Глава 88
Завывание жизни (Новелла) · Том 1 · 0% · ещё ~10 мин

Том 1. Глава 88

Хевон вздрогнула, по телу у неё пробежала дрожь.

Вы же сами велели не приходить в компанию.

Приходи. Через час.

И связь оборвалась.

Крепко же в человека въелось командовать, — заметил я.

Вы слышали?

И ты, и я — слух-то у нас хороший.

В ответ она с потемневшим лицом тяжело вздохнула.

Кхык. Этот, как его там… папаша Хевон, что ли? — Ракунда, залпом опрокинувшая в себя изрядную порцию имбирного эля, столь же изрядно рыгнула и уставилась на нас. На лице у неё читалось откровенное недоумение.

Он самый, — кивнул я.

Ракунда подхватила вилку и помахала ею в воздухе.

Хм. У вас тут, значит, до сих пор в ходу понятие «незаконнорождённый»? А у нас такого уже и в помине нет.

Да ну?

Ага. Родил детей — их всех делят поровну. В землях компании «Игрок» почти везде так. Хотя, конечно, кое-где ещё держатся монархии, где носятся со своей чистотой крови.

Занятные у вас там края, ничего не скажешь.

По мне, так у вас тут ещё чуднее, — фыркнула она.

Ну да, ну да.

И всё-таки, хозяин, к чему бы это? Есть догадки? — не унималась Ракунда.

Придём — узнаем.

Раз велено явиться вдвоём, значит, что-то да намечается.

Хотя позвать именно сейчас можно только по одной причине.

И по какой же, по-твоему?

На вопрос Ракунды я ответил коротко:

Небось прознали про мою способность.

Иной причины, по сути, и быть не может. Отец Хевон вроде и проявляет к ней интерес, но человек он далеко не добросердечный. Иначе с чего бы Хевон жила совсем одна? Да и сама она не питала бы к нему такой неприязни. И вдруг такой человек её вызывает? Да ещё в компанию, куда обычно приходить запрещал?

Ход вполне закономерный.

Если в этот самый момент он захотел со мной встретиться, то причина тут может быть только одна.

Ага. Пожалуй, ты прав. Ты же сам говорил, что в вашем мире способностей вроде твоей раз-два и обчёлся, — протянула Ракунда.

Так или иначе, но слух до него дошёл. Потому и зовёт.

А-а…

Хевон наконец сообразила, к чему всё идёт, и медленно кивнула.

Поесть мы поели, так что давайте всё же сходим. Не то чтобы мне это по душе, но и упираться причин особых нет. Послушаем хотя бы, о чём речь. Если разговор дельный — может, и нам с того будет прок.

Мы поймали такси и поехали к одному из корпусов «Сомсан».

Высотка стояла в Каннаме. Едва мы вылезли из машины, к нам подбежал человек в чёрном костюме и повёл за собой. На вид ему было лет тридцать пять, и Хевон окликнула его «дядей-водителем». Следом за ним мы поднялись на лифте на весьма высокий этаж и оказались у кабинета директора.

В просторном кабинете с эффектной сплошной стеклянной стеной, из-за которой открывался вид на город, отец Хевон уже поджидал нас.

Разумеется, был он не один. На диване сидели двое: старшеклассник с ехидным выражением лица, ковырявший что-то в телефоне — судя по всему, мобильную игру, — и мужчина лет тридцати в военной форме. Парень был весьма недурён собой, с первого взгляда смахивал на певца-знаменитость, а военный носил короткую стрижку, и на щеке у него белел здоровенный шрам.

Едва глянув, я всё понял.

Оба — испытуемые из белой комнаты.

Военный явно из тех, кто связан с армией, побывал в белой комнате и вернулся оттуда живым. А этот старшеклассник, похоже, отменно рубится в игры — вот благодаря этому и выжил.

Зачем вызвали? — сразу спросила Хевон.

А поздороваться ты не собираешься?

С первых же слов отец с дочерью принялись обмениваться колкостями.

Не приходить велели вы сами.

Ты… — Он вздохнул. — Хаа. Ладно, не важно.

Он хотел было что-то сказать, но осёкся, поднялся из-за стола и твёрдым шагом двинулся прямо ко мне.

Думал, притащился какой-то проходимец, а оказалось, передо мной «одарённый».

Кое-какими способностями я и правда обладаю, отец.

Не в моих правилах лезть в личную жизнь взрослой дочери, но ты хоть представляешь, что это за страна?

А какая связь между личной жизнью и страной?

Эта страна… принадлежит «Сомсан». Стать частью дома Ли — значит войти в число тех, кто эту страну держит в руках.

Не уверен, что сейчас это так уж важно. Мы с Хевон и без того каждый божий день бьёмся на грани жизни и смерти.

Что?

Лицо его перекосило, и он повернулся к Хевон.

Хевон. Ты что же… неужели ты тоже ходишь в эту, как её, белую комнату?

Хевон молча кивнула.

Ха… ха-ха…

На его лице отразилась оторопь, а следом — неподдельная мука. Он покачнулся, шагнул к Хевон. Между нами было всего два шага, так что времени это заняло немного.

Почему ты не сказала?

А что толку было говорить.

Я твой отец!

И это вы бросили маму на произвол судьбы.

Ты!..

Отец Хевон вскинул руку. Но тут же опустил её, развернулся и отошёл к окну.

Твоя мать… я её любил. Хотя бы это… прошу, знай.

…

Хевон не проронила ни слова. Только протянула руку и вцепилась в мою одежду. Я накрыл её ладонь своей, и она прижалась ко мне вплотную.

Дядя-директор, кончайте эту семейную мелодраму. Я, между прочим, тоже занятой человек, — надув губы, проворчал старшеклассник, не отрываясь от телефона.

Ну и наглец, вы поглядите на него.

Прошу прощения. Но и ты выбирай выражения, — бросил отец Хевон.

Хех. А если не выберу — что мне будет?

Ну и язва, высший сорт.

Сотру тебя из общества.

Отец Хевон чуть повернул голову и глухо зарычал. От него потянуло леденящей жаждой убийства.

Обычный человек — и такая жажда убийства? Что ж. Видно, чтобы дорасти до директора в «Сомсан», надо уметь и не такое.

Определённо не из простых людей.

Ладно. Теперь, когда собрались втроём… нет, вместе с моей дочерью вчетвером, поговорим о деле.

Слушаю вас, директор, — почтительно произнёс военный.

«Сомсан» держит в стране и оборонные предприятия, а потому так или иначе причастна к вопросам государственной безопасности. Оттого мы просто не можем не знать. С тех пор как внезапно объявились эти порталы, к нам стекается всякого рода информация.

Не отрывая взгляда от окна, отец Хевон продолжал:

Так мы и узнали. О существовании чудовищ. О возникновении порталов. О людях, что этих чудовищ бьют. О белой комнате и о причинах того, что творится сейчас.

Ого. А это, пожалуй, быстрее, чем я думал. Что подобные вещи рано или поздно выплывут наружу — вопрос времени, тут спору нет. Но я-то полагал, что уйдёт на это хотя бы несколько месяцев.

Северная Корея пала. У нас в стране об этом ещё толком не знают, но число погибших от появления порталов и чудовищ уже перевалило за шестьдесят тысяч. Впору вводить военное положение.

И что дальше? Нельзя ли сразу к сути? — снова подал голос старшеклассник. — Я, конечно, пришёл, раз папа умолял. Но я же сказал — занят.

Я хочу купить информацию. А если получится, то и знания.

От этих слов я про себя изрядно опешил.

Магия. Сверхспособности. Об этом мы кое-что разузнали. А раз так — нельзя ли там, внутри, раздобыть что-то вроде книги заклинаний и передать сюда? Я предполагаю, что можно вынести и орудия или способы, позволяющие обучиться магии.

Вы правы, директор. Это возможно. Правда, за действенность поручиться нельзя… — отозвался военный.

Всё так, как он говорит.

Э-э, а такое вообще реально? Ну, у меня есть умение обучения, так что, в принципе, не невозможно, — вставил старшеклассник.

«У него ещё и такое умение имеется?» — мелькнуло у меня в голове. Хотя, если подумать, та кукла, «Подчинённый маг», ведь способна обучать других магии, так что ничего удивительного, что подобное существует и в виде умения.

Только вот у меня один вопрос, — сказал я, и все посмотрели на меня. — С чего вы вообще вызвали именно меня? И этих двоих в придачу. Кроме нас, испытуемых из белой комнаты хватает. И раз «Сомсан» располагает столь мощной разведкой, то и о них у вас должны быть сведения…

Удобство. Вот в чём причина.

Удобство?

Для начала оба садитесь.

Я прошёл к дивану и сел. Хевон так и жалась ко мне вплотную, а Ракунда неспешно, вразвалку подошла и встала у меня за спиной.

Позволь один вопрос: та женщина позади тебя — тоже испытуемая из белой комнаты?

Да.

Соратница из-за рубежа, стало быть. Ну да ладно… Отвечу на твой вопрос. Я позвал вас потому, что все вы так или иначе связаны с головной компанией.

Связаны?

Отец Ча Инсана — начальник отдела кадров в центральном управлении.

Начальник отдела кадров? Пост немаленький.

А брат Ин Джебома там же работает.

А я встречаюсь с Хевон… вот оно что. Теперь мне вполне понятно, почему вы позвали именно нас. Ради удобства.

С совершенно чужим человеком куда сложнее, чем с чьим-то знакомым. Оттого и существуют связи, знакомства, старые школьные узы. В этом смысле собравшиеся здесь и впрямь так или иначе повязаны с «Сомсан».

Отец Хевон подошёл к дивану и опустился на почётное место.

Прошу вашего содействия. Ваши родные тоже внакладе не останутся, но и вам самим я гарантирую щедрое вознаграждение. Для начала тому, кто научит обычного человека владеть магией, я плачу миллиард.

Ого, а вы не мелочитесь, — старшеклассник мгновенно отреагировал на сумму в миллиард.

А вот я — нет. Миллиард? Деньги, спору нет, немалые. Но такое, коренное знание — и всего за миллиард?

Однако.

Тут есть один важный момент, о котором стоит помнить. Кроме меня, испытуемых из белой комнаты хватает. И среди них наверняка найдутся те, кому деньги нужны прямо сейчас, позарез.

Скрижаль пустоты, призыв.

Пат!

Передо мной возникла Скрижаль пустоты. Чужие взгляды устремились ко мне, но я их проигнорировал.

Обучение.

Пат.

[Обучение — 1000 оч.][Обучение][Обучает цель умениями и знаниями, которыми владеешь сам.][Обучить можно умению не выше пятикратного уровня относительно собственного. Одному человеку передаётся только одно умение.][Чем выше уровень умения, тем меньше становится множитель.]

Вот оно как… По сравнению с моим «Подчинённым магом» действует, похоже, быстрее, зато ограничений куда больше…

Да ещё и очки — отдельная головная боль.

Тысяча очков.

Если перевести в наличные, то при курсе сто тысяч вон за одно очко выходит сотня миллионов. Отдавать такое всего за десятикратную цену — как ни крути, себе в убыток.

С миллиардом никакой выгоды не выходит.

Выгоды? Это ещё почему?

Расходуется тысяча очков. В наличных это сто миллионов вон. А ведь магическое знание — товар редкий, разве нет?