Том 3 · Глава 47. Вампир Коёми 006

Ошино Меме.

Так назвал себя этот вялый человек после всего произошедшего.

Это имя мне показалось довольно забавным, но так как я нуждался в спасении, то не мог открыто сказать ему это.

Даже если он так странно выглядел.

Даже если носил дурацкую гавайскую рубашку.

Но он спас меня — и к нему нет никаких вопросов.

И все же он действительно был каким-то медлительным.

—Эм... Ошино...

Надо ли было добавлять «-сан»? Я никак не мог решиться — пусть он меня только что спас, пока я не выясню, за кого он, не буду делать резких движений.

Друг или враг.

До сих пор не знаю, действительно ли он меня спас.

Лучше ничего не предпринимать.

Но все же надо, по крайней мере, поблагодарить его.

—Я вам очень благодарен за свое спасение.

—Не нужно. Ты был один, я просто помог тебе, Арараги-кун, — беззаботно сказал Ошино.

Все было просто.

Те три человека после внезапно захлебнувшейся атаки убежали туда, откуда пришли. Словно по команде.

Как будто бы их тут никогда не было.

Исчезли, не сказав ни слова.

Я, конечно, не вернул конечности Киссшот, но хотя бы с жизнью не расстался.

Ошино Меме...

Мужчина в гавайской рубашке, совсем не похож на врага вампиров... то есть не враг Киссшот Ацеролаорион Хеарт-андер-Блейд, однако...

—У тебя такое имя, Арараги Коёми. Бездонное. Но серьезно — никто в таком месте не захочет навлечь на себя беду. Наверное, ты уже не раз попадал в передряги.

Я промолчал.

—Не нужно так меня бояться, Арараги-кун. И пялиться тоже. В тебе так и плещется энергия — случилось что-то хорошее?

Пока он говорил это, то достал из кармана рубашки пачку сигарет и взял одну из них губами — я думал, что он ее закурит, но Ошино просто сидел с ней и ничего не делал.

—Ну, в любом случае, пошли домой, Арараги-кун.

—Домой?

—В наши любимые развалины.

Сказав словно бы очевидную фразу, Ошино уже направил свои стопы к школе, я же бессознательно крикнул ему: «Постойте!»

—О-откуда вы знаете?

—В смысле? Конечно, я знаю — говоря начистоту, это я рассказал девочке о таком прекрасном месте.

И он поведал это таким спокойным голосом.

Что?..

Нет, я, конечно, думал о том, как Киссшот нашла это место...

Это он показал ей школу?

—Когда Сердце под Лезвием тащила твое тело, ей явно нужна была помощь — вот я и помог.

—Вы знакомы с Киссшот?

—Что?

Ошино не ответил на мой вопрос, видимо, потому, что не понял самого слова. Он посмотрел на меня странным взглядом.

—Чего?..

—То есть ты зовешь ее Киссшот?

—А, ну... да.

—Те трое, как и я, звали ее Сердцем под Лезвием... Я просто подумал, почему ты зовешь ее именно так.

—Потому что... это имя слишком длинное.

Что?

Что не так?

—Мне нельзя ее так называть?

—Думаю, что нельзя. Ты ведь ее слуга, как она вообще позволила тебе такое... Ведь мы же говорим не об обычных вампирах, мы говорим о Сердце под Лезвием — легендарном вампире, убийце Каии, железнокровном, теплокровном, хладнокровном монстре...

—Вампиры... Вы о них много знаете?

Ну, сейчас уж действительно только глухой не слышал.

Ошино вырос из-под земли, влегкую победил трех экзорцистов — даже этих фактов хватает для того, чтобы, наконец, задать правильный вопрос.

—Вы... кто вообще?

—Я-то? Иногда таинственное дитя ветра, иногда таинственный путешественник, иногда таинственный бродяга, иногда таинственный актер, иногда таинственный высококлассный бомж.

Всегда таинственный.

—Иногда женский голос в басовой октаве.

—В смысле альт?

—Иногда это я, иногда нет.

—О чем вы...

Он вдруг пожал плечами.

—Я просто человек, который мимо проходил, вот и все, — выдохнув, сказал Ошино.

Как я и думал, все весьма странно.

—Так вышло — я уже один раз помогал Сердцу под Лезвием. Расслабься. Я не экзорцист.

Можно ли ему верить?

Нет, не так.

Только верить ему я и могу.

—Не то чтобы я ничего не знал — на самом деле я знаю намного больше, чем ты думаешь. Но со знакомством слегка повременим. Для начала тебе нужно вернуться домой, Арараги-кун.

Ничего другого не оставалось, как послушаться его.

Я последовал за Ошино, и мы вошли в школу — все-таки оставалась возможность, хоть и маленькая, что он экзорцист и только что проник в логово своего врага.

Но он ведь и так знал, что тут прячется Киссшот.

Иначе бы не стал наугад проверять каждые развалины вокруг города.

Если он действительно был экзорцистом, то прямо сейчас мог бы просто завершить свою миссию.

Убить слабую Киссшот Ацеролаорион Хеарт андер Блейд.

Однако на врага он похож не был…

Но назвать его другом я до сих пор не мог.

—Привет, я вернулся!

Фраза эта, конечно, была лишней (как в аниме — там говорят столько ненужных слов; да к тому же я понял, что выяснить роль Ошино в одиночку не удастся). После часовой прогулки я поднялся на второй этаж. Киссшот была по-настоящему счастлива — похоже, она уже устала ждать.

М-да.

Она так и не поняла, что в ее стратегическом плане имелся маленький изъян.

Вампир сказала:

—Хм-м... Этот человек... Кажется, я его уже где-то видела...

—Так вот как ты запоминаешь помощников, — улыбнулся Ошино. — Ведь это же я показал тебе секретное место. Сердце под Лезвием, Каии-убийца-тян.

—А, точно-точно, — кивнула Киссшот.

Кхм.

Кажется, он все-таки не врал — Ошино действительно уже виделся с Киссшот.

И, похоже, действительно посоветовал ей эту школу.

—Ну?

Киссшот сразу потеряла к нему интерес — она не мешкая обратилась ко мне.

Я же говорил, не надо ждать от меня великий свершений.

—Так... Только спокойствие, ладно?

Хоть я и учился в старшей школе, у меня до сих пор был слабо развит навык ведения диалога.

Я не смог внятно объяснить, что случилось между мной и теми экзорцистами — Драматургом, Эпизодом и Палачом.

Забрать у них конечности тоже не вышло.

К тому же, меня спас Ошино.

Примерно так я все и рассказал.

Пока я говорил, Ошино занимался тем, что составлял вместе несколько парт. Что он пытался сделать? Кто бы мог подумать — это оказалась кровать.

Зачем?

Он устал?

Сила неограниченной свободы...

—Да уж.

После моего рассказа Киссшот даже не расстроилась.

Вроде бы.

Все же эта десятилетняя девочка старше меня. Она не будет делать из мухи слона.

А может она просто туго соображает.

—Незадача... Они до сих пор вместе. Я полагала, что после атаки на меня они будут охотиться по отдельности.

—Видимо, даже не подумали.

—Они хотят полностью уничтожить меня. И сейчас вполне могут это сделать. Придется принимать меры.

—Назначить за них награду?

—Хм... Вот как сейчас делают. Ясно. Мир так жесток.

Киссшот неожиданно засмеялась.

О чем она подумала?

—Никак не привыкну к этой разнице во времени…

—Болезнь настоящего туриста?

Хм.

Да. Сейчас самое время спросить то, о чем я совершенно забыл.

—Киссшот, зачем ты вообще приехала в Японию? К тому же, в эту деревню.

—Посмотреть достопримечательности.

Чего?..

—Гора Фудзи, Золотой павильон Кинкакудзи. Я их ни разу не видела, — просто сказала она.

И ведь бесстыже врала... Приехать попялиться на гору и держать на хвосте трех убийц с оружием?

К тому же в нашем маленьком городке нет ни Фудзи, ни Кинкакудзи.

Но такой открытой лжи трудно было что-либо противопоставить.

—Ты ведь не хочешь захватить Японию? — прямо спросил я.

—Хм, нет.

—Так, значит, ты не сможешь победить тех людей даже с полной силой? И когда ты меня обращала, как вообще ты предполагала сражаться?

—Я же говорила — бейся один на один.

—Но они же в команде, я не выманю их по одному. Здесь пока можно отдыхать, но ведь скоро они обнаружат это место...

—Об этом не беспокойся.

Ошино внезапно влез в разговор.

Я посмотрел в его сторону — он уже удобно разместился на своем лежаке.

Слишком свободен.

—Пока вы спали, я уже успел выставить барьер.

—Барьер?..

Вроде бы он уже говорил об этом.

Стоп, что еще за барьер?

—Что-то вроде защитного поля?

—Можно и так назвать.

Наверное, это было не совсем верным словом, но чувствуя, что объяснение может затянуться, Ошино согласился со мной.

—Это место не могут обнаружить те, кто не знает сей район достаточно хорошо.

—Так, — настороженно сказал я. — Чего вы хотите?

—Чего я хочу? — засмеялся Ошино.

Очень странно.

Сколько же ему лет?

Определенно за тридцать... Стал бы такой взрослый человек разговариваться в подобном тоне?

Ведь любой, кто разменял третий десяток, должен уже быть по-настоящему взрослым?

—Зачем вы вообще помогаете Киссшот и мне? Я вижу, что вы не враг — но и не друг.

—Вот это правильный вопрос.

Сигарета, которая все время находилась в его рту, наконец, его покинула.

Вернулась обратно в пачку.

—Как я уже говорил, я не собираюсь вам помогать. Спасать ваши жизни мне незачем. Я не друг и не враг. Я спас тебя, потому что чувствовал, что должен это сделать.

—Я не понимаю, о чем вы.

—Я хочу сохранить баланс.

Наконец-то внятные слова.

—В целом, это и есть моя работа. Я являюсь посредником между этим и тем, — продолжил он свои объяснения. — Вампиры вообще очень проблемные существа — на этой стороне они слишком сильны. Не говоря уже об убийце Каии. Но когда я услышал слова Арараги-куна, то понял, что те трое собираются подло атаковать ребенка, которым была Сердце под Лезвием, лакомый для них кусочек.

—Хватит льстить, — сказала Киссшот, выпятив грудь.

Было бы что выпячивать.

Мне не хотелось участвовать в этих комплиментах, поэтому я сменил тему.

И задал вопрос Ошино:

—Вы говорили, что мы должны повременить со знакомством. Время пришло?

—Ошино Меме. Свободный человек без определенного места жительства.

Так и сказал.

—Ну, я думаю, что имею право поучаствовать в жизни монстра, хе-хе. Я не похож на тех троих. Я не очень хорошо умею изгонять демонов.

—Не очень хорошо...

—Проще говоря, я не люблю этого.

—Вы не специалист?

—Специалист, именно поэтому я могу поддерживать баланс. Я не занимаю чью-то сторону. Я просто посредник.

Посредник?

Стоящий между этим и тем?

Что такое «это», что такое «то»?

На этой стороне люди, на той — чудовища?

А я сейчас на какой стороне?

—Чудовища, да. Теперь зови меня Каии.

—Каии...

—Этого ребенка зовут убийца Каии — знаешь, почему? Она из тех, кто может поглощать энергию из Каии. Поэтому она так известна.

На этот раз Киссшот расстроилась.

Десять лет — сложный возраст. Ошино, кажется, из него так и не вырос.

Я никак не мог привыкнуть к внешности и внутреннему содержанию Киссшот... Поэтому считал, что нужно вернуть ей обычный облик как можно скорее.

—Хватит болтать так, как будто знаешь все на свете, отродье.

Она действительно назвала его этим словом.

Если ей и правда было пятьсот лет, Киссшот, наверное, имела право его так называть.

Ну, можно было догадаться, что говорить о ней, как о ребенке было не очень уважительно со стороны Ошино.

Однако он совсем не возражал против «отродья».

—Все, как ты и сказала, Сердце под Лезвием, — сказал мужчина. — Нельзя ничего судить по слухам — независимо от того, является ли противник человеком или же нет. Но судя по вашему разговору, все более чем серьезно. Я даже представить себе не мог подобную ситуацию.

—Ничего серьезного. Все очень просто.

—Для вампира, живущего свой долгий век, может все и просто — а как насчет человека? А, Арараги-кун?

—М-м…

Ух ты.

Он уже вник в самую суть вопроса.

Для него я виделся человеком.

На этой стороне.

—Что с тобой, Арараги-кун? Ты не хочешь вернуться к человеческому облику? Или хочешь?

—Нет, я...

—Если ты хочешь стать человеком — разумеется, ты все еще человек.

Вот как.

Ошино обернулся к Киссшот:

—Кроме того, Сердце под Лезвием мне очень интересна. Ты сделала себе слугу и хочешь вернуть ему человеческий облик. Это интригует.

—А…

Это был очевидный комплимент, но Киссшот еще больше расстроилась.

—Я не имею о посредниках ни малейшего понятия — повторяю, хватит болтать о том, чего не знаешь, отродье. Ненавижу тех, кто несет всякую чушь без разбора.

—Без разбора? Это не про меня. Ты еще могла бы сказать, что я говорю все, о чем думаю. Ну ладно. Буду фильтровать свою речь, — сказал Ошино Меме, посмеиваясь со своей кровати.

Он лежал в абсолютно не внушающей уважения позе.

—Поэтому я и могу стоять посередине.

—Посередине?

Между этим и тем?

—И между теми тремя?

—Они все на одной стороне.

Ошино наклонил голову.

—Кстати, показав тебе эту школу и поставив барьер, я уже немало помог. Можно назвать это судьбой.

—Так ты будешь помогать нам?

—Я не помогаю вам. Лишь одалживаю кусочек своей силы, — сказал Ошино. — Сейчас ситуация все еще не сбалансирована — не очень выгодная позиция. Методы этих ребят мне не нравятся...

—Ты наш товарищ?

—Нет. Ни товарищ, ни враг.

Ошино ни на чьей стороне.

—Я стою на границе. Только лишь на середине. Но на самом деле действую не я. Люди сами крутятся в водовороте своих мыслей и заблуждений. Их мотивации и поступки меня не очень волнуют. Разве что я могу внести лишь некоторую корректировку.

Я взглянул на Киссшот — даже она подозрительно уставилась на Ошино.

Чего же он хочет?

—А, и еще. Все это, конечно, не бесплатно. Путешествия очень сильно бьют по кошельку. В общем — два миллиона йен.

—Два миллиона?!!

В тот момент, когда я потерял челюсть, Ошино был абсолютно спокоен.

—Я не прошу платить прямо сейчас. Но если я не получу денег — не смогу соблюсти баланс.

—Но... но...

Лишь вера.

Действительно ли я могу ему верить?

Этому бродячему парню?

Показать Киссшот это место, спасти меня от экзорцистов, поставить барьер — этого более чем достаточно, чтобы начать ему доверять.

Но как же все это странно.

—И что же ты хочешь нам предложить?

Этим и отличалась Киссшот от семнадцатилетнего меня — она мгновенно искала компромиссы.

—Ты говорил, что ты посредник, но не похоже, чтобы те трое были расположены к диалогу. К тому же, если ты никому не помогаешь, то не сможешь вернуть мои конечности.

—Даже я не пошел бы так далеко. Мой план еще не продуман.

Ошино опять сказал не то, что она ожидала.

—Хотя я бы мог это сделать. Например, просто подойти и попросить. А если они откажутся, придется использовать самые опасные методы, чтобы победить в этой игре. Благо все можно решить с помощью слов.

—Ты зовешь это игрой?..

—Но для этого нам нужно их разделить. По одному они не составят проблем — но, Сердце под Лезвием, даже ты не выстоишь против них. Надо бы что-нибудь придумать по этому поводу, — сказал Ошино. — Риск под стать проблеме. Будьте осторожны.

—Знаю. Я готова — значит, готов и мой слуга.

Говори за себя.

На самом деле я...

—Однако, отродье, как же ты будешь уговаривать их?

—Я уже сказал — просто подойду и спрошу.

Ошино болтал так, словно все мы тут шутки шутили.

Та троица даже не слушает, что им говорят.

Он убежденный пацифист?

—Детали разговора — это секрет фирмы. А потом Арараги-кун вернет Сердцу под Лезвием ее конечности. Как только она их получит — обретет полную силу, и, следовательно, Арараги-кун сможет вернуться к человеческому облику.

—Вернет ее конечности...

Как всегда мне оставили самое сложное дело.

Битва один на один — но их же было целых трое.

Драматург, Эпизод, Палач.

Два волнистых клинка, гигантский крест, голые руки.

Я сильно сомневался в своей победе.

От этого я, конечно, отказаться не мог, но мне не улыбалось опять идти к ним без мотивации или определенной стратегии.

Сегодня я слишком много думаю.

Хочу оставаться спокойным, но что-то не получается.

Это не получалось даже у Киссшот.

Фух.

Снова драться с ними — мне нужен конкретный план.

—Эй, слуга, — позвала меня вампир.

—Что, Киссшот?

—Я не знакома с человеческой валютой. Не представляю, сколько это — два миллиона йен. Оставляю это на тебя.

Я уставился на нее.

—Не волнуйся. Его умение — не пустые слова. Я видела своей дальнозоркостью, как он спас тебя. Даже если я очень слаба, все равно могу ей пользоваться.

—Но он нам даже не друг!

—Да я и не думала, что он станет нам в открытую помогать. Если бы он был врагом — со мной бы давно было покончено. У нас просто нет выбора. Раз он нейтрален — это тоже хорошо.

—Ясно.

Вот как она думает. Очень осторожна.

Если переговоры Ошино провалятся, это будет весьма неприятно.

И теперь остался лишь один вопрос.

Мужчина, который мимо проходил.

Мимо проходил...

Раз Ошино тут мимоходом — значит, все это простое совпадение?

Повстречал Киссшот, когда она нуждалась в помощи, спас меня от экзорцистов — тоже совпадение?

И даже если тут не было другого умысла, то, на мой взгляд, здесь было слишком много случайностей.

Может быть дело в этом?

Внезапные встречи, взгляд из-за кулис. А после церемонии закрытия, когда я бродил вокруг школы и встретил Ханекаву — это тоже надо отнести к совпадениям?

Если бы я не встретил ее, то не вылез бы из дома ночью, следовательно, не увидел бы Киссшот…

Сегодня я точно слишком много думаю.

А теперь судьба свела нас с этим странным человеком — и очень удачно свела.

И вот я, наконец, собрался с духом.

—У меня, конечно, нет с собой таких денег — но если вам неважно время оплаты, я согласен на эту цену.

Выбора нет.

Придется занимать деньги в таком юном возрасте — я очень бедный.

—Решились-таки. Что ж, благодарю за ваше покровительство.

Ошино выглядел очень довольным.

—И с сегодняшнего дня я буду жить здесь. Позаботьтесь обо мне. Вообще, я сам хотел занять эту школу, когда только пришел в этот город. Я показал ее вам, чтобы вы ее немного обжили — в этом районе лучших руин не найти. Чем теперь займемся?

Ошино продолжал лежать в своей развязной позе — ни я, ни Киссшот не разделяли его энтузиазма.

Время давно перевалило за полночь.

Настало 29 марта.

Если мы вели речь о следующем дне, то он уже наступил.