Глава 151. Семейный ужин чеболей
Неделя пролетела незаметно. Чинха и Хана сегодня впервые собирались на встречу с отцом матери, то есть со своим дедушкой по материнской линии, поэтому они оделись подчеркнуто опрятно.
Пойдемте же,
Там их ждал автомобиль. Сев в салон, они отправились в путь под управлением господина Чана. Их целью был район Ханнамдон — место, где по соседству друг с другом живут главы крупнейших корпораций. Председатель группы Чхонджо, Чхон Чжохёк, также владел здесь одним из самых величественных особняков.
Выехав из Каннама, господин Чан пересек мост Ханнам и вскоре добрался до квартала богачей. Машина остановилась перед въездом в роскошное поместье, которое теперь фактически стало для детей домом родственников по матери. Как и подобает резиденции главы группы, занимающей второе место в иерархии корейского бизнеса, поместье поражало своим величием.
У входа постоянно дежурили четверо телохранителей, внимательно следя за обстановкой. Раньше ворота не охранялись столь тщательно, но после террористического акта, случившегося несколько месяцев назад, охрана была усилена для обеспечения полной безопасности председателя.
Когда машина господина Чана подъехала к воротам, телохранители, по-видимому, уже получившие уведомление, догадались, кто это. Тем не менее, на случай непредвиденных обстоятельств они провели проверку.
Вж-ж-жих! Окно опустилось, и когда показалось лицо господина Чана, стоявший впереди охранник невольно вздрогнул. Он узнал его. Это был тот самый человек, который при первой встрече председателя Чхон Чжохёка с Ким Юджин преградил путь господину Чану и в итоге оказался повержен на землю.
Узнав господина Чана и убедившись, что всё в порядке, телохранитель кивнул и произнес:
Пожалуйста, подождите немного. Я открываю ворота.
Господин Чан лишь слегка склонил голову в ответ. Другие охранники, никогда прежде не видевшие его, сочли такое поведение высокомерным и почувствовали легкое раздражение.
Раздался лязг, и массивные железные ворота распахнулись. Господин Чан тронул машину с места и въехал на территорию.
Автомобиль медленно двигался мимо сада, где росли всевозможные декоративные деревья и даже раскинулся довольно просторный пруд. Спустя примерно тридцать секунд пути через сад машина остановилась у входа в роскошное поместье, прямо перед большим фонтаном.
Там их уже встречала внушительная группа людей: сам председатель Чхон Чжохёк, его старший сын Чхон Чжунхан с женой, сыном Чхон Хаджином и дочерью Чхон Мири, а рядом — второй сын Чхон Доук с семьей, женой и сыном Чхон Джингю.
Лицо председателя Чхон Чжохёка так и сияло радостью при виде машины, в которой приехали его дочь, внук и внучка. К автомобилю поспешил человек по фамилии Ли, управляющий всеми делами в поместье — дворецкий Ли, чтобы открыть дверь, но его намерение было пресечено. Господин Чан, в мгновение ока покинув водительское сиденье, преградил ему путь.
Дворецкий Ли в замешательстве уставился на него, но господин Чан, глядя ему прямо в глаза, холодно произнес:
Мой долг
Сказав это ровным тоном, господин Чан сам открыл заднюю дверь. Члены семьи Чхон подумали, что это какой-то странный человек. В подобном месте обычный человек вел бы себя робко, но этот мужчина, не колеблясь, делал то, что считал нужным.
С заднего сиденья вышли Ким Юджин и ее дочь Хана, а из передней двери — Чинха. В ту же секунду кто-то издал приглушенный возглас.
Ох!
Вслед за ней обе невестки семьи Чхон тоже ахнули, не в силах скрыть восхищения. Чинха был настолько красив, что мысли о дележе наследства, которые до этого роились у них в головах, на миг просто улетучились.
Председатель Чхон Чжохёк видел внука на фотографиях, но вживую его внешность впечатляла еще сильнее. Восхищаясь им, он вспомнил, что Чинха — тот самый гений, разработавший невероятное синее лекарство. На мгновение в его душе шевельнулось чувство жадности — так сильно ему захотелось заполучить подобный талант. Однако, взглянув на дочь, он отогнал эти мысли и тепло поприветствовал ее.
Добро пожаловать, Юджин.
Увидев сияющего от радости отца, Юджин с улыбкой ответила:
Надеюсь, у вас всё было хорошо, отец.
Ха-ха... Как видишь, я в полном порядке.
Пока они обменивались приветствиями, лицо Чхон Доука стало недовольным. Ему не понравилось, как легко слово «отец» сорвалось с ее губ, ведь они знакомы совсем недавно.
Ах, да, нужно вас познакомить. Это твой старший брат Чхон Чжунхан, а это
Юджин посмотрела на братьев. Старший, Чхон Чжунхан, выглядел вполне доброжелательным. Но вот лицо второго брата было надутым, из чего она заключила, что он не слишком-то ей рад. Впрочем, она ожидала нечто подобное, поэтому не приняла это близко к сердцу.
Чхон Чжунхан, заметив реакцию сестры, выразительно посмотрел на младшего брата, и Чхон Доук тут же постарался смягчить выражение лица.
Так ты Юджин... Рад встрече. Добро пожаловать в нашу семью.
Когда Чхон Чжунхан протянул руку, Юджин пожала ее и ответила с ответной теплотой:
Я тоже рада. Могу я называть вас оппа?
Чхон Чжунхан кивнул, разрешая. Глядя в глаза сестре, он невольно восхитился: в ее взгляде не было ни капли робости или заискивания, лишь уверенность.
За годы руководства одной из дочерних компаний группы Чхонджо он встречал множество людей. Тех, кто обладал столь же властным и уверенным взглядом, можно было пересчитать по пальцам — обычно это были либо председатели других конгломератов, либо члены королевских семей Ближнего Востока.
Пока Чхон Чжунхан предавался раздумьям, Ким Юджин протянула руку Чхон Доуку. Тот, хотя и неохотно, ответил на рукопожатие.
Глядя на уверенную Ким Юджин, Чхон Доук вдруг поймал себя на мысли, что ее взгляд удивительно похож на взгляд их отца.
Хм... Надеюсь, мы поладим...
Юджин лучезарно улыбнулась и сказала:
Да, давайте ладить, Доук-оппа.
От этих слов Чхон Доук испытал странное чувство. «Оппа»... Ему показалось, что это звучит очень приятно. В молодости многие женщины помоложе называли его так, но когда это произносила младшая сестра, ощущения были совсем иными. Тем более что Юджин, несмотря на свои тридцать восемь лет, выглядела очень молодо и красиво, что только усиливало приятное впечатление. «Если бы меня назвала так какая-нибудь тетушка с химической завивкой, я бы, наверное, про себя выругался», — подумал он.
Его недовольство начало понемногу таять, и он почувствовал крошечную симпатию к вновь обретенной сестре.
После этого Ким Юджин представила отцу своих детей, указав сначала на сына:
А это мой сын, Чинха.
Когда мама представила его, Чинха мельком взглянул на председателя Чхон Чжохёка, ставшего ему дедушкой, и поздоровался:
Я Чинха.
Его сдержанный тон и лишь легкий наклон головы задели Чхон Доука, который только-только начал оттаивать по отношению к сестре. Он возмутился: как можно так невежливо приветствовать дедушку? То же самое подумал и Чхон Чжунхан.
Какая невоспитанность,
Чинха перевел взгляд на него. Чхон Чжунхан вздрогнул. Пустой, лишенный эмоций взгляд юноши заставил его почувствовать необъяснимый холод.
Ха-ха, оставь его... Что поделаешь, если у него такой характер? Разве все гении не бывают чудаками?
После этих слов председателя все с недоумением посмотрели на Чинху. Гений? Неужели этот мальчишка — гений?
Гений? Отец, что вы имеете в виду?
Председатель Чхон Чжохёк вопросительно посмотрел на дочь, словно спрашивая разрешения.
Ким Юджин не собиралась делать из этого тайну и кивнула. Она решила, что если здесь узнают об истинной ценности Чинхи, его положение в этой семье станет более прочным. Ей не особо это было нужно, но она считала, что признание лишним не будет.
То, что я сейчас скажу, не должно выйти за пределы этого круга. Дворецкий Ли, проследи, чтобы слуги не болтали лишнего.
Когда все согласно кивнули, председатель с гордостью посмотрел на Чинху и произнес:
Оказывается, именно Чинха разработал то самое синее лекарство, о котором сейчас все говорят.
На лицах присутствующих отразилось крайнее изумление. Особенно поражены были Чхон Чжунхан и Чхон Доук: как мог старшеклассник создать то, что не под силу даже целым исследовательским отделам корпораций?
Это правда?
Ха-ха. Моя дочь говорит, что так и есть.
Ким Юджин, сияя от гордости за сына, подтвердила:
Да, наш Чинха очень умен. Он занимает первое место по успеваемости во всей стране.
Все посмотрели на Чинху новыми глазами. Глаза обеих невесток семьи Чхон загорелись: ведь и Чхон Мири, и Чхон Джингю в этом году должны были сдавать Сунын. Они тут же решили, что нужно попросить Чинху позаниматься с их детьми — раз он гений, то наверняка учит как-то по-особенному.
Пока все разглядывали Чинху, Юджин представила дочь:
А это моя дочь, Хана.
Здравствуйте! Я очень рада, что у меня появился дедушка. И дяди, и двоюродные братья с сестрами
Уверенное и жизнерадостное приветствие Ханы заставило всех подумать, что она — полная противоположность своему брату. Все невольно гадали, нет ли и в ней чего-то особенного, но Хана, заметив это, поспешила их разочаровать:
В отличие от оппы, я совершенно об-ык-но-вен-ная. Просто обычная школьница, так что, пожалуйста, примите меня радушно. Хи-хи!
Председатель Чхон Чжохёк, сочтя ее очаровательной, весело расхохотался:
Ха-ха-ха! Ну что ж, я тоже рад, что у меня появилась внучка.
Хана в ответ тоже довольно заулыбалась. Тем временем Чхон Чжунхан, глядя на сестру и ее детей, которые ничуть не тушевались перед мощью их семьи, осознал, что они вовсе не считают честью вхождение в семью группы Чхонджо. «Видимо, всё дело в этом новом племяннике, Чинхе?» — подумал он. Если слова отца правдивы, и мальчик настолько гениален, что создал синее лекарство, то именно благодаря ему компания сестры процветает, и это дает им повод держаться так уверенно.
Председатель Чхон Чжохёк, решив, что они затянули приветствие у порога, обратился к присутствующим:
Что ж, пойдемте внутрь. Остальные знакомства продолжим за обедом.
Все направились в дом, и семья Чинхи последовала за ними.
Едва переступив порог, Хана невольно ахнула: одна только прихожая со шкафами для обуви по площади была не меньше тридцати квадратных метров. Впрочем, восхищение быстро сменилось спокойствием — если бы она захотела, то корпус огромного космического корабля «Красотка» был бы куда больше и прекраснее этого места.
Разувшись, все надели аккуратно расставленные тапочки и прошли дальше. Обувь тут же начали убирать работники поместья.
Внутри первым делом в глаза бросался пол из белого мрамора и огромная, изумительной красоты хрустальная люстра, свисающая с высокого потолка, что придавало дому еще более аристократичную атмосферу.
Авторское примечание: Не уверен, правильно ли я использовал слово «Шангри-ла». Ха-ха. Написал целую главу про встречу у входа. Надеюсь, вам было интересно.