Том 5 · Глава 191. Трио двести пятьдесят

"Станут растениями? Иначе говоря, снова превратятся в обычные овощи?"

—Тогда, может, нам стоит напомнить им об этом?

—Юй Яо, когда кто-то встает на путь совершенствования, единственное, чего ему следует избегать, — это неустойчивое сердце Дао. В первую очередь им не хватает решимости для совершенствования в путях Дао, поэтому они и не смогли преодолеть искушение Живой Почвой, даже ценой возвращения к своим первоначальным формам. Даже если ты силой вытащишь их оттуда сегодня, их сердца так и останутся слабыми, и они все равно в будущем вернутся сюда.

—... — Чжу Яо снова посмотрела вниз и вздохнула. Впрочем, ей было немного любопытно, с чего это гриб не проявил ни малейшего интереса к Живой Почве. Может быть, благодаря высокому уровню духовного развития, он уже подавил свои естественные инстинкты?

—Мушмуш, почему ты не остался с ними?

Гриб наклонил голову и с отвращением бросил взгляд вниз.

—Это такое грязное место, зачем мне там жить? Как это место может быть лучше моего дома? Почва там нежная и мягкая, а сверху ее даже прикрывает огромное дерево.

Хорошо, он был домоседом.

—Не волнуйся, дух камня. Как только ты достигнешь своей цели, мы вернемся. Я даже могу позволить тебе остаться у меня дома, — гриб уверенно похлопал себя по груди. — И я не буду презирать тебя.

—Ты же не можешь иметь в виду то ущелье, верно? — знаешь ли, это она презирала его.

—Именно его! — с серьезным выражением лица ответил гриб. — Не может быть, чтобы ты забыла об нем, так? Мы ведь раньше спали там вместе.

—Кто спал с тобой раньше? — "Эй, объясняй четко. А то другие, знаешь ли, не так поймут".

—Босс, вы... вы вместе... — как и ожидалось, Гудан, который тихо подслушивал сбоку их разговор, стоял, переводя взгляд с нее на Мушмуша и обратно, взад и вперед, а на его лице был написан шок. Мгновение спустя, как будто он смирился с этой реальностью, Гудан с крайне почтительным видом поклонился грибу, уважительно обратившись к нему: — Зятек!

"Черт возьми!" Чжу Яо мгновенно спихнула Гудана с лестницы.

—Сестра твоя зятек! — "Почему ты выбалтываешь все, что взбредет тебе в голову?"

"Мастер, позвольте мне объяснить. И прошу, прекратите испускать холодную ауру в области моего божественного чувства, я вот-вот замерзну до смерти".

Ведущая к Божественности Лестница оказалась на удивление длинной. Чжу Яо неотчетливо чувствовала, что лестница наверху наполнена божественной энергией, и чем выше они поднимались, тем плотнее становилась эта божественная энергия. Когда они поднялись примерно на пятьсот ступеней, внезапно появился густой туман. Туман был настолько плотным, что даже кролика с лаской, которые шли всего на шаг впереди, больше невозможно было увидеть.

Похоже, на этой лестнице их проверяли не только божественной энергией, но и испытывали формациями. Эта формация была обычной запутывающей формацией, и в ней не было ничего особенного. Даже люди с минимальными знаниями о ней легко могли смотреть сквозь нее. Вот только духовные монстры ничего об этом не знали.

Мушмуш и Гудан уже взмокли от пота, каждый шаг давался им с невероятным трудом. Так что Чжу Яо оставалось только время от времени останавливаться, чтобы подождать их и не дать им потеряться в этих запутывающих формациях.

Глядя на эту лестницу, казалось, что ей конца и края не будет. И чем выше они поднимались, тем плотнее становилась божественная энергия и тем большему давлению им приходилось противостоять. Однако можно было с легкостью выйти из испытания, достаточно было всего лишь сойти с лестницы. Чжу Яо беспокоилась, она не знала, как высоко они должны были подняться, чтобы им зачли прохождение этого испытания. Поэтому у нее не было другого выбора, кроме как тащить за собой Мушмуша и Гудана, заставляя их взобраться как можно выше.

Достигнув двухсотого уровня, Мушмуш и Гудан, не выдержав давления, тяжело дыша, рухнули на ступеньки. Чжу Яо пришлось заставить их медитировать и поглощать божественную энергию для восстановления их жизненной силы. После этого они продолжили подниматься.

Таким образом, то продолжая идти, то останавливаясь, они поднимались все выше. Чжу Яо уже не знала, сколько дней прошло, и даже потеряла счет ступеням, на которые они поднялись. Правда за время, проведенное ею на лестнице вместе с этими двумя, она чувствовала, что ее собственное духовное развитие продвинулось вперед. С ранней стадии Глубокого Божества она поднялась до средней стадии.

Мушмуш и Гудан наконец достигли предела своих возможностей и больше не могли и шагу ступить. Поэтому у них не оставалось иного выбора, кроме как вместе сойти с лестницы.

Пейзаж тут же изменился, а густой туман мгновенно рассеялся. Перед ними предстали голубое небо и цветущие земли. Парящие пагоды заполонили небо, каждая из них была сделана из золотых кирпичей и нефритовых плиток, сияющих ослепительным светом. Все эти пагоды, кроме самой большой в центре, словно плавали в воздухе. Время от времени они меняли свое положение, как будто их перемещали формации. Внизу было целое море, образованное слоями радужных облаков.

Это был настоящий рай.

Чжу Яо молча зажгла свечку для Божественного Дворца Молнии. Она не могла не передать свой голос, чтобы спросить:

—Мастер, наш Божественный Дворец Молнии на самом деле очень беден, верно?

Юй Янь:

—...

—Вы прошли испытание, — на этот раз их встречало стоящее в небе Божество Земли, находящееся на поздней стадии. Он с удовлетворением оглядел всех троих. Изначально им было достаточно подняться на двести уровней, чтобы пройти испытание. Редко можно было увидеть духов, которые поднялись бы еще на пятьдесят уровней. — Поздравляю. Вы поднялись в общей сложности на двести пятьдесят божественных уровней, это самое большое достижение среди всех, кто здесь присутствует.

Даже дух ласки, который оказался здесь раньше них, оглянулся и с завистью заметил:

—Я осилил только на двести тридцать шесть уровней, а вы на самом деле поднялись на двести пятьдесят. Невероятно.

Уголок губ Чжу Яо дернулся. Почему она чувствовала, что это число было немного странным(1)?

При этом Гудан просто не мог не добавить, приняв самодовольный и взволнованный вид:

—Босс, ты слышала? Мы прошли двести пятьдесят. Каждый из нас двести пятьдесят.

Подняв руку, Чжу Яо безжалостно отвесила ему подзатыльник. "Сам ты двести пятьдесят. Вся твоя семья состоит из двухсот пятидесяти".

1. Двести пятьдесят (二百五) - на самом деле в китайском это оскорбление, означающее "глупец" или "простофиля".