицо мгновенно побледнело. Мужчина снова двинулся, и она, охваченная страхом, нерешительно попятилась назад.

—Не двигайся, — твёрдо приказал он.

—Ик!

Кроме того, что она отступила, она вроде бы ничего плохого не сделала, но огляделась вокруг, ища спасительную лазейку. Единственное место, куда она могла бы сбежать, находилось прямо у неё под рукой, ярко сияя, будто ожидая своего хозяина, который в него войдёт. В отличие от глубокой ночи снаружи, за дверью виднелось море, бушующее в свете солнечных лучей. Его цвет был настолько насыщенным и динамичным, что, хотя это было всего лишь изображение, Е Чжу казалось, будто она ощущает свежий морской бриз. То ли из-за того, что дверь - единственное яркое пятно в тёмной пустыне, то ли из-за умиротворяющего морского пейзажа, который в ней отражался, Е Чжу мгновенно подумала: дверь – её единственный шанс на спасение.

—Я ведь говорил тебе, что твой побег приведёт только к смерти, — словно прочитав её мысли, произнёс Рам. Он снова начал приближаться, размеренно ступая. Она отчаянно замотала головой:

—Н-не знаю… Я не знаю…

«Может, побежать к нему прямо сейчас? Подбежать и, покорно склонившись, молить о пощаде?»

Но, встретившись с его злобным взглядом, Е Чжу тут же отбросила эту мысль. Пока она металась в нерешительности, Рам надвигался, словно в сцене из фильма ужасов. Выражение его лица было крайне недобрым. Казалось, он вот-вот схватит её и потащит.

—Человек.

Е Чжу внезапно закрыла уши руками и побежала к свету.

—А, ах… Не знаю. Я ничего не знаю! А-а-а!

Мужчина, чьи глаза становились красными при виде людей, ненавидел её. Как обычно, способом выжить, который выбрала Е Чжу, были её собственные способности.

—Ох! Я ничего не знаю!

Прежде чем рука Рама успела схватить её за капюшон, она прыгнула в дверь. Когда ярко светящийся прямоугольник поглощал её, она подумала, что так даже к лучшему. По крайней мере, она смогла сбежать от внушающей отвращение пустыни. Знакомое и тёплое чувство окутало всё её тело. Издалека донеслось рычание: «Чёрт бы тебя побрал, человек!». Испуганная Е Чжу зажмурилась, пытаясь не думать о своём безрассудстве.

(1) «Ударь крота» - игра на реакцию, где надо успеть попасть по кроту, который появился из норки, до того, как он спрячется.