Глава 14. Предложение (1)
Дуранте постукивал по подлокотнику кресла. Перед ним, сидящим на кожаном диване, в камине тихо потрескивали дрова.
Спасительница жизни, значит.
Дуранте тихо пробормотал это себе под нос. Сопоставив информацию, полученную от Бианки после похорон принцессы, он поморщился.
Женщина, которую Великий герцог каждую ночь навещает в спальне.
Женщина, чье происхождение неясно и которой не на что полагаться, кроме своего личика.
Вмешалось что-то бесполезное.
Дуранте сцепил пальцы в замок. В данный момент он остановился в гостевой комнате западного крыла особняка Ренато.
Большинство гостей разъехались после похорон принцессы, но он остался.
Причиной была необходимость личной встречи с Великим герцогом.
Цо.
Дуранте цокнул языком. Человек, удерживающий его в пустынном Ренато, не показывался на глаза уже почти неделю.
Хоть он с самого утра донимал дворецкого, вестей от Великого герцога всё еще не было. В одночасье Дуранте оказался в положении того, кто, вытянув шею, весь день только и делает, что ждет известия от Великого герцога.
Неужели он так занят забавами с девкой?
Дуранте нахмурил брови. Если это так, то встретиться с Великим герцогом нужно как можно скорее.
Нельзя допустить, чтобы великому плану что-то помешало.
Говорили, что рыжеволосая девица — публичная любовница Великого герцога. Похоже, официально об этом еще не объявили, но если ослепленный девкой Великий герцог вдруг решит жениться...
Дуранте прикусил губу. Нет, такого быть не может. Отгоняя свои фантазии, Дуранте шумно втянул воздух.
Действительно ли это невозможно?
Если вспомнить его состояние в день похорон, вероятность не совсем нулевая. Разве вечно безразличный Великий герцог не унес женщину на руках, побледнев от страха?
Словно он действительно ее любит.
Этого нельзя допустить.
Охваченный тревогой, Дуранте вскочил, вцепившись в подлокотник. Его глаза блеснули решимостью во что бы то ни стало встретиться сегодня с Великим герцогом.
Брак?
Резкий голос эхом отозвался в кабинете. Рикардо ледяным взглядом посмотрел на собеседника. Мужчина средних лет, проявлявший тщеславие и не снимавший меха даже в теплом помещении, неловко улыбнулся глазами.
Да, похороны принцессы позади, пора бы подыскать следующую партию.
Мой крестный нетерпелив.
Рикардо с усмешкой грубо ослабил галстук-крават.
Прошла неделя после похорон. За это время Рикардо был крайне занят. Он отправил императору документы, официально подтверждающие смерть принцессы, и сообщил стороне Сеголинде, что похороны принцессы были проведены с великой торжественностью.
Император без проблем принял отчет из Ренато. Проблемой стала Сеголинде.
Они поставили под сомнение, действительно ли тело, найденное в Ренато, принадлежит принцессе.
Поэтому Рикардо ответил, что на теле женщины была одежда придворной дамы из Сеголинде, у нее были светлые волосы и, прежде всего, на ней был кулон с выгравированной лилией.
Для членов королевской семьи в долгом путешествии в целях безопасности было обычным делом меняться одеждой со слугами.
Даже на кулоне с любимым цветком принцессы стояло клеймо мастера, принадлежащего к королевской семье. Только после отправки этого кулона в Сеголинде Рикардо смог завершить утомительный процесс подтверждения.
Он надеялся сегодня наконец перевести дух и отдохнуть.
Но явился всё еще не уехавший Дуранте и завел разговор, действующий на нервы.
И это было то самое «важное дело»?
Это важный вопрос.
На пренебрежительный вопрос Дуранте ответил с покрасневшим лицом, издав натянутый смешок. Он вовсе не выглядел веселым, смеясь лишь губами, а затем выдал нечто возмутительное:
Как раз моя дочь, Джулия, следующей весной станет совершеннолетней. Как насчет того, чтобы сделать ее парой Вашему Высочеству?..
Поразительно.
Простите?
Я говорю, амбиции графа воистину поразительны.
Рикардо, тяжело опустившись на кожаный диван в кабинете, потер виски и продолжил:
Предлагать дочь, которая еще совсем дитя.
Дитя? В семнадцать лет она вполне может стать хозяйкой Ренато!
С десятилетней разницей со мной
Рикардо, мгновенно оборвав возражение Дуранте, нахмурился. Он посмотрел на Дуранте взглядом, острым как кинжал, и мрачно произнес:
Ты целую неделю торчал здесь только ради того, чтобы нести эту чушь?
Когда Рикардо пристыдил его, лицо Дуранте покраснело так сильно, что дальше уже было некуда. Он несколько раз откашлялся и глубоко вздохнул. Казалось, он пытался подавить подступающий гнев.
Рикардо наблюдал за Дуранте холодным взглядом.
В тот момент, когда он услышал этот лепет в угоду собственным интересам, ему захотелось снести тому голову. Если бы Дуранте не был старейшиной Совета знати, он бы так и поступил.
В семнадцать лет вполне достаточно?
И этот рот посмел изрыгнуть подобную чушь.
Каким был Дуранте, когда Рикардо было семнадцать? Он говорил императору, что опасается доверять Ренато юноше, ставшему Великим герцогом в столь раннем возрасте.
А затем, пользуясь своим положением крестного отца Рикардо, пытался заграбастать Ренато себе.
Юный Рикардо отчаянно боролся, чтобы защитить Ренато от Дуранте.
Он обещал, что обязательно станет великим правителем, что будет держаться подальше от императорской семьи и похоронит свои кости здесь, в Ренато.
Потому что он поклялся отцу.
Отец Рикардо, Серджио Витторе, дал свою фамилию сыну, рожденному от измены жены, и позволил ему жить жизнью законного наследника, а не бастарда.
Пусть он и был худшим мужем для своей жены, для Рикардо он был хорошим отцом.
В отличие от матери, которая была и худшей женой, и худшей матерью.
«Мама не любит твоего отца, Рикардо. У мамы есть другой любимый человек. Этот человек...»
Рикардо зажмурился от зазвучавшего в голове скорбного женского голоса. Перед закрытыми глазами возник призрак Алой комнаты с колышущейся красной тканью. И длинная фигура, бессильно раскачивающаяся в воздухе.
«Проклятье».
Рикардо открыл глаза и цокнул языком. Из-за Дуранте он вытащил воспоминания, которые запрятал глубоко в душе.
Какая еще мать. Просто женщина, которая всю жизнь обнимала свое несчастье и умерла лишь потому, что ее заставили выйти замуж.
Что в этом браке такого великого, насколько огромной была та любовь, что заставила грязную кровь течь в жилах Рикардо.
Рикардо терпеть не мог всё, что связано с браком или любовью. Потому что, цепляясь за подобное, человек лишь влачит жалкое существование.
...Вы меня слушаете?
Жалоба мужчины средних лет ворвалась в уши Рикардо, чей взгляд был устремлен в окно. Рикардо медленно перевел глаза на своего крестного.
Граф Дуранте Адальберто.
Друг покойного Великого герцога Витторе и спаситель Ренато, страдающего от нехватки продовольствия из-за суровых холодов.
Если бы не зерно, которое ежегодно присылает Графство Адальберто, в Ренато один за другим умирали бы люди от голода.
В благодарность за это Ренато посылал рыцарей для охраны Графства Адальберто, граничащего с Закетом.
Одним словом, это были отношения, в которых стороны не могли обойтись друг без друга, как крокодил и птичка-тару.
Если бы всё так и продолжалось, проблем бы не возникло.
Однако Дуранте раскрыл свои скрытые амбиции. Вероятно, потому, что его дочь скоро достигнет совершеннолетия.
При поиске партии для дочери Рикардо, должно быть, стал главным кандидатом. Ведь Рикардо — самый высокопоставленный холостяк в империи после кронпринца.
Дойдя до этой мысли, Рикардо посмотрел на Дуранте пронзительным взглядом.
Граф. Вы знаете? Если я женюсь на вашей дочери, она станет Великой герцогиней.
Разумеется, я знаю.
Только Великой герцогиней. Ваша дочь не получит титула выше этого. Если хотите сделать ее кронпринцессой или императрицей, отправляйте ее в императорский дворец.
Когда Рикардо произнес это приглушенным, предостерегающим тоном, лицо Дуранте на этот раз побледнело. Его губы дрогнули, и он с трудом выдавил улыбку:
Со мной вы можете быть честны. Разве я не к-крестный отец Вашего Высочества?
Именно поэтому я это и говорю. Мне кажется, мой крестный предается несбыточным мечтам.
Дуранте лишь догадывается о происхождении Рикардо, но не уверен в нем. Ведь четких доказательств нет.
Если и есть доказательство, то это фиолетовые глаза, точь-в-точь как у императора.
Но учитывая, что император и покойный Великий герцог — братья, и вспоминая, что их отец, прежний император, обладал фиолетовыми глазами, в этом нет ничего странного.
Дуранте строит ложные предположения, основываясь лишь на том, что отношения супругов — покойных Великого герцога и герцогини — были крайне плохими.
Интрижка между императором и покойной Великой герцогиней, и то, что Рикардо — плод этой связи, — это немыслимо. Следовательно, Рикардо никогда не унаследует императорский трон. Так что немедленно избавься от пустых мечтаний.
Таково было предупреждение Рикардо. Чтобы пресечь ростки нечистой надежды, Рикардо твердо заявил:
Моего брака с дочерью графа не будет.
Но!..
Раз уж граф так интересуется моим браком, я сообщу условия для будущей Великой герцогини.
Только не твоя дочь.
Рикардо добавил последнюю фразу, словно дразня Дуранте. От условий, выдвинутых им с усмешкой, лицо Дуранте безобразно исказилось.
Поговорим об этом позже.
Рикардо кивнул в знак разрешения уйти. От этого жеста Великого герцога Дуранте развернул свое одеревенелое тело. Даже для того, чтобы выйти из этого кабинета, ему всё еще требовалось позволение Великого герцога.
Да, пока что требовалось.