Том 15 · Глава 834. § 22. Крик новорожденного

В лачуге в мире бедственной пучины Ивэзейно Луна готовила самую разную еду: хлеб, пасту, мясные блюда, рыбные блюда, торты, пудинги, выпечку и так далее.

Она ходила по городам, находила там новые рецепты и угощала ими Ноя. Что бы она ни готовила, Ной всё равно не чувствовал вкуса, но Луну это не заботило, и она вновь и вновь готовила ему новые блюда. А во время готовки она постоянно разговаривала с дожидающимся её Ноем.

—И всё-таки не проще было бы тебе жить с именем? Просто к тебе так обращаться неудобно.

—Вот как?

Хотя Ной не планировал задерживаться здесь надолго и поэтому не использовал фальшивое имя, это действительно было неудобно.

—Можете называть меня так, как вам заблагорассудится.

—М-м, — Луна положила палец на губы, словно задумавшись. — Не думаю, что это хорошая идея.

—Почему?

—Ну, как там её? Эм, «Руинная Пучина Воспоминаний»? «Порождения Руинной Пучины» рождаются из воспоминаний сгинувших, однако смертный, из воспоминаний которого родился ты, ведь ещё не сгинул, так?

—Так мне сказал Эльмид. Похоже, что я редкий случай.

—Раз так, то этот кто-то является твоим родителем, разве нет?

—Этот кто-то наверняка об этом даже не догадывается. Он не из среброводного мира Листэрия и о «Руинной Пучине Воспоминаний» не знает.

—И всё равно родитель есть родитель. Всё-таки его воспоминания преодолели огромные просторы океана и достигли среброводного мира Листэрия. Я считаю, что ты появился на свет потому, что кто-то где-то возжелал этого от всей души.

Ной задумался, а затем сказал:

—Разве этот океан настолько добр?

—Э?

Неожиданный ответ Ноя застал Луну врасплох.

—Лично я так не думаю. Среброводный священный океан жесток. Он спасает лишь тех, кого выбрал порядок. Кого он спасёт, а кого нет, предопределено заранее, — сказал Ной без какого-либо пессимизма в голосе, словно просто огласил факт. — Я родился не потому, что этот кто-то возжелал моего рождения от всей души. Просто так распорядился предопределённый порядок в океане.

—Жестокие вещи здесь тоже случаются… — Луна прикоснулась к нижней части своего живота. Из её утробы раздалась пульсация. — Мне тоже хотелось отказаться от множества вещей.

—Вас что-то беспокоит? — спросил Ной.

Луна ответила ему улыбкой.

—Я уверена, что у всех так. Все изо всех сил пытаются жить, не всё идёт так, как тебе хочется, и порой случается такое, с чем ты ничего не можешь поделать… И всё же мы должны стараться изо всех сил и верить, что когда-нибудь мы обязательно сможем сотворить чудо.

—Что такое чудо? — спросил Ной, словно впервые услышал это слово.

Будучи «Порождением Руинной Пучины», он родился со множеством воспоминаний. Однако конкретно этого слова он не знал.

—Это когда наши чувства, желания и доброта оказываются сильнее, чем любые препятствия во всём океане.

—…До чего же сложная и возвышенная штука это ваше чудо, — откровенно сказал Ной. Не думаю, что смогу сотворить его. В моей основе нет ни желаний, ни доброты.

—Разве? А я думаю, что ты добрый.

—В каком месте?

—Так ведь ты всегда съедаешь всё, что я тебе готовлю, несмотря на то, что не чувствуешь вкуса.

Ной озадаченно нахмурился.

—Такая мелочь считается добротой?

—А большой доброты и не бывает, — мягко сказала Луна. — Быть добрым значит защищать маленькое счастье, которое кто-то ценит. Гармония, единство и справедливость среброводного священного океана, конечно же, очень важны, но, свершив столь великие деяния, ты наверняка забудешь о маленьком счастье.

—Возможно, вы правы, — простодушно согласился Ной.

—А меня устраивают подобные мелочи. Мне достаточно и того, что ты съедаешь всё, что я тебе готовлю. Поэтому ты добрый мальчик, который защищает моё маленькое счастье.

—…Вот как?

Ной слегка улыбнулся.

—Так что я считаю, что твой родитель тоже добрый. Всё-таки он пожелал, чтобы ты стал добрым.

—Думаете?

—Абсолютно уверена. Так что нельзя называть других так, как тебе вздумается, — подытожила Луна и вернулась к готовке.

Она достала овощи и начала шустро их нарезать.

—Я хорош в магии теней, так что если вам нужно моё имя, то можете называть меня Тенью.

—Хорошая мысль. В таком случае я буду называть тебя Тенёк до тех пор, пока ты не выяснишь своё настоящее имя.

—Странная вы, сударыня.

—Кстати говоря, а кто научил тебя так разговаривать, Тенёк?

—Судя по всему, мой лексикон берёт начало из воспоминаний верховной богини мира метаморфоз Фрейнеи. Кажется, так говорил её суверен по имени Шуза. Вообще, он не имеет никакого отношения к моей основе, но так уж сложилось из-за некоторых обстоятельств.

—Ясненько. Поэтому ты как взрослый разговариваешь?

—А как я должен разговаривать? — спросил Ной, заинтересовавшись этим вопросом вопреки обычному.

—Хм-м-м, ты не должен обращаться ко мне на «вы» и говорить «сударыня». Будь более дерзким и менее официальным. Но лично я твою манеру общения странной не считаю.

—Ну, что плохого в том, чтобы иногда вносить изменения в свою жизнь? Научишь меня говорить так, как положено ребёнку?

Глаза Луны округлились, и она рассмеялась.

—Что смешного?

—Ничего, просто это было идеально, Тенёк! Теперь ты самый что ни на есть мальчуган!

—Вот и славно.

Крайне вольное решение сменить манеру речи вызвало у Ронклуса кислое выражение лица. Однако, притворяясь соколом, он не мог вмешаться в разговор и лишь молча присматривал за наивной Луной и своим уж слишком незнакомым с нормами господином.

—Ты хотел бы стать ребёнком, Тенёк?

—Проблема даже не в этом. Я, судя по всему, ещё даже не родился.

—Что?

Луна озадаченно наклонила голову.

—Проще говоря, я не чувствую вкуса из-за того, что ещё не родился. Странно, наверное, учитывая, что я вон как разговаривать умею.

—Получается, ты сейчас словно у мамы в животике?

—Наверное, да.

Ронклус косо на них посмотрел.

Он считал, что если оставит Луну с Ноем наедине, то всё может очень странно кончится.

—Думаю, поэтому у меня тело и не растёт.

—А сколько тебе сейчас, Тенёк?

—С момента моего рождения в Листэрии прошло два года. Так что мне два года.

—А не слишком ли ты большой для двух лет?

Луна подбежала к столу и осмотрела Ноя с головы до пят.

—Но мой рост не изменился с момента рождения. Вот совсем ни капельки. Возможно, я таким останусь навсегда.

—Ничего страшного, не переживай, — сказала Луна, улыбнувшись во всё лицо.

Она надела рукавицы и взяла противень с запеканкой из печи.

—Если ты скушаешь эту грибную запеканку, то вырастешь и станешь очень большим.

Ной поражённо уставился на грибную запеканку.

—…Не уверен, что я могу вырасти от пищи.

—Всё точно будет хорошо. Всё-таки эта грибная запеканка — особое блюдо, которое я приготовила специально для тебя, Тенёк. Ты станешь очень большим. Прям как гора!

Она поставила грибную запеканку перед Ноем.

Он растерянно посмотрел на улыбающуюся Луну.

—Как гора?

—Угу! Ты станешь большим, сильным и представительным мальчиком!

—Хе-ха-ха, — рассмеялся Ной и взял ложку. — Ну, это если я съем много запеканки.

Ной зачерпнул грибную запеканку и положил ложку себе в рот.

В этот миг он слегка распахнул глаза.

Его рука остановилась.

Он медленно закрыл глаза.

Ной молча и не спеша прожевал грибную запеканку, словно пытаясь тщательно изучить её, а затем проглотил с соответствующим звуком.

После чего он положил ложку на стол.

—Что-то не так… Тенёк?..

Увидев, что Ной ведёт себя совсем не так, как обычно, Луна сделала обеспокоенное лицо.

—…Я наконец понял, почему все так радовались пище…

—Э?..

—Твоя грибная запеканка просто восхитительна, — сказал Ной так, что будто это был первый крик новорожденного.