Том 4 · Глава 373. Ужин во дворце (Часть 3)
«Прости меня, отец, за мою небрежность. Это моя жена, Серена. Серена, прошу прощения за свои невнимвтельность.»
Серена внезапно почувствовала, как ей стало трудно дышать. Её охватило чувство удушья, но не за себя, а за Джеффри. [Так вот как с ним обращались в семье? В такой атмосфере он рос? Она всегда видела в нём гордого, сильного человека, но сейчас, когда его отец открыто унижал его, он даже не вздрогнул, не возразил, а просто сразу попросил прощения. Значит, подобное происходило в его жизни постоянно.]
Она хотела бы встать на его защиту, ответить Королю, но...У неё не хватило бы смелости. Всё-таки она не настолько глупа, чтобы в первый же ужин открыто противостоять правителю. В конце концов, можно просто подождать, пока он умрёт, и Джеффри займёт трон.
Серена нежно улыбнулась Джеффри, а затем повернулась к Королю, словно смущённая и тронутая его добротой. Вся её поза выражала благодарность, а голос звучал искренне и проникновенно:
«Благодарю вас, Ваше Величество…Я бесконечно признательна вам за то, что позволили мне стать женой вашего достойнейшего сына.»
Она ожидала, что Короля это возмутит, но тот лишь рассмеялся и кивнул. [Ну ладно...значит, он не настолько ужасен. Но вот как родитель явно оставляет желать лучшего.]
Ужин начался, когда слуги принесли первое блюдо. В присутствии Короля следовало соблюдать строгий этикет: никто не мог начинать есть раньше него и, что хуже всего, все должны были остановиться, когда он откладывал приборы. Впрочем, с учётом того, что предстояло выдержать двенадцать перемен блюд, это не казалось совсем уж мучительным.
Когда подали второе блюдо, лёгкую закуску amuse-bouche. Король снова обратился к Джеффри. Серене, которую никто не вовлекал в разговор, оставалось только слушать.
«Ты лишь растратил ресурсы, и вместо того чтобы вызвать благодарность народа, ты внушил людям мысль, будто мы им чем-то обязаны. Что полезного ты сделал, с тех пор как я одобрил твой проект? Даже сын Чарльза справляется лучше. Пока мы сидим здесь, его достижения в Министерстве общественных работ видны всем, они приносят ощутимую пользу. А что сделал ты? Ломаешь социальные устои и...что? Помогаешь беднякам? На это хватило бы благотворительности. Впрочем, чего я ожидал? Сплошное разочарование.»
Джеффри спокойно продолжал есть, не оправдываясь и не реагируя.
А вот Серену его слова задели куда больше. Она была раздражена. [Да, крупные проекты, связанные с инфраструктурой, бросаются в глаза, их результаты видны сразу. Но Король несправедливо недооценивал работу Джеффри.]
Серена вздохнула, поймав себя на том, что вновь возвела мужа в ранг героя.
Пока Король ел суп, наступила редкая передышка в разговоре. После него подали закуску, затем четвёртое блюдо, а следом шестое — рыбу. Всё это время Король продолжал язвить в адрес Джеффри.
Серена чувствовала себя так плохо за него, что ей хотелось запустить тарелкой прямо в лицо Его Величеству. [Высокомерный, самовлюблённый...Ну да, он Король. Но почему он разговаривал с собственным сыном, как с нерадивым подданным?]
Она не могла представить, что Джеффри выдерживал такие ужины ежедневно до их свадьбы. Король делал перерыв только на суп и основное блюдо! Все остальные вели себя так, будто ничего особенного не происходило. Фредерик только ухмылялся. А Королева... Серена заметила, что она негодует, но не на Короля, а на собственного сына.
Она посмотрела на Джеффри, но на его лице не отражалось ни капли эмоций. Казалось, он просто пропускал отцовские слова мимо ушей. [Возможно, он давно привык к такому обращению. Но даже если он не показывал виду, ему ведь тоже было неприятно, особенно при ней — его жене.]
Наконец, принесли последнее блюдо — небольшие шоколадные конфеты и макароны. Серена мысленно возблагодарила всех богов за то, что этот мучительный ужин близится к завершению.
Король встал из-за стола, и все последовали его примеру. Он развернулся, чтобы покинуть зал, и каждый, как положено, склонился в поклоне или сделал реверанс.