Том 1. Глава 37

Резиденция главы Ордена находилась в самом большом здании Белунга. Мужчина средних лет, с заложенными за спину руками смотрел на рыбок в пруду. Он сказал:

“Хо-Гван”

Хо-Гван хранил молчание.

Это не было похоже на поведение бунтующего подростка, скорее он молчал потому что не мог говорить от того, что задыхался от страха.

“Хо-Гван”.

“..Д..Да”.

Хо-Гван начал заикаться. Хо-Гиюн, глава Ордена, сухо сказал:

“Я возлагал на тебя все свои надежды еще с тех времен, когда мы находились в низшем измерении”.

“…Да”.

По крайней мере со своим сыном Хо-Гиюн всегда разговаривал мягко, но в этот раз было по-другому. Хо-Гван дрожал всем телом. Не замечая этого, Хо-Гиюн продолжал:

“Вспоминая те дни, твои так называемые старшие братья вызывали у меня чувство стыда. Они родились в моем роду, но их способности в боевых искусствах были жалкими. Даже если кто-то критиковал их в моем присутствии, мне нечего было возразить. Это был позор”.

На самом деле, в те дни, братья Хо-Гвана показывали рост, ненамного отстающий от роста других начинающих воинов из других фракций, но это было пределом их возможностей.

По стандартам Хо-Гиюна, они демонстрировали заурядные, а значит неприемлемые результаты.

“Но ты был совершенно иным. В том мире не было никого, кто мог бы даже сравниться с тобой. Даже когда ты прибыл сюда, ты не разочаровал меня. Ты тренировался даже усерднее, чем раньше. Ты рос и неимоверно быстро достиг ранга Зенит. Этого было достаточно, чтобы люди считали тебя гением. Этого было бы достаточно для того, чтобы я тебя признал, даже если бы ты не был моим сыном”.

“…”

“Так же как я признавал и заботился о тебе, так я и не ограничивал тебя в твоих поступках. Многие говорили, что ты слишком высокомерен и полагаешься на влияние отца, но я не обращал внимания на подобные жалобы. И это потому, что ты был мечником ранга Зенит. Ты получил этот титул в юном возрасте, даже не достигнув 150 лет. У тебя было право быть высокомерным. Я всегда верил, что ты можешь только сильнее прославить мое имя. И никогда не думал, что ты запятнаешь его”.

Сказав это, Хо-Гиюн некоторое время молчал. Ощущалось давление как от нескольких десятков враждебно настроенных Зенитов. Это приводило к тому, что из Хо-Гвана лил ручьем пот.

Молчание длилось менее минуты, но Хо-Гвану показалось, что прошел год.

Наконец, Хо-Гиюн продолжил:

“И это даже не поражение в дуэли. Ты получил удар по затылку?”