Том 12. Глава 109

—...Потому это меня и раздражает.

—Ха... Я удивлена, что тебе удалось сдержаться, Касуми-тян.

Тот же день, вечер 13 апреля 2096 года. После ужина им сообщили, что пришли гости (хотя двух старших братьев пока не было дома), поэтому Касуми пошла в комнату к Изуми обсудить произошедшее в школе.

—Хм, ладно, когда думаю обо всех этих последствиях, мне кажется, что было бы лучше не отступать. Тем не менее, если честно, мне и вправду хотелось его отметелить.

Она сидела на коврике и держала в руках подушку, которую стукнула два или три раза, вероятно считая этот несчастный предмет Такумой.

—Кстати говоря... согласно твоему рассказу, Шиппо-кун был слишком уж недружелюбен.

—Недружелюбен? Да он явно драки хотел.

—Да, да. Тогда, раз он хотел драки, как он объяснил враждебность, показанную группой управления клубами по отношению к дисциплинарному комитету?

—Вот поэтому я и говорю, что он напрашивался на драку с Саэгусой, потому что он Шиппо.

Услышав предположение Касуми, которая сидела и эмоционально описывала произошедшее, Изуми не воспринимала это как свои личные переживания и возразила:

—Действовал он во имя семьи Шиппо или нет, однако он и впрямь вел себя очень грубо, — неожиданно сказала она.

Касуми обеими руками бросила подушку и моргнула несколько раз.

—Так это было не ради семьи Шиппо, а для его собственной злобы?

—Не могу поверить, Касуми-тян, ты сказала «Злоба»... Ну, полагаю это довольно точное определение. — Видя преувеличенные эмоции Касуми, Изуми кивнула с озадаченным выражением лица, прежде чем изменить его на предельно внимательное, как она думала сама. — Я слышала, что глава семьи Шиппо очень сдержанный. По слухам, он не такой человек, кто будет прямо противостоять семье Саэгуса...

В то же время глава семьи Саэгуса, Саэгуса Коити, готовился встречать гостя.

—Приятно познакомиться. Меня зовут Савамура Маки.

—Мы ждали вас. Я дочь главы — Маюми. Пожалуйста, следуйте за мной.

Приветствовала гостью Маюми. Это не было случайностью, так приказал Коити. Проводив Маки в гостиную, Маюми почувствовала больше подозрения, нежели любопытства.

«Она, должно быть, актриса Савамура Маки-сан... Какое дело связывает актрису и Десять главных кланов?»

Если бы гостем был политик или промышленник, Маюми не посчитала бы это странным, вне зависимости от пола посетителя. Даже если кто-либо из сферы развлечений искал помощи волшебников, это было бы в пределах разумного. Однако чтобы Десять главных кланов помогали сливкам телевещания... странновато.

—Ото-сама, я привела Савамуру-сан.

Как бы это подозрительно ни было, её мысли не отразились на лице. Безупречно исполняя роль идеальной дочери, встречающей гостей, Маюми привела Маки в гостиную, где ждал отец.

Позволив Маюми покинуть комнату и отправив горничных за дверь, Коити заговорил с Маки:

—Это, должно быть, наша вторая встреча.

Так же сев, Маки улыбнулась в ответ:

—Я польщена, что вы меня помните.

—Не стоит благодарности. Пожалуйста, наслаждайтесь едой, пока она не остыла.

На столе было множество горячих блюд и закусок. Все блюда принесли заранее намеренно, потому что Коити понимал, что переговоры должны быть тайными. Маки также не обращала на это внимания.

—Благодарю вас. Давайте ужинать, — учтиво ответила она и взяла столовые приборы. За столом Маки вела себя идеально, что не очень сочеталось с её нервозностью. Видно, Коити удовлетворенно улыбнулся, наблюдая эту сцену.

—Ах, мои извинения, — взгляд его понять было невозможно, может, потому что он хотел внести неразбериху в разговор, Коити выразил свои извинения. — Как грубо с моей стороны носить очки в помещении.

—Нет, я знаю, какое у вас было прошлое.

В четырнадцать Коити оказался жертвой международного похищения, нацеленного на волшебников. Этот инцидент стоил ему правого глаза. Когда он стал взрослым, и его тело перестало развиваться, он начал использовать фальшивый глаз, тем не менее среди волшебников он был хорошо известен в молодости как «Молодой Волшебник с глазной повязкой». Сейчас он предпочитает использовать слегка окрашенные очки, чтобы скрыть наличие фальшивого глаза. Эту деталь можно было легко заметить, если немного о нем узнать.

После небольшого диалога и окончания ужина, Маки поправила спину. На самом деле она хотела бы поговорить о деле в более естественной атмосфере, но не смогла найти слабостей Коити, пока они ужинали.

—На самом деле я попросила занять ваше время сегодня, потому что есть кое-что, о чем я бы хотела сообщить вам, Саэгуса-сама.

Маюми закончила переодеваться и хотела немного отдохнуть. И как раз тогда зазвонил динамик, прикрепленный к двери.

—Онээ-сама, это Изуми. Могу я с тобой поговорить?

—Конечно. Пожалуйста.

Слово «Пожалуйста» на самом деле было приглашением в комнату. Система распознавания голоса HAR получила голосовую команду Маюми и открыла замок. Изуми и Касуми вошли в комнату вместе.

—Извини, но мы хотим узнать твое мнение кое-о-чем, — попросила Изуми.

Маюми удивилась. Она не сказала: «Пожалуйста, научи нас», но «Хотим узнать твое мнение». Другими словами, это было что-то, не относящее к учебе или магическим тренировкам.

—О чем именно?

—Онээ-сан, ты не знаешь, что за человек управляет семьей Шиппо? — спросила Касуми.

Первая мысль, промелькнувшая у Маюми в голове, была: «Зачем ты хочешь это знать?» — но ответ тут же всплыл у неё в уме.

—Касуми-тян... — Маюми, даже не видя реакцию младших сестер, прекрасно понимала, каким ужасным было выражение лица, которое она сейчас приняла.

—Ч-что? — Изменился не только её тон, даже глаза забегали из стороны в сторону. Увидев реакцию Касуми, Маюми еще больше убедилась в правоте своих суждений.

—Что-то случилось между вами и Шиппо-куном.

—Как ты узнала?! — не стала отрицать Касуми и быстро сдалась (скорее даже призналась). Нет, на самом деле она хотела это скрыть, но удачная фраза Маюми побудила более честный ответ.

—Ты...

—Пожалуйста, подожди, Онээ-сама, — видя, что Маюми собирается упрекнуть сестру, Изуми быстро вмешалась в разговор.

—Это правда, что Касуми-тян почти встряла в дуэль с Шиппо-куном, но в случившемся сегодня больше виноват Шиппо-кун, нежели Касуми-тян.

Маюми изучила Изуми подозрительным взглядом. Тем не менее взгляд Изуми не дрогнул. Маюми тяжело вздохнула с облегчением и выражение её лица расслабилось.

—Ладно. Я вам верю.

Теперь уже настало время Касуми тяжело вздохнуть с облегчением. Скрытый взгляд, направленный на Изуми, содержал явные намеки на благодарность.

—Так вот почему вы хотите узнать о главе семьи Шиппо. — Маюми нахмурила брови и поправила спину. — Верно... Хотя я не разговаривала с ним долго... Он, скорее всего, очень практичный и внимательный человек.

—Практичный и внимательный? — Не поняв, Изуми повторила её слова. «Практичный и внимательный» — этого слишком мало для описания личности, поэтому она не думала, что их можно считать характеристиками.

—Верно. Практичный и внимательный, и поэтому нельзя сказать, о чем он думает. Подготовив множество стратегий, он не будет слишком жадным, и выберет ту, в которой риск будет минимален и будут достигнуты изначальные цели. Вот такой он человек, — ответила Маюми, приняв во внимание замешательство сестры, но ответ послужил лишь тем, что поднял у сестёр новые вопросы.

—Но, если это так...

—Да. Как я и думала, Шиппо-кун, согласно словам Касуми-тян, абсолютно не похож на своего отца.

—Тогда он действует не ради планов семьи Шиппо?

—Даже если так, не так уж много учеников способно строить свой план с их ограниченными возможностями. Шиппо-кун должен понимать, насколько это бессмысленно, вне зависимости от того, насколько велика его магическая сила.

—Может, у него есть покровитель помимо семьи Шиппо?

—...Не будет ли это слишком напряжным? — была вынуждена вмешаться Маюми, видя, как младшие сестры высказывают всё более дикие теории.

—...Ха-ха, это верно.

—...И вправду, полагаю, мы слишком сильно об этом беспокоимся.

Сказав это, они засмеялись, но не было похоже, что Касуми или Изуми полностью с этим согласились.

Пока Маки говорила, Коити её не прерывал. И как только она закончила, Коити поднял со стола бокал красного вина. Испив четверть бокала, он испустил мягкий звук, прежде чем поставить его обратно на стол.

—Другими словами, — наконец, Коити снова направил взгляд на Маки, — ваш дедушка собирается расторгнуть секретное соглашение с антимагической фракцией, верно? — неспешно спросил Коити.

Маки утвердительно кивнула.

—Я также считаю, что продвижение антимагической идеологии нереально и вредно. Любая оказанная ей помощь станет петлей у меня на шее. Мой отец хорошо об этом осведомлен.

—Благодарю. Вы, как мне кажется, можете прийти к логическому заключению. — Коити слегка наклонил голову, и глазами попросил её продолжить.

—Я верю, что использование магии должно получать больше одобрения в обществе. Не только в армии или полиции, я думаю, что магия имеет огромный потенциал на телевидении или в кинематографе.

—Помимо телевидения вы сказали кинематограф? Новаторская мысль.

—Пожалуйста, поймите меня правильно, я не считаю волшебников обезьянами. У меня нет планов по превращению магии во что-то, что будет просто привлекать внимание.

—Хо?

—Снятие фильмов часто связано с опасностью. К тому же мы часто встречаемся со сложностью передачи реалистичных звуков и спецэффектов. Естественно, можно не говорить о репортерах, но для актеров и персонала ценность магии просто невероятна.

—...И? — Коити, с интересом на лице, призвал её продолжить.

—Даже для волшебников, к которым относятся не лучшим образом, потому что они не подходят для поля боя, существует множество областей в кинематографе и телевидении, где они смогут показать свой талант. Я твердо верю в это.

—Понятно.

—Я приглашу волшебников, у которых не было шанса показать себя и дам им возможность использовать свой прекрасный талант в магии. Для этого я приготовлю награду, которая наиболее полно удовлетворит вас. — На этом Маки остановилась и всмотрелась в лицо Коити. Она чуть вдохнула, похоже собирала смелость перед продолжением разговора. — С точки зрения волшебников, я чужая. Я не являюсь близким другом и никак с ними не связана. Однако я хочу стать хорошим товарищем, близким другом для всех волшебников. Я надеюсь, вы понимаете это.

—Именно поэтому вы решили препятствовать осуществлению планов антимагического лагеря?

—Я прекрасно понимаю, что бессильна, но я считаю, что по крайней мере должна быть искренней.

—В свою очередь, вы надеетесь на признание и приглашение от волшебников, верно? — Коити озвучил запрос Маки, но она не колебалась. Такой уровень восприятия был в пределах ожиданий.

—Я не настолько наглая, чтобы надеяться заработать ваше одобрение... Я просто надеюсь, что вы признаете это, и только.

Коити с небольшим интересом взглянул Маки в лицо.

—Савамура-сан, вы не только хорошая актриса, но и талантливый переговорщик.

Конечно, Коити не превозносил Маки в буквальном смысле. Чтобы поймать его истинные намерения, Маки собрала всё своё внимание. Кроме этого случая, в подобных мерах не было необходимости.

—Тем не менее вы слишком хорошо скрываете свои истинные чувства. К несчастью. В зависимости от времени и обстоятельств, раскрытие истинной себя временами позволяет получить больше уступок от оппонента, — Коити изящно раскрыл свой козырь. — В ваших словах нет лжи. Однако вы собираетесь использовать волшебников не только для озвученных целей. Вы собираете волшебников в качестве части плана, и, впоследствии, собираетесь использовать их в качестве более прямой силы, не так ли?

Лицо Маки сильно исказилось. Но только на мгновение. Используя свои актерские способности, она смогла успокоиться.

—Извините меня.

Даже в глазах Коити, Маки, казалось, искренне просит прощения. В попытке получить дополнительные очки, Маки смогла заработать небольшую победу.

—До тех пор пока вы не станете противостоять волшебникам, связанным с нами, семьей Саэгуса, я не стану вмешиваться в ваши планы.

Маки внезапно подняла глаза.

—Правда?

Сейчас она не могла контролировать своё выражение лица, но это не нанесло ей ущерба.

—Я обещаю.

—Благодарю вас!

Маки знала, что она смогла выиграть изначально проигранную игру. Хотя она понимала, что уже проиграла, когда начала торговаться с Коити, Маки смогла успешно устранить самые большие препятствия на пути наступления «нового порядка».

После того как Коити проводил Маки, он вернулся в свою комнату, запер дверь и направился к телефону. Набрав номер, он подождал десять секунд. На небольшом экране появилось лицо старейшины Кудо.

—Мистер, прошу прощения за беспокойство в такой поздний час.

Коити не использовал «Сэнсэй» или «Сир», но вместо этого использовал «Мистер». Это было обычаем со времен совместных тренировок с Йоцубой Маей и Йоцубой Мией под опекой старейшины Кудо.

—Не беспокойся. Должно быть, ты хочешь сообщить мне нечто важное?

—Верно. Я хочу обсудить кое-что крайне важное, — сказав это, Коити изящно придвинулся к столу. На камере это выглядело как будто он наклоняется, чтобы обсудить что-то личное. На самом же деле, то, о чем собирался говорить Коити, было одновременно личным и секретным.

—Фактически, я только что говорил с представителем телевидения.

Коити сначала рассказал обо всем и объяснил, что гуманисты (поддерживающие антимагическое движение) из USNA манипулировали телевидением внутри страны с целью дискриминации волшебников.

—Согласно тому, что я слышал сегодня, они достигли довольно больших успехов.

—Так как это ты, очевидно, что ты не в первый раз слышишь об этом. Разве ты не завершил расследование относительно всех операций на телевидении? — без усмешки спросил Кудо.

—Вы знаете обо мне всё, — без сопротивления признался Коити.

На самом деле это у Кудо сменилось выражение лица.

—Я тебя слушаю, — с утомленным выражением сказал он. — Что ты собираешься делать?

—Семья Йоцуба стала слишком сильна. Они давно превзошли Десять главных кланов и уже начали подрывать баланс в стране. Вы так не считаете, мистер? — ответил Коити. Но ответ оказался никак не связанным с основной темой разговора.

—Ты планируешь использовать антимагическую активность, чтобы ослабить Йоцубу? — Однако Кудо, кажется, понял, о чем хотел сказать Коити. Проще говоря, это означало, что старейшина Кудо пришел к тем же выводам, что и Коити.

—В Первой школе есть ученик, который связан с Батальоном 1-0-1. Старшая школа, ответственная за обучение подростков, связана с армией. Вы не считаете, что это станет объектом пристального внимания телевидения или политиков из этической фракции?

—Твои дочери тоже ходят в Первую школу.

—В такой ситуации учеников посчитают лишь жертвами.

—Директор Первой школы сохраняет нейтралитет... Он отказался вступить в твой лагерь.

—Верно, но это мелочь. Я больше беспокоюсь за связь между Батальоном 1-0-1 и Йоцубой.

—...Значит, такова твоя цель, — больше чем через десять секунд ответил Кудо.

—Не только, но в связи с этим у меня есть некоторые предположения. Как насчет этого, мистер? До тех пор пока негативная активность в пределах допустимых параметров, я думаю, что рвение антимагического лагеря не будет слишком сильным. К тому же целью их атак станут ученики старшей школы, если всё сделать правильно, то можно обратить гнев общественности на антимагическую фракцию. Я верю, что такой план принесет некоторые заслуги Десяти главным кланам.

—У меня нет силы, для того чтобы одобрить твой план. На это у меня никогда не было власти.

—Даже без власти у вас всё ещё есть влияние.

—...Я не стану препятствовать твоему плану.

—Этого более чем достаточно. Благодарю вас.

Коити удовлетворенно выключил телефон. Перед тем как закончился разговор, выражение лица Кудо, скорее всего, отражало возраст, в котором у него нет никакого влияния.