Том 1 · Глава 9. "А ловко ты это придумал..."

Нельзя не сказать, что наша система образования довольно сильно ориентирована на художественную литературу.

С начальной школы я постоянно отдавал найденные кошельки полицейским. В средней школе, обладая уже определёнными знаниями, я приобрёл больше возможностей и начал помогать пожилым женщинам переходить дорогу.

В старшей школе мне приходилось изображать из себя старого мудреца, писать тексты, наполненные глубокомысленной философией, основываясь на бесчисленных картинах, иероглифах и материалах, которые даже я на самом деле не мог понять.

Например, сейчас фэнтезийная литература стала новой движущей силой в мире веб-романов, что во многом связано с системой образования, через которую мы прошли.

Её появление также положило конец эпохе популярности ранобэ в фантастической литературе. Эти истории о попадании в другой мир с созданием гарема, о путешествиях в будущее с созданием гарема, о переселении на другую планету с созданием гарема… Все они были написаны очень хорошо, и мне они нравились.

Кто что не понял. Фантастика и фентези разные жанры.

Фантастика опирается на научные гипотезы, рациональное осмысление будущего и технологические прорывы. В таких произведениях описаны нереальные события, ставшие следствием научного и технического прогресса.

Фэнтези, напротив, обращается к магии и архетипам, уходя корнями в мифы и легенды. Этот жанр описывает миры, где магия является основной движущей силой, а герои — носителями вечных человеческих ценностей.

А ещё есть жанр, где мальчик-фантазёр превращается в девочку и подробно описывает свою новую жизнь. Это невероятно креативно.

Честно говоря, у меня тоже были подобные фантазии. Однако в моём воображении это было нечто иное: если бы любой парень, который хотел бы стать девушкой, мог действительно ею стать, то проблема гендерного дисбаланса в нашей стране значительно сократилась бы.

Так или иначе, в будущем мне всё равно предстоит пройти чрезвычайно трудный и тернистый путь, прежде чем я смогу найти девушку и завести потомство. Если бы этот гендерный дисбаланс уменьшился, у меня было бы больше шансов найти достойную спутницу и оставить после себя ещё более выдающееся поколение.

Стоя перед учителем Ли Чжэ, я очень хотел рассказать ему правду, но, как правило, реальность бывает жестока – наверняка он бы мне просто не поверил.

К счастью, у меня за спиной не малое количество прочитанных романов, откуда я усвоил достаточно информации, чтобы выдумать историю, которая звучала бы правдоподобно, логично и при этом полностью снимала с меня любую ответственность.

Я прочистил горло, облизнул губы и начал говорить чётко и уверенно:

—Учитель, на самом деле, всё обстоит вот как. Я и Цзян Муцин дружим с самого детства… Нет, мы были как брат и сестра, выросли вместе. Недавно её отец потерпел неудачу в бизнесе и занял у моего отца крупную сумму денег. Однако, когда пришло время возвращать долг, он всё тянул и не отдавал. Отношения между нашими семьями начали портиться. Мой отец взял в руки палку… Нет, не палку, а долговую расписку и отправился к ним домой требовать долг. Однако они продолжали уклоняться от возврата. Терпение лопнуло, и у отца не осталось выбора — он решил подать на них в суд. Но так как в то время у меня с Цзян Муцин всё ещё были хорошие отношения, она пришла ко мне и попросила помочь им. Их семья действительно не могла выплатить долг, и ей хотелось получить хоть небольшую отсрочку. Она умоляла меня убедить моего отца немного подождать, иначе, если он подаст на них в суд, их дом, машина и всё имущество будут изъяты. Из уважения к нашей чистой дружбе я решился обратиться к отцу с просьбой. Но он ответил, что если я ещё раз попрошу за неё, то он переломает мне ноги. Ради спасения собственных ног мне не оставалось ничего, кроме как проститься с нашей некогда чистой дружбой. С тяжёлым сердцем и слезами на глазах я отказал Цзян Муцин. В тот самый день, когда проходил отчетный доклад, как раз и настал момент, когда их дом и машина были конфискованы. Она была крайне взволнована, и когда увидела меня со сцены, то восприняла как злейшего врага. Она не колебалась ни секунды — тут же ринулась в бой. Но поскольку перед нами были все учителя и одноклассники, мы, разумеется, не могли устраивать скандал прямо в актовом зале. Нам не оставалось ничего другого, кроме как выйти наружу и выяснить отношения там. Так как она всё же девушка, мы не дрались, а лишь спорили на словах, обсуждая факты и справедливость. Но в итоге она пришла в бешенство, не только накричала на меня, но даже пару раз ударила. Но я, человек принципов и справедливости, выбрал закон как своё оружие. В итоге я сумел убедить её в своей правоте, и, осознав свою ошибку, она в слезах вернулась домой.

Я говорил так долго, что у меня пересохло в горле. Глотнув слюну, я залпом осушил свою кружку гречишного чая.

Учитель Ли слушал с явным увлечением. Когда я внезапно замолчал, он, будто очнувшись, поспешно схватил чайник и налил мне ещё.

Я посмотрел на него. Хотя он и слушал очень внимательно, выражение его лица было все еще непонятным – похоже, он сомневался в моих словах.

Так дело не пойдёт. Похоже, пора применить козырь.

—Учитель, взгляните на отпечатки пальцев у меня на лице! Это всё из-за неё! Чуть было не оторвала мне все щеки! — я наклонил голову, чтобы он мог лучше разглядеть кровоподтёки.

—Хм… действительно есть… — Учитель Ли внимательно осмотрел моё лицо.

Но почему он всё равно выглядит так, словно не до конца верит мне? Это же совершенно логичная история, к тому же у меня есть доказательства! Раз так, придётся нагромоздить ещё больше деталей.

—Учитель, у меня по всему телу синяки от её ударов! Хотите посмотреть? Я могу снять рубашку прямо здесь! — с выражением глубокой обиды я потянулся к воротнику.

На самом деле, у меня не было никаких синяков, но я был уверен, что учитель Ли не позволит мне раздеваться прямо у него в кабинете.

—Ладно, не нужно, я тебе верю, — наконец сказал он, выдав выражение понимания.

Но затем он нахмурился и добавил:

—Однако почему, пройдя через твой рассказ, мне кажется она такой преувеличенной? Сначала я даже подумал, что ты исполняешь какую-то роль... Очень эффектно получилось.

Учитель Ли выглядел так, будто сам не знал, смеяться ему или плакать.

—Еще, почему ты сегодня искал её? Разве вы не стали врагами? — учитель Ли снова нашёл подозрительный момент.

Не зря он был опытным педагогом и наставником десятых классов – каждую деталь он продумывал до конца. Но и я был не так прост.

—В конце концов, наши отцы были давними друзьями. Увидев, в каком бедственном положении оказалась их семья, мой отец решил помочь — дать немного денег, чтобы они могли выкупить дом у банка. Хоть какое-то жильё им необходимо. Наша семья не настолько бессердечна. Отец попросил меня передать это Цзян Муцин, ведь её отец категорически отказался с ним встречаться, — я слегка вздохнул и постарался придать лицу сочувственное выражение.

—Вот как… Ваша семья действительно великодушна. Да, нельзя быть слишком жестоким при взыскании долгов, — учитель Ли полностью одобрил такой подход.

—Но, учитель… Кажется, что ее сегодня нет в классе. Она не пришла? — после долгого обходного пути я наконец подобрался к главному вопросу.

—Нет… Дело в том, что… — на лице учителя Ли появилось беспокойство. — Возможно, из-за сложной финансовой ситуации она сейчас не в лучшем состоянии. С тех пор как прошло то собрание, она больше не приходила в школу, болела несколько дней, даже пропустила субботние подготовительные курсы и воскресную тренировку. Если так продолжится, боюсь, она не успеет догнать программу класса «А», — он явно был обеспокоен ее состоянием.

“Неужели она действительно умерла, а школа ещё не в курсе?!”

—Она звонила в школу? — осторожно спросил я.

—Сегодня утром она позвонила и попросила разрешение не приходить на занятия, — после небольшого раздумья ответил учитель Ли.

—Правда?! — я вскочил с места от радости.

Раз она звонила утром, значит, труп, найденный в озере парка Жэньминь в субботу, точно не её. Какое облегчение!

—В чём дело? — учитель Ли посмотрел на меня с подозрением.

—Нет, ничего, — я быстро взял себя в руки. — Учитель, могли бы вы дать мне её адрес? Я хочу зайти к ней после уроков и объяснить всё.

Надо удостовериться лично, иначе я не смогу успокоиться.

—Разве твоя семья не близка с её семьёй? Почему же ты не знаешь её адрес? — глаза учителя Ли вспыхнули — кажется, он наконец-то нашёл слабое место в моём рассказе.

Учитель Ли действительно был тем ещё дотошным типом. Если бы на моём месте оказался обычный ученик с хрупкой психикой, он бы точно не выдержал такого допроса.

—Учитель, ведь дом Цзян Муцин уже конфисковали, а на улице они жить не могли, так что, наверное, сняли новое жильё. Две семьи теперь враждуют, откуда же мне знать их новый адрес?

—Вот оно что… Ладно, через минуту я скажу тебе её адрес. Когда пойдёшь к ней, передай ей привет от меня, постарайся её поддержать. Сейчас она больна, да ещё и в подавленном состоянии, и во многом это связано с долгами её семьи. Если уж долг почти выплачен, лучше оставить их в покое, в конце концов, ей и так несладко, — наконец-то учитель Ли поверил мне окончательно, а заодно решил дать пару наставлений.

—Ах да, вот её экзаменационные работы и сборник упражнений за последние несколько дней. Отнеси их ей после уроков, — добавил он, не забыв о священном долге учащегося — выполнять домашку, даже в болезни.

—Хорошо, спасибо, учитель, — ответил я, принимая стопку тетрадей.