Том 2 · Глава 23. Город мертвецов

Ситуация вышла из-под контроля. В данный момент Уве находится посреди какого-то апокалиптического призыва, а большинство наших воинов мертвы. Альберт всё время кашляет, его тело лежит рядом со мной и Урсулой. Похоже, стрела задела его лёгкое. Я бы предложил пакт крови, но есть шансы, что он не согласится. К тому же, это раскроет моё прикрытие. Хотя… сейчас не так много причин продолжать придерживаться его.

Моё тело разбито и истекает кровью. Мне потребуются месяцы, чтобы вернуться в пригодную для боя форму. А у меня просто нет столько времени: Джахинниды сейчас толпятся под стенами, ожидая, когда установят осадные лестницы. Они добротные: с крючками на концах и сделаны из укреплённого дерева. У нас просто не хватит сил, чтобы остановить их. И наш бастион — один из немногих, продолжающих сопротивление… кажется, этот город обречён.

Когда Уве закончил своё чтение, появилось странное окно.

Что это значит? Слишком сложно, чтобы выучить сейчас, или просто недоступно для изучения монстрами? Дальнейших объяснений не последовало. Вместо этого тела наших павших воинов и наших врагов начали дёргаться. Зловещая энергия исчезла из воздуха, но сосредоточилась в мёртвых. Они возвращались, и чертовски уверен, они были недовольны! Наши враги внизу подле стен столкнулись с теми же кошмарными проблемами: уродливые чудовища начали пожирать их плоть. Это было бы не так опасно, если бы не тот факт, что каждый воин, павший под ударами нежити, вскоре присоединялся к их рядам. Эффект снежного кома.

Здесь ситуация выглядела чуть-чуть лучше. Но только чуть-чуть. Большая часть магии, казалось, сосредоточилась около Джахиннидов — мёртвые возле нас только начали пробуждаться. Они были вялыми и нерешительными. Как будто не знали, какова их цель. Однако вскоре некоторые из них столкнулись с живыми, и звуки их пира наполнили воздух. А также крики, прерываемые их бесконечным голодом.

Уве смотрел на нас. На меня. Он улыбнулся с тем же беспомощным и печальным лицом и заговорил.

—Наверное, тебе понадобится какой-то ответ, да, Саул? Почему я это делаю, почему смерть… почему Гайа позволяет мне это, верно? Если вы выживете, найдите меня в самой глубокой части дворца — я буду ждать, брат.

После этого он исчезает во вспышке чёрного света. Навык телепортации — обладать таким было бы крайне удобным. Альберт удивлённо моргнул.

—Урсула, почему старый некромант разговаривал с твоим монстром?

В нём начало расти подозрение. Всё равно уже слишком поздно. Слишком поздно, чтобы сыграть ту роль, которую я планировал играть. Я позволил Урсуле сказать ему правду.

—Саул — Тсучигумо, так что он принадлежит к расе умных пауков, и поэтому некоторые люди могут общаться с ним, но сейчас не время и не место для объяснений, верно?

Её усталое лицо отклонило любые протесты молодого человека. И в самом деле, прямо сейчас выживание было самым приоритетным.

«Урсула, возьми мальчика и собери солдат».

«Я так и сделаю, Отец. Но что с тобой?»

«Оставь меня здесь».

На мгновение она меня не поняла. И затем со злобностью начала трясти меня.

«Ч-что ты д-делаешь?» — я спросил с болью в моём разбитом теле.

«Бужу тебя от твоих заблуждений, Отец! Ты дурак? Я не брошу тебя!»

«И всё же ты должна! Ты думаешь, что у меня с такими большими ранами есть какой-то шанс сбежать вместе с вами? Вот поэтому ИДИ! СЕЙЧАС!»

Я использовал свою власть договора, но она сопротивлялась — волны боли пылали в её голове. И всё же она удерживала взгляд и смотрела прямо на меня. Она не говорила.

«Тебе нужно идти. Почему ты не можешь понять?! Это для твоего же блага!»

«Жизнь без тебя не стоит и ломаной монеты! Я не хочу быть снова брошенной, оставленной на дороге!» — её крик пронзил моё сердце. Но я знал, на что иду.

«Уходи. Ты должна. Силы, которую я дал тебе, будет достаточно», — я использовал всю свою силу воли, чтобы не позволить ей исказить мою волю.

«Я отказываюсь. Даже если ты сожжёшь мой разум до черноты — Я ОТКАЗЫВАЮСЬ!»

Энергия договора усилилась, и вскоре она даже не могла стоять. Но её вызывающие глаза прожигали мою душу.

«О, чёрт! Хорошо! Я понимаю. Ты хочешь умереть, глупый ребенок… так и быть», — неужели мужчина действительно не может победить решительную женщину, а? Я снова понял эту простую истину. Единственная проблема заключалась в том, чтобы найти путь к спасению, подходящий для нас всех.

«В любом случае, собери солдат. Каждый мёртвый будет пополнять ряды наших врагов. Постарайся также раздобыть какие-нибудь предметы для исцеления».

«Да! Я исцелю тебя прямо сейчас!»

«Тч! Не для меня, птичьи твои мозги! Для Альберта и остальных — моё тело может позаботиться о себе!» — она только кивнула, прыгая между восстающей нежитью и иногда сталкивая их со стен в ад внизу. Теперь у Джахиннидов были свои проблемы: их преимущество в количестве превратилось в одно большое проклятие.

Я думал, как справиться с нежитью, и у меня возникла идея. Почему бы мне не попытаться использовать Погружение в разум, чтобы проникнуть в их мысли и перенаправить их? Стоит попробовать. С учётом этого плана я собрал свои силы и проник в одного из ближайших зомби. Внутри я нашёл… пустоту. Отчаянные поиски хоть чего-то, чего угодно, что контролировало его движения, привели меня к яркому синему шару. Прикосновение к нему едва не исполосовало мой разум! Как холодный ожог в моём мозгу, оно наполняло меня ненавистью, безумием и голодом. Я ответил своими собственными тёплыми мыслями, и произошёл ментальный взрыв. Мертвец упал, но я тоже был не в лучшей форме. И всё это ради одного зомби? Нет, спасибо!

—Так всё время вы были умны? — тем временем Альберт решил начать небольшой разговор. — И я игнорировал свои инстинкты, свой страх — напрасно. Урсула тоже паук? — покорно спросил он, и я прошипел что-то сердитое в ответ.

—Ха, так я не из тех, с кем ты можешь свободно общаться? — он кивнул сам себе. — В любом случае, это странная ситуация. Я сижу здесь, умираю и разговариваю с пауком, — он улыбнулся. — По крайней мере, мои предки будут смеяться, когда я попаду в мир смерти.

Урсула собирала оставшихся в живых, и вскоре около десяти человек начали двигаться назад к нашему посту. К счастью, девушка пошла по пути без опасных врагов — поэтому люди, которые следовали за ней, не испытывали особых проблем с доставкой предметов снабжения.

—Господин Альберт, вы живы! — один из них закричал, и люди столпились над раненым человеком. Стрела была извлечена, а его сломанная кость — вправлена. Это позволяло ему ходить и как-то отдавать приказы. Он повернулся к нам и сказал больным голосом:

—Я действительно не могу дать приказ нести Саула, Урсула. Простите меня.

Я ответил на это. Она озвучила.

—Он говорит, что это невозможно. Люди и монстры — естественные враги, — подчинённые Альберта наморщили лбы. Почему их господин разговаривал с пауком?

—Как жаль, что вы не можете трансформироваться. Я слышал, что большая часть вашей расы могла это, — он приобрёл усталый вид.

Мой ум опустел.

Верно! У меня всё ещё была смена формы… Интересно, как это сработает, когда моё основное тело ранено? Если я правильно помню, оно принудительно превратит меня в другую форму. Могут ли мои раны быть излечены таким образом? Был только один способ проверить это!

«Урсула, скажи ему подождать немного. Возможно, я смогу преобразоваться, но цена будет высокой», — ∗вздох∗ я хорошо помню, что через несколько часов вернусь, и моя форма будет намного слабее.

«Детали: Смена формы».

«Смена формы» — изменяет ваш внешний вид и физическую форму на один из выбранных ранее. Это временное изменение, которое длится около трех часов (на текущем уровне навыка). По окончании действия заклинатель ослабляется, и его физическая сила сокращается наполовину в течении двух недель.

<Стоимость маны: 2000 Маны Тьмы

Доступные формы: 0

Записанные формы: Арахнид

Оставшийся таймер: 0 дней.>

Фу. Это в десять раз больше, чем моё нынешнее количество. Хорошо, пришло время рискнуть!

«Использование: Смена формы: форма Арахнида!»

Моё тело начало расти, кости менялись и скрипели, весь панцирь расширялся, но начали появляться странные окна.

Чёрный мана-кристалл? Оникс, из которого я сделал себе ожерелье?! Я совсем забыл о нём!

Когда информация исчезла, кристалл оникса разлетелся на маленькие, похожие на песчинки, фрагменты. Но теперь я стоял, высокий. В моей 2,5-метровой форме с чёрным панцирем и человеческим торсом, выходящим из передней части. Фиолетовые оттенки остались, и даже плоть моей гуманоидной части имела эти странные зигзагообразные татуировки, делающие её гораздо более прочной. Я не мог видеть своё лицо, но люди были явно потрясены и полны страха. Урсула излучала противоположное: гордость, любовь и преданность.

—Отец? — сказала она, и все удивлённо посмотрели на неё.

—Давно я не был в этом облике, дитя. Я почти забыл, как звучат слова, — моя улыбка напоминала улыбку бога, пробудившегося от сна. — Давай позаботимся…

—Подожди, подожди, подожди! — Альберт перебил меня. — Вы хотите сказать, что это — основная форма Тсучигумо?

Он благоговейно поднял глаза.

—Наверное, но я не видел никого из своего рода.

—Ой, простите.

—Не беспокойся. Это не твоя вина, что другие люди перебили мою расу, — я действительно не злился, но опять же — заботиться о мимике тяжело. Действительно тяжело.

—Эммм… мы благодарны вам за помощь, сир! — сказал один из пехотинцев. Я был сильным союзником и не хотел сожрать их — это было единственным, что имело значение.

—Я попробую сопроводить вас в какое-нибудь безопасное место. После этого у меня назначена встреча.

—Я присоединюсь к вам! — безрассудно прокричал Альберт.

—Нет, что ты можешь сделать с таким сломанным телом? Займи оборонительную позицию и попытайся выжить — всё, о чём я прошу. Я бы предпочёл, чтобы Урсула осталась с тобой… но знаю её упрямство.

Она рассмеялась над моими словами и послала мне поцелуй. Это Рэд или Урсула? Не могу сказать.

—Понятно. Мы спрячемся в бараках ополчения, сэр Паук! — ответил один из воинов.

—Хорошо, давайте присоединимся к бойне.

Таким образом, наша маленькая группа начала пробивать кровавый путь в рядах нежити. На стенах и рядом с ними враги, казалось, пребывали в замешательстве. Они бродили тут и там, неуверенные в своей цели. Даже простых воинов было достаточно, чтобы избавиться от них. Отрубить голову, разбить или пронзить череп — единственный способ уничтожить нежить. Мои спутники бросили свои копья, обменяв их на дубины и мечи. Простые зомби не использовали оружие и щиты для защиты — это было легко.

Но чем ближе к середине города, тем больше были вражеские орды. Они появлялись более организованно. Я опознал униформу ополченцев Йора, но они также были перемешаны Джахиннидами, которые пришли, чтобы штурмовать это место. Похоже, другие бастионы пали. Тяжёлый бой шёл за нашими спинами, а мы до сих пор не замечали. Теперь же границы размыты. Это было противостояние между живыми и мёртвыми, а не Йорцами и Джахиннидами. И теперь эти мертвецы снова вооружились своим оружием и размахивали им с одной целью — расширить свои ряды.

Во время битвы мы увидели фигуру в мантии с големом и несколько гвардейцев Йора, защищающихся от натиска. Если бы не наша помощь, они бы наверняка погибли. С практичными побуждениями я возглавил атаку, в то время как Урсула стояла на моём панцире — солдаты справа и слева закрывали фланги. Меня тревожило, что рядом с моей головой летят огненные шары, но я доверял своей дочери как никому другому. С двумя великими мечами в руках я практически косил врагов. Мои руки находились на удобном уровне — как раз достаточно низко, чтобы отрубать их головы. Всякий раз, когда мы заканчивали с очередной группой, мои спутники ликовали. Нас было не остановить.

В этот раз я рубил: только грубая сила — никакого изящества. Люди, окружённые нежитью, закричали от радости и удвоили свои усилия, чтобы присоединиться к нам. Спустя несколько минут район был очищен от врагов, и две группы смешались. Их командир двинулся вперёд, и я узнал его — это был старик Сарт! Его доспехи были в клочьях, и он тоже выглядел так, будто прошёл через ад, но, несомненно, он был жив.

—Мне всё равно, ангелы или дьяволы! Спасибо за своевременное спасение! — он рассмеялся, а затем увидел Урсулу. — Это маленькая леди! И это означает… — его голос утихает.

—Здравствуй, Сарт, как тебе моя новая форма? — спросил я его.

—Хммм… Милая. И, полагаю, сильная, — он явно нервничал. Я проигнорировал это.

—Мы собираем силы для укрепления казарм ополчения — приглашаем вас присоединиться к нам.

—Да, мы пойдем. Это лучше, чем смерть на этих улицах, — он поговорил с человеком в плаще, который только кивнул, и добавил:

—Тут Яхим говорит, что, возможно, напасть на нас не было такой уж замечательной идеей, если у нас Тсучигумо в союзниках.

—Меньше тявкать, больше двигаться.

Я приказываю прекратить дальнейшую беседу, и весь караван движется. Наш темп становится медленнее и медленнее, чем больше групп мы спасаем. Вскоре более двухсот человек и големов идут по пути к нашему последнему маяку надежды — казармам ополчения. Многих раненых воинов везут на телегах — и большинство големов используют для их перемещения. Остальные помогают нам в бою.

Когда мы приблизились, там уже шло сражение. Большую часть времени мы встречали только слабую зомбиподобную нежить, которую легко убить. Но на этот раз в рядах мёртвых оказались скелеты-воины — некоторые из них всё ещё в частях доспехов — и маг с чёрными глазами, бросающий заклинания в попытках сломать ворота. Люди отвечают, посылая в них стрелы и тыкая во врагов своими копьями. Кто-то из нежити падает, но их очень много, и они только и ждут, чтобы заполнить пробелы. Это проигранная битва… была, пока не прибыла моя маленькая армия.

—В атаку!

Это единственный приказ, который я даю, потому что каждый знает свою роль. Я двигаюсь вперёд. Урсула всё ещё на моём панцире, а големы атакуют по флангам. Трое из этих гигантов слева, но их братья, находящиеся позади, могут легко присоединиться к ним в любой момент. Между ними и мной бегут пехотинцы, размахивая мечами и дубинками. За ними продвигается вторая линия раненых солдат, добивая повреждённую, но не уничтоженную нежить. Тем временем мы сосредотачиваемся на маге и его окружении. Я пробиваюсь сквозь них, словно их доспехи сделаны из бумаги, и делаю большой размах, пытаясь разрубить его пополам. Моя атака останавливается каким-то силовым полем, искры летят повсюду. В свою очередь он начинает читать что-то на каком-то странном языке, но я не могу допустить, чтобы он закончил, так что обрушиваю следующую атаку на его защиту. На этот раз было слишком много искр, и барьер выглядит немного более прозрачным. Но это недостаточно быстро!

Поэтому я делаю то, что точно сработает. Погружаюсь в его разум! Так же, как и в прошлый раз, он синего цвета — сейчас он больше и сложнее, но, зная процедуру, я сливаюсь с ним, посылая туда свои живые мысли!

Взрыв на этот раз настолько велик, что я на время потерял зрение. Когда оно возвращается, маг падает у моих ног, его голова буквально пылает! Наши враги-нежить сразу становятся хаотичными — они всё ещё хотят попробовать мясо, но координации больше нет. Вижу, как командир казармы открывает ворота и выдвигает подкрепление.

Битва выиграна.

Мы добиваем последних из мёртвых, и два отряда воссоединяются. Лидером защитников был Филип — начальник снабжения. Он был очень доволен, когда прибыло подкрепление; его борода действительно казалась редкой, когда огненный шар сжёг её часть.

—Мы были уверены, что в этом проклятом городе нас ждёт только смерть! — он с ворчанием подвёл нас к своей старой комнате. — Ваше прибытие, сэр Альберт, было неожиданным благом!

—На самом деле это не моя армия, сэр, — Альберт прояснил этот момент. — Лучше поговори с Тсучигумо и его… дочерью.

Он всё ещё не верил в то, что она моя плоть и кровь. Потому что она не была ею, конечно.

—Вот как? — посерьёзнев, Филип повернулся и посмотрел на нас. — Проклятье, с каких пор ваша раса помогает людям?

—Отчаянные времена, отчаянные меры, — спокойно отвечаю я.

Почему все говорят о вражде с нашей расой? Я даже не знаю других представителей Тсучигумо!

—Вот как? — он всё ещё сомневается во мне. — В любом случае, нам нужен план. В Бараках есть достаточно пайков и воды, чтобы продержаться некоторое время, но нашим врагам это не нужно. Этот тупик должен быть сломан. Или мы должны покинуть эту смертельную ловушку.

—Бежать — самоубийство, — ответил Альберт.

—Почему?

—За стенами… ад. Ты знаешь, сколько воинов Джахиннидов прибыло?

—Да?

—И как ты думаешь, что произошло, когда нежить была выпущена на свободу посреди их армии?

—О, чёрт, мы обречены! — созданный им план начал рушиться. И на его месте возникло отчаяние.

—Есть шанс, — мои слова были встречены напряжённой тишиной. — Уве, тот, кто начал это безумие, сказал мне, что он будет ждать меня во дворце.

—Очевидно, это ловушка!

—Нет, я так не думаю. В любом случае, у нас есть другой выбор? — никто не ответил. — Понятно, тогда я возьму Урсулу и пойду туда. Вместе мы сможем пробиться через любых врагов.

—Нет, один ты не пойдёшь! — Альберт был непреклонен. — Здесь есть целители, дайте мне час, и я присоединюсь к вам!

Упрямый человек.

—И я подготовлю отряд, большинство людей здесь в отчаянии, но уверен, что некоторые из них будут рады пойти на смерть!

—Отряд самоубийц? — я рассмеялся. Это навевает воспоминания. — Да будет так, мы подождем во дворе.

Час прошел быстро. Я отдыхал возле своей дочери, а рядовые солдаты приходили и уходили — как будто черпали храбрость просто от моего присутствия. Некоторые более смелые люди подходили к нам и говорили. О войне. О близких. О том, что творила нежить. Я просто слушал. Это было немного, но они уходили с надеждой в своих сердцах. Не слишком ли много времени прошло с тех пор, когда я был человеком, чтобы понять, что они переживают? Можно сказать, что из-за своей силы я слишком хорошо знал, о чём они думают в тихих уголках разума. И всё же мне было интересно. Что это значит — быть человеком? Бояться и находить мужество в отчаянии?

Я поговорил с Урсулой о Гране, и она заплакала у меня на груди. Он был не очень разговорчив, но его простота и лояльность были несравненными. И я не могу забыть, как он умер, пытаясь спасти меня — существо, которое поработило его. Я пожалел, что мы не проводили много времени вместе. Разговаривали, смеялись, ели. Он переродится — кто знает, может он тоже встретит Гайю и окажется в совершенно новом мире.

Был и один необычный посетитель. Анжела, наш дорогой целитель. Или маг света. Она застенчиво смотрела на меня и на Урсулу.

—Здравствуйте.

—Привет, Анджела, — я ответил, и моя дочь повторила то же приветствие.

—Эммм… у меня к вам просьба, — она вспотела, и я заставил себя остановиться, чтобы не подсмотреть содержимое её просьбы.

—И это будет?

—Пожалуйста, не убивай Уве.

—Ты хочешь, чтобы мы НЕ убивали человека, ответственного за весь этот хаос? У тебя есть причины для этого? — ответил я, будучи немного в гневе.

—Это трудно объяснить. Уве был частью моей группы в течение долгого времени. Я всегда знала, что он несёт какое-то огромное бремя. Однажды я даже спросила его об этом. Он пробормотал что-то насчёт выбора. Я знаю, что он не плохой человек.

—Ты любишь его, — сказала Урсула с уверенностью.

—Да, я люблю его, — кивнула Анжела. — Он нежный человек. Сердечный человек. И маг, который много раз спасал мне жизнь. Как я могла не влюбиться в него? — она рассмеялась. — Но должна быть причина, по которой он совершил такое тяжкое преступление — некромантию. Если вы не можете позволить ему жить… можете ли вы просто поговорить с ним?

—В любом случае, у меня тоже были вопросы к нему, — мой кивок сделал её счастливой.

—Ты рассказала ему? — спросила Урсула.

—О моих чувствах? Нет, и теперь я сожалею об этом. Меня не отправят с тобой. Целитель бесценен в данный момент, поэтому, пожалуйста, по крайней мере, спроси его. Он был благородным человеком…

Она успокоилась, вспоминая.

—Я сделаю это. Хм, наши спутники прибыли.

Около тридцати человек в полном вооружении вошли во двор. Все они чувствовали себя ветеранами. И руководил ими Альберт — теперь полностью исцелённый. Ну, не совсем, потому что боль всё ещё оставалась. Однако его тело было в хорошей форме. Ценой такого быстрого исцеления была травма, которую невозможно будет исцелить. Эта гложущая боль пробуждает тебя каждое утро. Откуда я знаю? Ум Анжелы теперь как открытая книга — она смотрит на молодого Альберта и плачет. Он никогда не будет прежним.

—Мы готовы — Саул, Урсула.

С лёгким поклоном человек движется вперёд, его лицо скрыто под шлемом. Но я знаю, что лицо Альберта искажено в агонии. Однако я ничего не говорю. Есть вещи, которые человек должен преодолеть сам.

—Пойдёмте, дворец ждёт.

Ворота открываются, и наша маленькая группа движется вперёд.

Наше путешествие проходило без приключений. Конечно, несколько групп нежити атаковало нас, но явное превосходство моих солдат рассекало их, как нож масло. В основном мы встречаем только безмозглую нежить: зомби, скелетов. Некоторые из них до сих пор несут своё оружие и доспехи, но они не представляют большой угрозы. Даже тогда, когда они превосходят нас в отношении три к одному. Легко.

Вскоре мы подошли к ступеням дворца. Это внушительное здание, сделанное из серых камней и выглядящее так, словно оно вырезано прямо в камне. Высокие башни с видом на весь город, и единственный путь туда — через подъёмный мост. К счастью, он опущен. Но нас встречают. Нежить, облачённая в доспехи и владеющая большими топорами. И мечами. Ведёт их некто в полной броне, с башенным щитом и большим тесаком. Несколько стрел всё ещё торчат из его тела, показывая, что он умер не так давно. Он поднимает своё забрало, и мы задыхаемся.

—Тураб?! — Альберт чрезвычайно потрясён. Его любимый дядя превратился в эту мерзость… Что хуже, нежить заговорила.

—Пожалуйста, убей меня! — его крик оглушает нас — особенно потому, что прямо сейчас он начал наступать со своими подчинёнными. — Освободи меня от этого безумия!

Начинается наше первое настоящее сражение.