Том 7 · Глава 352. § 25. Дракон, гнездящийся в основе

В зале сыпался пепел дракона-гегемона.

Его основу, которую порубило в фарш настолько мелко, что она уже не могла больше делиться, была уничтожена и его нельзя было воскресить.

—…Ах… бедолага… — душераздирающим голосом сказала Вирфлэр и вытянула руки, ловя крохи его пепла. А затем злобно посмотрела на меня. — Ты хоть понимаешь что натворил, Анос?

—Погладил плохо воспитанного дракона?

Вирфлэр покачала головой из стороны в сторону.

—Ты уничтожил собственного младшего брата. — вновь выдала она бред сумасшедшего.

—Не улавливаю о чём ты.

—Дракон-гегемон — это мой младенец. Мой ребёнок. Болдинос научил меня магии позволяющей проглотить бога обжорства Галвадриона и переродить его в моём животе. — начала объяснять Вирфлэр, чтобы убедить меня. — И затем родить на свет драконов, пожирающих богов — детей этой страны. Он наш с Болдиносом ребёнок.

Вирфлэр нежно прикоснулась пальцами к своему животу. Вероятно, там тоже скрывается дракон-гегемон.

—Эй, Анос, ты же старший брат и не должен обижать своего младшего брата. — навязчивым тоном, упрекнула меня Вирфлэр.

—Не хочу огорчать, но у меня есть младшая сестра, а вот чтобы у меня был младший брат — такого не помню. Тем более глухого к голосу разума брата монстра.

—Ты судишь его по внешности, никакой он не монстр. Ты ведь встречался и пел вместе с жителями Гадейсиолы, не так ли? Они все мои милые драконы-гегемоны; мои дети.

Никогда бы не подумал что она сама об этом скажет.

—Для чего ты посадила драконов-паразитов во всех жителей Гадейсиолы?

—Ну так они все станут моими детьми. Нашими с Болдиносом детьми. Помнишь я говорила о том что это страна свободы, и страна-семья. — ответила Вирфлэр так, словно это было совершенно нормально.

—«Страна свободы» это громко сказано. В случае необходимости, носящие драконов-паразитов жители Гадейсиолы могут быть превращены в марионеток. Прямо как Голроана.

—А что странного в том, что дети слушаются своих родителей? И если они не перечат мне — они свободны.

—Ну допустим с натяжкой это можно назвать свободой. Но зачем тогда было запирать народ в клетке «Бено Евна»?

—Внешний мир опасен. Я защищаю детей от злых богов и верующих в них плохих взрослых. — сказала Вирфлэр с совершенно серьёзным видом.

—Зачем ты специально ввела карточную систему, ограничивая пищу, которую можно получить, выйдя за пределы страны, и даже фальсифицировала воспоминания своих граждан?

—Семья обедает за одним столом. Даже в бедности мы делимся пищей и поддерживаем друг друга чтобы выжить. Гадейсиола всегда была такой. Болдинос был отцом, а народ как его семья. — радостно говорила о прошлом Вирфлэр. — Эта страна никогда не менялась с того самого дня, когда Болдинос создал её. И я на что угодно пойду, чтобы так всё и осталось. Воспоминания — это пустяк, ведь все здесь счастливы.

—Я поражён. Восставшие против богов создали страну, однако душа штука переменчивая. У кого-то из рождённых в этой стране будут свежие мысли. Не бывает так чтобы весь народ думал одинаково.

Судя по тому, что Вирфлэр лишь рассеянно пялилась на меня, мои слова не нашли в ней отклика.

—Даже если ребёнок не верит в богов, то став взрослым в защите родителей он более не нуждается. Что ты делала с жителями, которым эта страна становилась больше не нужна?

—Это — созданная Болдиносом утопия. И если появится тот, кто отрицает идеи, пожертвовавшего собой ради своих убеждений, Болдиноса, то Гадейсиола ни за что не простит его. Не нужна эта страна? А-ха-ха, — по садистски рассмеялась Вирфлэр. — Такого быть не может.

—Может на момент основания страны, задумка первого гегемона и не была ошибочной. Ведь действительно собрались те, кто больше не верил в богов. Снаружи было очень опасно поэтому запретили выходить наружу, а карточную систему организовали, потому что еды банально не было, я прав? Но обстановка вокруг страны постоянно меняется. И вместе с ней изменится и мышление её жителей. — возражая, бросил я Вирфлэр. — Ты хоть представляешь сколько времени прошло? Если, ставший исполняющим обязанности Болдинос не изменится ментально, то граждане вскоре начнут покидать его.

—Нет. Мы останемся неизменными и будем ждать покуда его сердце не станет прежним и его время вновь пойдёт — ведь это его страна.

—Вирфлэр, — сказал я, наполненным несдерживаемым гневом, голосом. — Нет никакой «его страны». Только «их страна».

—А в чём разница? Это его и наша страна-семья.

—Какая глупость. — презрительно отозвался я о идеологии Вирфлэр. — Входить внутрь можно, а обратно наружу уже нельзя. Рождённые здесь будут до конца своих дней жить, с вложенным в основу драконом, поддельными воспоминаниями и не зная о внешнем мире, а если решат пойти поперёк, то будут против своей воли делать всё что им скажут. А правитель лишь думает о своём парне, совсем не смотря за своим народом, а вынуждает его голодать, декларирует что снаружи опасно, и при этом даже не принимает никаких контрмер по борьбе с градом землетрясений.

Я прибыл сюда лишь сегодня и уже узнал насколько тут всё ужасно. И это, видимо, лишь верхушка айсберга.

Насколько же тут всё на самом деле плохо? Даже попытки представить это вызывают у меня гнев.

—Здесь нет ни свободы, ни семьи. Эта страна — клетка; самая обычная тюрьма, построенная жалкой женщиной, ждущей мужчину, который не вернётся никогда.

Я нарисовал магический круг и вытащил оттуда меч всемогущего Ливайнгирму.

—Сегодня Гадейсиоле настанет конец. Хотя нет, он настал уже давным-давно.

Взяв на изготовку не извлечённый из ножен меч, я взялся за его рукоять.

—Я уничтожу её.

—Х-ха, — вяло вздохнула она. — Вроде бы его сын, а совершенно не понимаешь его горе.

Вирфлэр нарисовала на полу магический круг. Из него появился первосвященник Голроана, отрастивший крылья дракона-гегемона. По всей видимости из-за паразита он уже не был в здравом уме – он молчал, и имел пустые глаза.

—В нём дракон-гегемон, съевший больше всего богов. Имея силу бога следов и бога госпела, его основа практически бесконечна и крепче чем у богов.

—И что с того?

—Сейчас я прикажу этому дитя свить гнездо в твоей основе и тогда мы с тобой станем настоящей семьёй и ты обязательно поймёшь насколько прекрасна эта страна.

—Проще говоря ты просто подменишь мне воспоминания.

—А-ха-ха, — по-садистски усмехнулась Вирфлэр. — Я знаю что ты силён, ведь ты сын Болдиноса. Но не ровня дракону-гегемону — нашему с Болдиносом ребёнку. И ты уничтожил лишь малую их часть. Сколько по-твоему их по всей стране? В случае необходимости, все наши детки станут твоими врагами. — после чего Вирфлэр добавила: — Ты ведь пришёл сюда спасти первосвященника и кардинала, так Анос?

—И для этого тоже.

—В таком случае ты должен понимать что паразитирующий в Голроане дракон-гегемон сейчас глубоко вцепился в его основу. Попробуешь вырвать его силой и основа будет уничтожена.

Понятно, то есть он заложник.

—Нужно просто вырвать его быстрее чем он уничтожит её и всё.

—Поэтому Ахида здесь и нет. Даже если тебе удастся это с Голроаной, основа Ахида будет уничтожена.

—А сможешь ли? Он же вам зачем-то понадобился.

—Уведя его, мы сможем заманить сюда Дидриха и богиню будущего Нафту. Этой цели мы уже достигли.

Другими словами, она может уничтожить его в любой момент. Не будет Ахида – некого будет приносить в жертву королю-дракону и наступит будущее, в котором Рикардо пожертвует ему собственную жизнь.

—Ты же всё понимаешь Анос. Прими дракона-гегемона в собственную основу и тогда гнездящийся в основе Голроаны дракон перейдёт к тебе. Ты сможешь освободить его.

На лице Вирфлэр сияла победная улыбка.

—Или же ты, будучи настолько сильным, уверен что сможешь принять дракона-гегемона в свою основу и тебе при этом ничего не будет?

—Хе-ха-ха, до чего дешёвая, однако, провокация. Ну ладно, — я убрал меч всемогущего Ливайнгирму в магический круг и, встав прямо, открылся ему. — Я тебе подыграю, но ты об этом пожалеешь. Ему придётся не сладко от паразитирования в моей основе. Ты своей же рукой убьёшь своё милое дитя.

—Кто знает. — Вирфлэр улыбнулась так, словно всё шло по её замыслу. — Свей гнездо, моё мило дитя. Сделай своего старшего брата моим подлинным ребёнком. — отдала дракону приказ гегемон.

После чего подчинённый паразитом Голроана пошёл вперёд и протянул ко мне свою руку. Его правая рука превратилась в пурпурного дракона. Огромная голова дракона скользнула вперёд и впилась клыками в мою грудь.

Брызнула алая кровь и, через открывшуюся дыру, в моё тело стал постепенно влезать дракон-гегемон, покидая тело Голроаны через руку.

—Ну надо же, а ты весьма терпеливый. Тебе должно быть сейчас жутко больно.

—Что ты, лишь немного щекотно.

—А-ха-ха, интересно долго ты будешь продолжать сопротивляться?

Дракон-гегемон целиком влез внутрь моей основы и тут же начал буянить, словно жалуясь на боль. Лицо Голроаны слегка напряглось.

—Чего так нервничаешь? Я ведь предупреждал. Залезть в моё тело, не говоря уже о основе — это самоубийство. Искупавшись в крови владыки демонов, тебя сперва скорчит от боли, а затем полностью уничтожит.

—…Да, я знала что твоя основа разрушения особенная. Она уничтожит даже дракона-гегемона ещё до того как он начнёт паразитировать на ней. Только вот это дитя особенное среди драконов-гегемонов.

Голроана показал тыльную сторону правой руки, и отборочный камень пакта в ней засиял.

—Гегемон Вирфлэр приказывает: свей гнездо в непригодном Аносе следуя порядку, бог паразитизма Эннэтэротон.

В тот же миг как она отдала приказ, мою основу заполнил божественный порядок. Он оттеснил даже кровь владыки демонов и начал проникать в меня и ослаблять, стремясь достичь моих глубин. Дракон-гегемон не спеша заполнял меня изнутри.

—Ну, видишь? Моё дитя гнездится в твоей основе.

—…Всё ясно. Значит в драконе-гегемоне, которому ты приказала начать паразитировать на мне, паразитировал этот твой бог паразитизма?

—Всё верно, Анос. Ты совершил ошибку, решив что верящая в богиню абсурдности страна, не будет использовать богов. Для нас боги — это вещи, которыми можно пользоваться.

Вирфлэр гордо улыбнулась.

Из моей головы выросли рога дракона-гегемона, словно возвещая о том что моё тело уже под его контролем.

—Так-так, ну и что тут у нас? Только что столько важничал, а в итоге стал марионеткой паразита. Ну и позорище.

Я заполнил основу кровью владыки демонов, но ей не удалось разъесть дракона-гегемона, словно он приспособился к ней.

—А-ха-ха, зря так упорно сопротивляешься. Стоит Эннэтэротону так глубоко войти в твою основу и он, в соответствии с порядком, непременно начнёт паразитировать на тебе. Остановить это можно лишь уничтожив основу. — она выставила на показ кольцо с камнем пакта. — На такое не способна даже твоя основа!

Словно нанося добивающий удар по мне, Вирфлэр влила магическую силу в камень пакта. Бог паразитизма Эннэтэротон и основа, в которой паразитировал дракон-гегемон, стали перестраивать моё тело. У меня появился драконий хвост, а затем и крылья.

—А-ха-ха! Хе-хе-хе, а-ха-ха-ха-ха-ха! Получилось. У меня получилось! Уверена, Болдинос тоже это оценит.

Вирфлэр удовлетворённо уставилась на меня. После чего подошла ко мне и приветливо улыбнулась.

—Итак, Анос, моё милое дитя. Вылижи мои ноги. Я заставлю твоё тело усвоить тот факт что я твоя мать.

—Хм, вылизать ноги… — я направил ладонь на ногу Вирфлэр. Она восхищённо улыбнулась. — …Это сделать как-то так?

В тот же миг моя ладонь нарисовала магический круг. Резво вылетевшая из него голова дракона-гегемона, вцепилась зубами в ноги Вирфлэр.

—Г-ГЬЯ-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А!!!

Мои рога, крылья, хвост ушли обратно в тело и взамен этого из магического круга появился огромный дракон-гегемон. Продолжая держать её нижнюю часть тела в зубах, он стал сильно махать головой.

—Т-ты что творишь?!.. Отпусти меня!!!

Вирфлэр широко раскрыла рот и выдохнула пурпурное пламя. Невероятно горячее пламя сожгло дракона-гегемона и она с трудом выскользнула из его клыков. Из её спины выросли драконьи крылья и она взлетела в воздух.

—Х-ха… х-ха… Почему?.. Он ведь точно начал паразитировать на тебе…

—А Болдинос тебе не рассказывал что на поверхности много паразитов, но демонов они никогда не трогают, Вирфлэр?

Судя по выражению лица, слышала она об этом впервые.

—А знаешь почему?

Вирфлэр не ответила на мой вопрос и сфокусировалась на лечении своих ран магией исцеления.

—А потому что стоит им начать паразитировать на демоне, как паразит сам окажется под контролем его иммунитета. Так произойдёт с любым паразитом, который попытается начать паразитировать на демоне, обладающим мощной магической силой и иммунностью, будь он хоть драконом, хоть богом.

—ГУО-О-О-О-О-О-О-О!!! — рыкнул дракон-гегемон и бросился на Вирфлэр, навострив клыки.

Летя, она с трудом уклонялась от многократных стремительных натисков драконьей головы.

—…Прекрати… Остановись моё милое дитя… Ты понимаешь что творишь? Я твоя мать! Я выносила это дитя в собственном желудке и родила его! Как оно смеет пытаться идти против меня?!

—Не стоит так сильно недооценивать демонов, Вирфлэр. Пока он паразитирует на мне — он часть меня.

Вирфлэр сурово взглянула на меня.

—Останови его Анос! Тебе что наплевать что случится с Голроаной?

—О как, думаешь у тебя сейчас есть на это время?

—В тебе паразитирует лишь половина дракона-гегемона. А вторая паразитирует на Голроане!

И словно подтверждая слова Вирфлэр, у Голроаны выросли драконьи рога и появились крылья.

—Тогда я вырву вторую половину.

—Пустые угрозы. Я ведь говорила что если ты это сделаешь, то основа Голроаны будет… унич… тожена… — на миг Вирфлэр лишилась дара речи. — Поче…му?..

Она шокировано смотрела на Голроану. Из правой руки Голроаны выползла драконья голова, хотя никаких приказов гегемон не отдавала. Она обнажила клыки, рыкнула и взмахнув крыльями, бросилась на Вирфлэр.

—Что за… ГЬЯ-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А!!!..

Дракон-гегемон откусил ей крылья из-за чего Вирфлэр камнем рухнула вниз и врезалась в пол. Два дракона-гегемона бросились вслед за ней. Она раскинула магический барьер и кое-как удерживала их когти и клыки.

—П-почему?!.. Это невозможно, этого не может быть! Ведь дракон-гегемон, оставшийся в Голроане даже не паразитирует на тебе!..

—О чём это ты? Основа дракона-гегемона представляет из себя колонию, так? Этот дракон — множество частей одной основы. Проще говоря дракон-гегемон, паразитирующий во мне и тот другой имеют фундаментальную связь. Вполне очевидно что сделает мой иммунитет, подвергнувшись атаке, в форме паразитизма, и отследив эту связь.

Осознав это, Вирфлэр побледнела.

—Иммунитет владыки демонов свирепый и не остановится покуда не возьмёт под контроль всю колонию.

—…Нет… нет… невозможно… это же нереально! Он взял под контроль даже… дракона-гегемона Голроаны; основу, которая была отделена от его тела?!

—Это только начало.

—…Только… начало?..

Вылечив крылья магией исцеления, она вновь удалилась от двух драконов-гегемонов.

—Драконы-гегемоны паразитируют на всех жителях этой страны. А ведь они изначально все части одной колонии, не так ли?

Потеря ею дара речи после моих слов, словно указывала на их правоту.

—Если ты сейчас же не уничтожишь мой иммунитет, то под мой контроль попадут все жители этой страны.

Вирфлэр погрузилась в отчаяние. Стиснув зубы и со слезами на глазах, она наложила заклинание на двух, несущихся на неё, драконов-гегемонов.

—«Бэльмас[1]».

В тот же миг драконы вдруг остановились и с сильным грохотом рухнули на пол. Их основа была полностью съедена собственной основой. Должно быть это ошейник на случай если контроль над драконами-гегемонами будет утрачен – заклинание самоубийства.

Вирфлэр нежно прикоснулась к ним и заплакала.

—…Бедное моё дитя…

—Неужели тебе так больно от убийства части колонии собственной рукой, Вирфлэр?

Она злобно зыркнула на меня.

—Я не прощу тебя… Анос… Ни за что не прощу за то что ты вынудил меня убить наше с Болдиносом дитя собственной рукой! Даже не рассчитывай что отделаешься простым наказанием!!

Я непринуждённо окинул, выпускающую свой гнев, словно героиня трагедии, гегемона своим взглядом.

—Последний вопрос Вирфлэр: намеренна ли ты направить хотя бы крупицу этого сострадания на свой народ?

Она не ответила на этот вопрос и лишь сверлила меня взглядом с озлобленным видом.

—Всё ясно. А теперь слушай внимательно Вирфлэр. Есть лишь одно лекарство способное вылечить эту больную страну, в которой, подобно паразиту, осела глупая женщина. И это…

В моей руке появился меч всемогущего «Ливайнгирма». Сразу после чего я пронзил её грудь остриём «Вэнеджиары».

—ГЬЯ-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А!!!

Смотря на вопящую Вирфлэр хладнокровными магическими глазами, я пригвоздил её к стене вероятным клинком.

—Смерть гегемона.

[1] Записано как: «Суицид самосжиранием».