Том 1 · Глава 19. Битва на смерть (11)
Тело уже само знало, как надо. Как шагать, как бежать. Один шаг — и пол под ногой хрустнул, лопнул, а отдача швырнула меня вперёд, будто ядро из пушки. Я нёсся, как разогнавшийся носорог, и скорость у меня была не хуже, чем у олимпийца на стометровке. Вот она, сила техники укрепления тела.
И в тот же миг — вжух!
Сквозь взрыв и пламя вырвалась плотная тёмная фигура.
Ого. Здоровенный, сука.
На долю секунды я невольно восхитился. Подобравшийся вплотную рыцарь-нежить был метра под два ростом, а меч в его руках тянул на все метр восемьдесят. Настоящий двуручник — да что там, я вообще сомневался, можно ли эту дуру называть мечом. И вот с этим рыцарь пёр на меня.
«Блин. Тем щитом, что я подобрал, такое ведь не заблокировать?»
Бах! Бах! Бах!
Тварь стремительно сокращала дистанцию. От взрыва броня местами помялась, кое-где раскололась, но рыцаря это ничуть не смущало — он двигался как ни в чём не бывало. Обычный человек от такого удара уже харкал бы кровью, катаясь по земле, а этому — труп же, ни боли, ни страха, всё нипочём.
«Чёрт! Бессмертная машина для убийств. Хоть я жрец — тяжеленная, ржавая насквозь, а он всё равно летает! Он что, тоже применяет что-то вроде техники укрепления тела?»
Пока в голове крутились все эти мысли, мы с тварью сошлись вплотную, лицом к лицу.
Идёт.
Рыцарь перехватил меч двумя руками и рубанул наотмашь слева направо. Дуга широкая, мощь — просто зверская. Пусть я и применяю технику укрепления, но и он тоже. Приму такое в лоб — и меня разрубит пополам.
Всё это пронеслось в голове за одно мгновение. И тело сработало на инстинкте.
Р-раз.
Я выбросил вперёд руку с пристёгнутым к предплечью щитом. По тайной методе техники укрепления я нагнал священную силу в руку, плечо и поясницу, а на щите заставил её застыть коркой.
К-Р-А-А-А-АХ!
Х-хрусь!
Кха-а-ак!
От удара меча в щит рука разом переломилась. Твою ж мать! Руку с одного удара в щепки, щит наполовину раскололо?!
Совсем охренел!
Стиснув зубы от боли, я, наоборот, рванул вперёд.
«Ты сдохнешь, и я сдохну, ублюдок ты конченый!»
К-Р-А-А-АХ!
Я со всей дури обрушил булаву на башку твари. Мышцы, накачанные техникой укрепления, вбили шлем внутрь одним ударом — тот вмялся, скукожился.
Но я знал, что этого мало. Он труп. Нежить. Ни страха, ни боли. Поэтому я заорал прямо ему в морду:
Священный удар!
Вспышка!
Бах!
Над головой твари родился свет и обрушился вниз, всмятку сминая шлем. С лязгом железо разлетелось, брызнуло осколками — и наружу показался наполовину раскрошенный череп. Верхушка черепной коробки была снесена, из неё клубами валил чёрный дым. Но любоваться этим было некогда.
Меч твари снова летел на меня.
Хоп!
Ш-ш-ших!
Я вывернул корпус назад, уходя от клинка. Адреналин бил в голову ключом. Но рыцарь-нежить не ограничился одним ударом.
Хрясь!
Кх?!
Хрусть — я услышал, как трещат мои рёбра. Тварь успела впечатать ногу мне под бок, повыше пояса.
Меня повело.
От боли я, шатаясь, отступил. И в этот самый миг тварь вдруг — вжик! — рванула вбок.
Не может быть!
Берегись!
«Кх! Рёбра сломаны, быстро не побежать!» И пока я неуклюже топтался, тварь с бешеным напором понеслась вперёд и занесла меч над стоявшей слева Хан Юнджи.
Низшее лечение ран. Низшее лечение ран.
На бегу я дважды пустил умение — кое-как срастил рёбра, подлатал кость. Боль отпустила, скорость выросла. Но за это время тварь уже почти добралась до Хан Юнджи.
«Чёрт! Не успеваю его остановить…»
В-в-жух!
Ба-бах!
А-а-а-а!
Меч рассёк воздух, Хан Юнджи только-только дёрнулась отпрыгнуть назад — и между ними успел вклиниться здоровяк по имени Пак Сонджин. Всё произошло в мгновение ока. Он подставил щит под меч, но ему не просто сломало руку — руку начисто отсекло, а клинок вошёл в плечо.
Кровь хлестнула во все стороны, крик разорвал воздух.
Глядя, как отлетает отрубленная рука, я стиснул зубы.
Проклятье!
Мать твою!
Сонджин! Тварь! А-а-а-а!
Стоявший рядом парень, Ким Сонхван, с воплем кинулся вперёд. От меня до рыцаря-нежити оставалось шагов десять, не больше. И на бегу я, не переставая, гнал себе низшее лечение ран.
Ф-ш-ш-ших!
И тут — вот оно.
Над наполовину раскрошенным черепом взметнулось пламя. Это Хевон его подожгла. Тварь схватилась за голову и издала звук, от которого волосы встали дыбом.
Ки-а-а-а-а-а!
Вой мертвеца, не иначе. От этого звука по коже побежали мурашки, тело само сжалось. Я видел, как Ким Сонхван затрясся и попятился назад.
Но я побежал вперёд.
Я прекрасно знал: вот он, момент, пока тварь в замешательстве. Рёбра худо-бедно срослись, сломанная рука зажила полностью.
Настало время выложить всё, что есть.
Сдохни!
Обеими руками я вскинул булаву над головой и обрушил вниз. Булава вспыхнула ярким светом и рухнула, как падающая звезда.
Бах!
Череп твари раскололся с одного удара. По его поверхности пробежало синее пламя. С гулом «фвух!» оно занялось, повалил густой дым.
Красное и синее пламя разгорелись разом — и тварь зашаталась.
Бах!
Я пнул её ногой в поясницу и опрокинул набок. А потом снова и снова стал бить булавой по голове.
Бах! Бах! Бах!
Хрясь!
Череп раскрошился в труху, в пыль. Но пламя не гасло — всё пожирало что-то внутри. Движения твари наконец замерли.
Похоже, свалил.
Выдох.
Я тяжело перевёл дух и глянул вбок. Пак Сонджин, здоровяк, с побелевшим лицом зажимал отрубленную руку и морщился так, что живого места на лице не осталось.
К-ку… кх-х-х.
Крикнуть он уже не мог, только глухо стонал. Я первым делом сходил за отрезанной рукой. Ага, вот она.
Срез вроде чистый… может, прирастёт?
Чёрт. Да откуда мне знать.
Ну, попробую хотя бы приложить. Остаётся только надеяться на чудо божье. Я подошёл ближе и осторожно приставил отрубленную руку к обрубку.
«И вот так, на глазок,
У-у-у…
Слушая его стоны, я протянул ладонь.
Священный закон.
Чудо, которое творишь, занимая силу у бога.
Хоть бы это чудо сумело прирастить руку.
Низшее лечение ран.
Ф-в-в-ах.
Вспыхнул свет. И в тот же миг отрубленная рука — чпок! — прилипла на место, как кусок глины. Работает! Но одного этого мало, я и сам понимал.
Само название умения — низшее лечение ран. Прирасти-то приросла, но до полного исцеления далеко. Могут остаться последствия.
Низшее лечение ран.
Вспышка. Вспышка.
Я пустил низшее лечение ещё раз пять. Рана на плече затянулась, но мертвенная бледность с лица никуда не делась.
Низшее исцеление.
Ф-в-в-ах.
К бледному лицу вернулись краски. Лечение ран. Восстановление сил. С обоими справился — и тут заметил, что священная сила почти на нуле.
По телу жёстко ударила усталость. Но всё равно я вздохнул с облегчением: спас же почти покойника, и то ладно.
Живой?
Ж-живой. С-с-спасибо вам.
Парень заикался — видать, шок был сильный. Я посмотрел на него с жалостью.
Всё равно молодец. Да. Мужик должен защищать. Юнджи, а ты спасибо не скажешь?
Само собой, спасибо. Сонджин, да? Правда, спасибо тебе.
Юнджи подошла и присела на корточки. А Сонджин, паршивец, уставился на её грудь, когда она нагнулась, и сглотнул слюну.
«Вот ведь… чуть не сдох, а наглости хоть отбавляй». Я поднялся, отряхнулся и глянул в сторону. Голову рыцаря-нежити разнесло в клочья, но на обрубке шеи всё ещё сплетались и горели два пламени
Уф. Кое-как всё-таки завалил.
Все целы?
Да. Всё нормально.
Ответила Хан Юнджи. Я повернул голову к Хевон — та тоже кивнула. Потом опустил взгляд на осоловевшего Пак Сонджина.
Ну-ка, сожми и разожми ладонь.
А? А. Да.
Хвать.
Он несколько раз пошевелил отрезанной рукой и слабо улыбнулся.
Только чуть немеет, а так нормально.
Вот и хорошо. Хотя, сдаётся мне, ещё не всё коне…
Кхэк!
Сбоку раздался звук, будто у кого-то перехватило дыхание. Я повернул голову и увидел совершенно нереальную картину.
Ким Сонхван, старшеклассник. Из груди у него, прямо под солнечным сплетением, торчало остриё меча. Клинок пробил его насквозь со спины.
Клинок неумолимо и жестоко отнимал у него жизнь.
У-у… а-а…
За спиной парня поднимался безликий рыцарь-нежить.
Ш-ш-шух.
Меч выдернулся, и кровь фонтаном брызнула во все стороны. Хан Юнджи. Ли Хевон. Пак Сонджин. И я.
Мы вчетвером могли только оцепенело смотреть.
Умер.
Человек умер.
Лязг.
Ублюдок конченый…
Я стиснул зубы. Кровь ударила в голову от ярости. Ноги сами понесли меня вперёд, прежде чем я успел о чём-то подумать.
Отступать всё равно некуда. Нет. Пока не прикончу эту тварь, нам не выжить. Убей, пока не убили тебя.
Надо сорвать с него броню и раздробить в мелкую крошку тот костяк, что внутри.
А-а-а-а!
Бах!
Булава со священной силой обрушилась на руку твари, сжимавшую меч. Но рыцарь молниеносно вскинул окровавленный клинок наискось и подставил под мою булаву.
Крак-к!
Булава и меч столкнулись. Руку прошило дрожью. Я ведь точно бил сверху вниз, со всей силы, — а тварь даже не шелохнулась.
«Кх. Всё-таки разница в силе слишком велика».
Р-раз!
Тварь, наоборот, отпихнула меня мечом — и меня отбросило назад. Пока я, отступив на три шага, выравнивал стойку, рыцарь поднял свой двуручник… одной рукой.
Эта дура. Он что, и одной рукой её держать может?!
Ш-ш-ших!
«Кх! Чёрт побери!»
Бах!
Я рывком метнулся вбок и ушёл от удара — а меч наполовину вошёл в землю с оглушительным грохотом.