Том 1 · Глава 3. Мисс Лора Пендлтон (2)

Мисс Хайд грустно усмехнулась.

—Глупо, правда?

Мисс Пендлтон покачала головой.

—Вовсе нет. Хотя всё это действительно кажется безрассудным. Мои родители бы точно упали в обморок, узнай они, о чём я сейчас думаю. Я ведь уже говорила — мама прочитала моё письмо. Она просто не в состоянии удержаться: всё, что я пишу, читаю, думаю — ей нужно непременно проверить.

Мисс Хайд поморщилась, как будто во рту у неё оказался кусочек кислого лимона. Так она всегда реагировала, когда речь заходила о матери.

—Она уже обсуждает с Розмари дату свадьбы. Если я скажу, что собираюсь отказать мистеру Фэрфаксу, она не просто упадёт в обморок — она лишится чувств. А потом, когда придёт в себя, вцепится в меня и примется читать нотации: «Двадцать пять — последний возраст, когда ещё можно выйти замуж и не прослыть старой девой. Если ты станешь обузой для брата и сестры, я не найду покоя даже в могиле. У нас и так ничего тебе не достанется. Все сбережения пойдут на учёбу Алекса и приданое Эмили. Так что очнись, и хорошенько подумай».

—Мисс Хайд… Вы собираетесь отказаться из-за обиды на мать?

Мисс Хайд покачала головой.

—Нет. Если бы только в этом было дело, я бы просто зажмурилась и всё это перетерпела. Но внутри меня словно кто-то другой кричит: «Нельзя! Не делай этого!» — и я не могу его заглушить.

Она пристально посмотрела на мисс Пендлтон.

—Скажите честно… Я совершаю ошибку? Потом пожалею?

Лора Пендлтон поняла, почему Джейн обратилась именно к ней. Возможно, ей нужно было услышать мнение другой незамужней женщины — той, кому, как и ей, возможно, тоже суждено остаться одной.

—Мисс Хайд…

Она ненадолго задумалась, покрутила в пальцах чашку, потом заговорила:

—Я знаю вас давно. И как подруга вашей сестры считаю себя обязанной говорить с вами откровенно. Так что, даже если мои слова будут неприятны — я надеюсь, вы не станете судить строго. Жить в Англии старой девой — нелёгкая судьба.

Лора заметила, как губы Джейн дрогнули — словно она хотела спросить: «А вам, мисс Пендлтон, трудно одной?» — но не решилась. И Лора была ей за это благодарна. Потому что, спроси она, Лоре пришлось бы говорить всю правду — а на душе и без того было горько.

—Быть незамужней женщиной — тяжело во всех отношениях: и в быту, и в общении, и в деньгах. Поэтому давайте рассуждать серьёзно. Во-первых: мистер Фэрфакс — достойный человек. Но это не имеет значения. Его достоинства не могут быть причиной согласия.

Голос Лоры был мягким, но решительным.

—Принимать предложение, чтобы не причинить кому-то боль, — значит обмануть. Поэтому забудьте, хоть на минуту, о чувствах мистера Фэрфакса. Забудьте и о родителях. Послушайте только себя. Что вы чувствуете, когда представляете себя его женой? Когда думаете о жизни с ним под одной крышей?

Мисс Хайд задумчиво уставилась в тёмную гладь кофе в своей чашке.

—Я была бы свободна. Он трижды писал, что ничего мне не навяжет. Мы могли бы вместе ездить верхом, разговаривать… Он всегда выслушивает меня с вниманием. Думаю, он стал бы для меня хорошим другом.

—Верно, мисс Хайд. Я тоже в этом уверена. Он человек слова. Будет уважать вас, станет вашим другом. Это мог бы быть спокойный, достойный брак. А теперь последний вопрос. Вы ведь знаете, что бывает между супругами?

Мисс Хайд пристально посмотрела на Лору. Та огляделась по сторонам, придвинулась ближе и, понизив голос, добавила:

—Я говорю не о делах днём. А о том, что происходит ночью.

Лицо Джейн тут же побледнело. Лора внимательно всмотрелась в её выражение — и по нему поняла: вопрос больше не стоит. Ответ уже получен.

Именно это было причиной её смутной тревоги. Она не могла до конца осознать, в чём дело, но нутром чувствовала. То, о чём другие женщины предпочитают не думать до самого медового месяца. То, что так мучительно — если не любишь. И, к счастью или к несчастью, Джейн поняла это заранее.

—Добрый вечер, мисс Хайд.

Обе девушки вздрогнули. Пока они сидели, склонившись друг к другу, мистер Фэрфакс незаметно подошёл к их столику.

Они подскочили, словно по команде. К счастью, он, по-видимому, ничего не слышал из их разговора. Он улыбался своей обычной мягкой, чуть рассеянной улыбкой.

Мисс Пендлтон быстро вернула на лицо спокойное выражение и, опираясь на годы светской практики, с лёгкой грацией присела в реверансе.

А вот мисс Хайд, чья светская выучка ещё не закалилась, с трудом справилась со своим видом. Она держалась на ногах только благодаря Лоре, была бледна, в испарине, и слегка пошатывалась.

Мистер Фэрфакс обеспокоенно посмотрел на неё.

—Вы хорошо себя чувствуете, мисс Хайд?

—А?.. Да, да. Всё в порядке.

—Правда? Но вы совсем бледны.

—Просто... кажется, у меня что-то не так с желудком. Наверное, еда не пошла...

—Понимаю. Позвольте, я распоряжусь, чтобы вас проводили в экипаже?

—Нет! Всё в порядке!

Мисс Хайд вскрикнула чересчур резко, даже не осознавая этого, а затем, будто ища оправдание своей реакции, заторопилась:

—Думаю, мне просто нужно немного посидеть рядом с мисс Пендлтон. Она чудесно разминает руки... это всегда помогает.

—Что ж, хорошо. Если вам потребуется помощь — обращайтесь. Или, скажем, понадобится врач.

—Благодарю вас, правда, всё в полном порядке…

Тем не менее, мистер Фэрфакс всё ещё смотрел на неё с тревогой. И только осознав, что пристально разглядывать незамужнюю леди — признак дурного тона, он перевёл взгляд на мисс Пендлтон.

—Вы сегодня особенно очаровательны, мисс Пендлтон.

—Вы очень любезны.

—Мне говорили, вы недавно одолжили Жанет подлинник романа Дюма. С тех пор она вдруг сделалась прилежной ученицей и теперь ежедневно по два часа занимается французским. Было бы прекрасно, если бы вы как-нибудь заехали к нам — попрактиковали с ней разговорную речь.

—Конечно, с удовольствием. Чай с очаровательной Жанет — всегда радость для меня.

Мистер Фэрфакс, услышав похвалу в адрес сестры, просиял.

—Ах да, и ещё я хотел бы попросить вас об одном одолжении.

—Разумеется. Что именно?

Теперь он посерьёзнел.

—Помните, я как-то упоминал, что у меня есть кузен примерно моего возраста?

—Да, кажется… его зовут Иан…

—Иан Далтон. Из Уайтфилда.

—Да-да. Молодой джентльмен с множеством племянников и племянниц, не так ли?

Имя Иана Далтона мисс Пендлтон запомнила — она не раз слышала о нём от самого мистера Фэрфакса и его сестры.

Иан Далтон был землевладельцем из Уайтфилда, что в Йоркшире. Наследство, полученное от отца, он всего за несколько лет увеличил вчетверо, благодаря мудрым вложениям. По словам Жанет, он был не просто богат, но и крайне привлекателен. Настолько, что даже её брат — человек весьма недурной наружности —, по её мнению, с ним не шёл ни в какое сравнение. Более того, она утверждала, что Иан даже красивее мистера Мортона.

Лоре и представить было трудно мужчину красивее Эдварда Мортона.

—Мы с ним росли вместе, учились в Итонском колледже. Потом я поступил в Оксфорд, он — в Кембридж. Недавно он написал, что через месяц собирается в Лондон и хотел бы остановиться у меня, а не в гостинице. Я сразу же ответил, что буду рад его принять.

Он продолжил после короткой паузы:

—Однако следом пришло письмо от моей невестки, миссис Роберт Фэрфакс. Она выразила надежду, что во время своего пребывания в Лондоне Иан обзаведётся новыми знакомствами. Особенно — среди дам.

Мисс Пендлтон сразу поняла, к чему он клонит.

—Должен признаться, я мало общаюсь с леди. Почти всё своё свободное время провожу в клубах. Поэтому и подумал — может быть, вы, мисс Пендлтон, согласитесь представить моего кузена нескольким вашим подругам?

—Это несложно... Но мистер Далтон сам желает этого?

Мистер Фэрфакс пожал плечами:

—Откровенно говоря, это желание исключительно моей невестки. Ей кажется, что тридцать лет — самое время мужчине задуматься о браке. А он упрямо сидит в своём поместье и не проявляет ни малейшего интереса к брачным делам.

Мисс Пендлтон кивнула. Действительно, для джентльмена тридцать — не возраст. А если он ещё и богат, то и в пятьдесят никто не станет считать его опоздавшим.

Тем не менее, мысль о том, что её подруг будут вежливо разглядывать, как на выставке, отнюдь не радовала.

—Неужели в Йоркшире нет достойных барышень? Зачем же ради знакомства ехать в Лондон? К тому же, я уверена, столичное общество встретит мистера Далтона с распростёртыми объятиями. Если, конечно, он сам будет к этому расположен.

Лора говорила вежливо, но твёрдо. Это был мягкий, но ясный отказ. Однако мистер Фэрфакс не отступал.

—Понимаю. Вы слишком цените дружбу, чтобы подвергать своих подруг недобросовестной оценке со стороны человека, у которого даже нет намерения вступать в брак. Но, быть может, вы не откажетесь принять Иана как друга?

Он заговорил с искренним теплом:

—Поверьте, он того стоит. Речь не о богатстве — он добр, умен, очень предан семье. Да, немного странен, возможно, и упрям. Но его достоинства во сто крат перевешивают эти мелочи — и я могу за это поручиться.

Мисс Пендлтон улыбнулась без тени насмешки.

Какой же он всё-таки добрый… ради какого-то кузена просит с такой искренностью…

Лора немного подумала и мягко кивнула:

—Разумеется. Если речь идёт о дружбе — я буду только рада. Представьте нас друг другу, когда он прибудет.