Том 3 · Глава 703. Подарок в знак признательности

Видя, что взгляд Эдвины подобрел, Андерсон приподнял уголки губ и со вздохом покачал головой.

—Ты всегда так неподатлива. Потому-то так за всю жизнь и не смогла стать художницей.

Снова вздыхая, он смотрел на труп, сидящий на стуле.

—Нельзя нам просто наблюдать дальше. Нужно что-то делать. Разве Сиатас не хочет отыскать свою расу? Похороним её у руин эльфийской постройки на острове Соня. Мабет, похоже, хочет быть с Сиатас. Нужно их похоронить в одной могиле.

Фрунзиар разве не желает вернуться в Бэклэнд? Сожгите его останки, соберите в ящичек и переправьте в этот город, когда представится возможность. Если время позволит, то кто-нибудь может поискать наследников. Что касается Снеговика, неизвестно, верит ли он в древнего Бога Солнца или Изначального Творца. Кто знает, одно и то же ли эти два бога. Хе, ну, для нас-то одно и то же. Нужных соборов и алтарей уж точно никак не найти. И потому единственное, что нам остаётся – похоронить его рядом с Грозелем.

Грозель... Он желает вернуться во Двор Короля-Гиганта, но этот город существует лишь в мифах и легендах. В реальном мире его не найти нигде. Но есть руины построек Гигантов на Северном и Южном континентах. Можем похоронить его там достойно.

—Двор Короля-Гиганта... Бэклэнд... — Клейн молча слушал, какие-то мгновения размышляя.

—Оставьте мне прах Грозеля, Снеговика и Фрунзиара.

Клейн верил, что в грядущем Серебряный Град когда-нибудь достигнет Двора Короля-Гиганта. И когда это произойдёт, он, Клейн, передал бы прах Грозеля и Снеговика Солнышку и позволил бы ему похоронить этих двух древних героев. В Бэклэнд же Клейну нужно было вернуться, то был конечный пункт его путешествий. И туда бы он взял с собой Фрунзиара, оставившего родной город на сто шестьдесят пять лет.

Эдвина добавила:

—Золотая Мечта часто ходит к острову Соня. Разберусь с этим островом и останками Мабета.

—Хорошо. Позже решишь вопрос с кремацией, — Андерсон обернулся к Даницу, вздыхая и усмехаясь. — Послушай, каждый в этом играет свою роль. Не стоит считать себя ниже других.

Андерсон было думал, что Даниц не поймёт его утешений, гневно сверкнëт на него глазами. Но этот знаменитый пират, к удивлению Андерсона, лишь помрачнел и молча кивнул.

—Кхм. Давайте, как товарищи, что вместе отражали нападения Короля Севера, выберем один. Будем относиться как к полученному наследству, — показывал Андерсон на мерцающие предметы, что лежали на полу. — Хе-хе, эти признаки Потусторонних явно несут в себе остатки их психической составляющей. Интересно, какое же действие они будут оказывать. Вывари их как зелье и прими внутрь или попроси Ремесленника отработать их в предмет, в любом случае должно быть в них что-то особое. Первый можно усвоить вкупе со способом действия, но вот со вторым ничего поделать нельзя. Ах, похоже, что способа действия ты не знаешь. Относись к ним так, как будто я ничего не говорил.

Последние две фразы были адресованы Даницу.

У Клейна не было настроения высмеивать Андерсона. Посмотрев на четыре признака Потусторонних, Клейн сказал:

—Дайте мне признак Сиатас.

То была главная составляющая Певца Океана!

Эдвина на миг задумалась, затем сказала:

—Я возьму признак Снеговика.

Его признак соответствовал Жрецу Света, и один такой у Клейна уже был, потому он и не выбрал этот.

Андерсон бросил взгляд на два оставшихся признака Потусторонних и пристально вперил его в странный предмет, напоминающих ладошку младенца.

—Надо сказать, этот парень весьма интересен. Может, из этого получится мистический предмет, который будет со мной говорить. И так никто не будет одинок.

"Сердце гиганта" на данный момент не принадлежало никому. Клейн взглянул на Даница и проговорил безразлично:

—Это твоё.

—Моё? Я ничего не делал. Я не участвовал в битве... — Даниц был донельзя изумлëн.

Клейн отвечал просто:

—Ты ходил в разведку и рисковал.

Клейн предполагал в этом некую компенсацию, поскольку Даниц пропел почётный титул Шута и знал тайну Германа Воробья. А посему Клейн должен был насадить в нём веру в Шута, иначе это всё влекло бы за собой лишь потенциальные риски.

И хоть на такой риск Даниц готов был пойти, Клейн всё же желал компенсировать. Разумеется, надеясь, что Даниц это воспримет как награду от Шута.

И не имело значения, обменяет ли Даниц признак Грозеля на деньги, чтобы купить соответствующую формулу и составляющие, или сделает его защитным мистическим предметом, в любом случае это будет Даницу весьма полезно.

—Возьми, — сказала Эдвина, глядя на Даница.

—... Хорошо, — кивнул Даниц, несколько секунд помолчав.

Распределив признаки, Клейн прошагал вперёд и наклонился поднять признак Сиатас. Глядя на лазурную морскую воду, что плескалась за прозрачной перепонкой, он смутно слышал прекрасное пение эльфийки.

И едва встал, увидел, как Даниц кивает, словно отвечая на чей-то вопрос. Хотя никто ничего не говорил!

Взор Клейна скользнул по лицу Эдвины, ничего не выражающему, и стал подозревать, что она, Магистр Мистицизма, общается с Даницем неслышимым для других способом.

Получив от Даница утвердительный ответ, Эдвина протянула руку, взяла Путешествия Грозеля со стола, закрыла. И передала Клейну.

—Это знак моей благодарности.

—Без меня вы все вместе одолели бы морозного дракона, — Клейн не протягивал руки, только смотрел на книгу из желтовато-коричневого пергамента.

—Нет, мы бы наверняка умерли. Нам было никак не защититься от предсмертного яростного буйства Короля Севера. Да и вдобавок вы здорово рисковали, входя в книгу, — раскладывала по полочкам Эдвина, серьёзно, как учительница. — Единственная моя просьба, если выясните её происхождение и суть, цель создания, то сообщите мне.

Клейну было очень любопытно, какие же тайны скрываются в Путешествиях Грозеля, и предложение он отклонить не мог, протянул руку и взял магическую книгу.

—Хорошо.

В эти мгновения очевиднее стала для него важность Двора Короля-Гиганта. Клейн даже задумался, не купить ли тот чёрный железный ключ, что принадлежал гигантам и стоил пять тысяч фунтов в то время, когда Клейн интересовался. Но сразу запроса не делал, чтобы Эдвина не думала, что он её пытается обобрать.

Приготовился подождать ещё несколько часов, а то и до завтрашнего дня, и тогда уже одолжить ключ у Контр-адмирала Айсберг. Намеревался подняться над серым туманом и погадать о ценности предмета, прежде чем заговаривать о покупке.

Посмотрев, как Андерсон и Даниц забирают признаки Потусторонних, Эдвина взглянул на темнеющее небо, и спросила Клейна:

—Куда отправитесь теперь?

—В Байам, — честно отвечал Клейн.

Эдвина кивнула.

—Можете отправиться туда на Золотой Мечте. У нас места предостаточно.

Клейн едва различимо кивнул, соглашаясь.

Кто бы не захотел прокатиться даром?

Разобравшись с останками и прибрав в капитанской каюте, Эдвина прошла к двери, открыла её.

Послышалось радостно-изумлëнное аханье, в коридоре воцарилось ликование.

—Ну вот, теперь всё в порядке, — Эдвина огляделась, и ледяное лицо её потеплело в улыбке.

Команда во весь голос одобрительно зашумела, отчего Андерсон нахмурился, потëр подбородок.

—Я такого не ожидал, это как-то чересчур... — Проговорил Андерсон, и разумеется, его слова заглушил буйный радостный шум.

Когда всё утихло, Клейн и Андерсон вслед за Даницем ушли из капитанской каюты, отправились в другие номера того же яруса.

Вполоборота оглянувшись, Андерсон вдруг вздохнул.

—И всё?

Мы знакомы всего каких-то полчаса, но ведь люди, с которыми был бок о бок в битве, часто оставляют в душе глубокий след. А подумать только, как они внезапно умерли нелепой смертью. Все...

Клейн пару секунд помолчал, затем сказал:

—Ну, во-первых, этот мир полон нелепых смертей.

—...И то верно, — сразу улыбнулся Андерсон. — Потому-то и важен оптимизм, чтобы наслаждаться жизнью. Случись мне однажды взглянуть в лицо смерти, я уж наверняка буду сдержан и хладнокровен, и вовсе не потеряю своей выправки. Я встречу смерть как нельзя красивее.

—Не бахвалься так, это и подозрительно... — Клейн ни слова не сказал вслух, вошёл в номер, что для него открыл Даниц. Андерсон занял номер по соседству.

В номере Клейн встал у окна, тихо смотрел на темнеющее море минут десять. Затем пошёл в ванную, сделал четыре шага противосолонь, прочёл заклинание и поднялся над серым туманом.

Сев в высокое кресло Шута, вызвал колдовством фигуру Мира и велел ему принять молитвенную позу.

—Достопочтенный мистер Шут, пожалуйста, сообщите Солнцу, что я приобрёл нужную ему формулу Нотариуса Последовательности 6. Также у меня есть ключи к формуле Жреца Света и основные составляющие. Он может отсрочить оплату, взять в кредит и оплатить в будущем.

Клейн делал всё это для подготовки к продвижению на Последовательность 4. В Серебряном Граде были богатые ресурсы, так что вполне возможно было встретить там особые основные составляющие или какие-нибудь сложные вспомогательные, которые трудно было достать. Потому, не спеша сам что-либо из этого заполучить, Клейн собирался позволить Солнышку задолжать ему.

Не стал говорить, что приобрёл основные составляющие и формулу зелья Жреца Света, поскольку чувствовал, что это будет чересчур. Планировал сообщить тогда, когда Солнышко уже более-менее усвоит зелье.

Дважды проверив наколдованную сцену, Клейн отправил её в виде потока света багряной звезде, олицетворяющей Солнце.

…

Полуденный Город.

У Деррика, только что закончившего патрулировать окрестность недавно разбитого лагеря, вдруг помутилось в глазах, он увидел бескрайний серый туман и в оболочке густого красного сияния неясную молящуюся фигуру.

И тотчас услышал голос Мира, узнал, что приобретена нужная формула зелья Нотариуса.

—Работоспособность мистера Мира поистине велика. Уложился точно в такое количество дней, как обещал! Да к тому же получил ключи к формуле зелья Жреца Света и основные составляющие! — встревожившись, было ненадолго, обрадовался Деррик.

Деррику только и оставалось, что восхищаться Миром, желая самому когда-нибудь в будущем обрести подобные силы и манеры.

Над серым туманом занятый Мир сотворил ещё одну молитву после того, как мистер Шут подтвердил, что с формулой зелья Певца Океана нет никаких затруднений.

—Достопочтенный мистер Шут, пожалуйста, сообщите мистеру Висельнику, что я уже приобрёл формулу Певца Океана и главную составляющую её. Передам ему на следующем Собрании Таро. Будьте добры, попросите его подумать, чтобы он желал предоставить в обмен.