Том 1 · Глава 15. Карл Шувальд (Июнь 2001; Мюнхен)

Карл Шувальд, являющийся студентом экономического факультета имени Фридриха Эммануэля при Мюнхенском университете, сменил фамилию три года назад и на момент поступления именовался Ньюманном. Обретение им статуса будущего наследника руководителя крупнейшего концерна Баварии, Ганса Шувальда, стало горячей темой для обсуждения в финансовом мире ЕС, а средства массовой информации приложили немало усилий, пытаясь выяснить, является ли он приёмным ребёнком или внебрачным сыном знаменитого «Баварского вампира». В конечном итоге истина осталась известна лишь близким ему людям, ни один из которых открыто не признал какую-либо из выдвинутых версий заслуживающей доверия. Будучи осведомлённым об этом, к своим шансам на интервью с Карлом я относился довольно скептически, а посему, в отличие от случая с инспектором Лунге, выказал желание узнать побольше о Йохане напрямую. К моему удивлению, его ответом было «да».

Он пригласил меня в резиденцию Шувальда, расположенную в северо-западном округе Мюнхена, поблизости от дворца Нимфенбург. Старинное здание, казалось прибывшее напрямую из Англии викторианской эпохи, было подвергнуто тщательной реставрации и ныне утратило шик, сохранив при этом флер элегантности.

Сам Карл Шувальд оказался юношей с чёрными жёсткими кудрявыми волосами, не красавцем, но обладателем открытого и интеллигентного лица. Являясь сыном сказочно богатого человека, он, тем не менее, был одет в простую голубую рубашку с джинсами и внешне ничем не отличался от обычного представителя плеяды вечно голодных студентов. При рукопожатии он внимательно посмотрел мне прямо в глаза, будто пытаясь выяснить, так же ли я честен и ответственен за свои предыдущие высказывания, как он сам. В полном соответствии с моими ожиданиями, Ганс Шувальд находился вне поля нашего зрения, и это обстоятельство заставило меня почувствовать толику разочарования вкупе с немалой долей облегчения.

—Просто в качестве уточнения, вы ведь встречались с Йоханом, верно?

«Да. Он был моим другом. Я доверял ему, как никому другому. Если бы я только мог спросить его... почему он так поступил со мной и моим отцом...».

—Вы были... нет, до сих пор остаётесь предметом активного обсуждения. Что заставило вас проявить благосклонность в ответ на моё предложение провести интервью?

«Главной темой для большинства подобных просьб служит вопрос о нашей с отцом родственной связи. Вы лишь второй или третий по счёту журналист, намеревающийся разузнать о Йохане. Ещё год назад я ответил бы вам отказом, но сейчас чувствую, что смогу поддержать эту тему».

—После того, как дело Йохана получило огласку, все СМИ, в стремлении докопаться до истины, бросились на поиски информации, проливающей свет на подробности случившегося, но большинство персон, так или иначе в него вовлечённых, отказались давать показания. Тогда по всему миру поползли слухи о существовании некой великой тайны, скрывающейся за фасадом истории. Почему вы посчитали возможным поведать об этом сейчас?

«Причиной, по которой они решили молчать, является страх».

—Страх? Но ведь Йохан, согласно заявлениям, по-прежнему находится в глубокой коме, буквально двух шагах от смерти...