Том 1 · Глава 12. Иероглиф «река»

Это история с тех времён, когда мне было десять.

Тогда в отношении себя я ещё использовал более детское местоимение.

Миу я звал Миу-тян.

А Аяко-сан мама Аяко.

События десятилетней давности...

С тех пор, как я мылся вместе с мамой Аяко, прошло около недели.

—... Похоже Миу-тян уснула, — как можно тише проговорил я рядом со спящей девочкой.

—Похоже на то, — так же тихо ответила мама Аяко.

Сегодня меня пригласила пятилетняя Миу-тян поиграть дома у семьи Катсураги.

Место... Детская комната на втором этаже.

Мы играли втроём, и вот Миу-тян начала клевать носом.

Она уже в том возрасте, когда хочется поспать во вторую половину дня.

Вначале она всё упиралась: «Давайте дальше играть!» — но мама Аяко умело уговорила её, и девочка легла спать.

—Прости, Таккун. Сегодня выходной, а тебе приходится играть с Миу, — сказала она, пока я прибирал игрушки.

—Нет, всё в порядке. Планов у меня всё равно не было.

—Но... Ты ведь мальчик, и тебе наверняка было бы веселее с одногодками, чем с маленькой девочкой вроде Миу.

—Мне весело играть с Миу-тян.

—Правда? Ты ведь не пытаешься вежливым быть?

—Не пытаюсь. Я рад, что меня пригласили. Ведь... Дома у Миу-тян...

—... М?

—Н-ничего!

Опасно! Я чуть не сказал: «Я могу увидеться с мамой Аяко».

Я не соврал, когда сказал, что мне весело играть с Миу-тян. Она мне как младшая сестрёнка.

Но...

Больше всего я радуюсь тому, что могу увидеться с мамой Аяко. Я счастлив просто потому, что могу видеть её, я горд тем, что играя с Миу-тян, немного помогаю маме Аяко.

Ведь я очень люблю маму Аяко...

—В-в общем всё нормально. Можете звать в любое время. Ведь я очень люблю Миу-тян.

—Хи-хи. Какая Миу счастливая. Рядом с ней живёт такой замечательный старший брат, — мама Аяко счастливо улыбнулась.

Слава богу. Она не заметила мои чувства.

Если бы узнала сейчас... Ничего хорошего точно не вышло бы.

Если ребёнок вроде меня признается ей в любви, только озадачит. Потому признаюсь, когда стану большим.

Так я решил для себя.

—Отлично.

Мама Аяко принесла ещё один футон из соседней комнаты и стала стелить рядом с Миу-тян.

—А? Это зачем?

—М. Я тоже решила немного вздремнуть. Я вчера допоздна работала. Всё же работать из дома тяжело. Если не будешь сам время контролировать, так до ночи и засидишься.

Похоже она собралась лечь рядом с Миу-тян.

А значит... Мне пора идти.

Странно ведь, если они спать будут, а я по дому слоняться.

—Ладно, мама Аяко, отдыхай. А я пойду, дверь на замок закрою...

—А? Таккун, ты уже уходишь? — удивлённо спросила она.

—... А? Так ведь раз вы спать собрались, мне наверное домой стоит пойти... — ответил я, а она вначале выглядела озадаченной, а потом сказала так, будто это само собой разумеющееся:

—А с нами не ляжешь?

—А, мама Аяко!..

—М? Что?

—Я-я не против поспать. Тоже слегка сонный, и время как раз подходящее... Но... Почему мы должны вместе лечь? — говорил я под одеялом.

Обращаясь к лежавшей рядом женщине.

Да. Я лежал на одном футоне с мамой Аяко. Своей силой взрослой она перетащила меня, и мы теперь лежали вместе.

У... Б-близко!

Тело мамы Аяко очень близко!

И... Я касался её тут и там!

—Я только эти два могла быстро приготовить. Потому нам остаётся только спать вместе.

—Т-тогда... Я с Миу-тян лягу. А ты можешь спокойно одна лечь...

—Нет. Вдруг... Миу проснётся? — спросила мама Аяко.

Причём очень серьёзно.

—Когда у тебя будут свои дети, поймёшь... Уложить ребёнка спать днём — это бонусное время.

—Б-бонусное время...

—Возможность перевести дыхание в весёлые и неспокойные дни... Потому, Таккун, прошу, очень прошу, не разбуди Миу.

—П-понял...

Когда она так просит, я могу лишь согласиться. Это был крик души той, кто уже прошла через воспитание ребёнка.

Я решил ничего не говорить и тихо лежать с мамой Аяко... Но... У-у!..

—Хи-хи. Йей.

—Хья.

Она обняла меня со спины, и я издал странный звук.

—Ва. Ты такой тёплый, Таккун.

—П-прекрати. Мама Аяко, мне стыдно!..

—Подумаешь. Будем спать, прижимаясь.

Я сопротивлялся, но оказался в объятиях мамы Аяко. Она крепко прижалась ко мне. Спиной... Скорее всего я ощущал грудь. Я сразу же вспомнил голую маму Аяко в ванной, и моя голова была готова закипеть.

—Таккун, тебе не нравится, что я тебя обнимаю?

—Н-не то, чтобы не нравится.

—Тогда можно.

—Ва... Н-не надо, мама Аяко...

—Ах, как же хорошо. Так успокаивающе...

—Я-я не подушка-обнимашка... Мама Аяко... А? Ч-что? Мама Аяко?..

—... Су.

Я извернулся и посмотрел, что позади, и увидел, что мама Аяко уснула.

—А, а...

Уснула? В такой момент?

Обнимая меня!

Прижимаясь к спине грудью!

—У, у-у...

Я просто застыл как каменный в объятиях мягкого тела мамы Аяко.

В итоге легли спать в форме иероглифа «река».

Пока не проснулась Миу-тян... Я так и лежал, не способный успокоиться.

Примечание:

Данная глава является экстрой к первому тому манги.