Том 1 · Глава 274. Коллекционер проклятых предметов

—Что ты делаешь?! — Ветеринар стал слишком слаб, чтобы сопротивляться. Человек, стоявший над ним, был хитрее любого призрака. Ветеринар не удивился бы, если бы его бросили на растерзание демонам.

—Пожалуйста, не убивай меня. Я останусь с тобой, чтобы помогать...

—Ты знаешь откуда взялись те тушки животных?

—Это жертвы монстра. Я слишком сильно люблю животных, чтобы мучить их...

—Как думаешь, монстр действительно способен вскрыть брюхо и ровно заштопать его хирургической иглой? Интересно, откуда у него столько опыта? — Вопрос Хань Фэя поставил ветеринара в тупик.

—Я невероятно добрый человек, поэтому никогда не причиню вреда невинному. Так как это касается только вас и вашего “творения”, то вы можете обсудить это между собой. — Хань Фэй открыл ветеринару татуировку призрака. Когда тот привлек внимание Девяти жизней, Хань Фэй начал простую тренировку с котёнком, используя ветеринара в качестве рычага воздействия. Самое главное, что он должен был привить котенку, было то, что, пока Девять жизней не причинят вреда Хань Фэю, тот поможет отомстить. Ветеринар, вероятно, не ожидал, что в конечном итоге станет игрушкой для кота. Не без "помощи" ветеринара Девять жизней наконец-то научился подчиняться простым приказам, но благосклонность твёрдо оставалась на уровне нуля. Смотря на котенка, который похорошел в глазах Хань Фэя, он схватил трясущуюся душу ветеринара и вздохнул:

‘Из-за этого люди предпочитают заводить домашних животных? Это здорово снимает стресс.’

Прошло 10 минут, а царственный нрав кота не изменился. В конце концов, Хань Фэй отправил ветеринара в татуировку призрака. Когда Девять жизней поглотил своего мучителя, лояльность, наконец, увеличилась на 1 пункт. В то же время пришло ещё одно системное оповещение.

Это было задание, которое Хань Фэй получил до того, как отправился в Скотный переулок. Наконец, оно завершено.

‘Я чуть не расстался с жизнью, просто исследуя эту улицу’. В других играх простые игроки уже покинули бы деревню новичков, но Хань Фэй до сих пор бродил по первой точке появления, а его уровень был лишь 11-ый. Он понятия не имел с какой скоростью продвигается.

Посмотрев на карту, стало видно, как из бесконечной тьмы вышла пара тусклых огоньков. Если не всматриваться, то можно пропустить их. Только увеличив карту до максимума, Хань Фэй смог найти своё местоположение. Все здания, которые он посетил, соединялись вместе, образуя светящуюся линию длиной примерно в палец.

‘Насколько же огромен загадочный мир? Не думаю, что смогу изучить его за всю свою жизнь.’

Карта, наполненная тьмой, мягко говоря, ввергает в отчаяние. Хань Фэй тихо вздохнул. Он решил переключиться, поэтому нажал на сундук исследователя.

Это был первый раз, когда Хань Фэй столкнулся с подобным умением. Оно оказалось чрезвычайно полезным.

‘Деньги здесь ничего не стоят, непонятно откуда полученная еда ничем не отличается от яда, оружие неплохо, но я уже получил свой нож. Что мне сейчас действительно нужно, так это проклятые предметы.’ Если бы Хань Фэй не планировал исследовать Зиккурат, то он мог бы собрать большую группу духов. Однако, поскольку все появятся в случайных местах, это бессмысленно. Однако проклятые предметы не подпадали под такое ограничение. Немного поразмыслив, Хань Фэй выбрал проклятые предметы в качестве составляющих коллекции.

Хань Фэй только получил этот пассивный навык, а тот уже окупился.

—Здесь всё ещё остались проклятые предметы? Хань Фэй и соседи обыскали всё, прежде чем их взгляду устремились к запертому в клетке мужчине. Красные цепи, сковывавшие того, оказались тем проклятым предметом, который они искали.

—Открой клетку. Мужчина не важен, но будьте осторожны, не повредите цепи. — Соседи Хань Фэя обездвижили духа, чтобы нанести последний удар. Покойся с миром, легко пронзил тело мужчины. Из-за непомерных грехов лезвие рассекло его грудь как масло. Дух застонал от боли. Рана на его теле появилась вместе с татуировкой в форме бабочки. Из зияющей раны потекла чёрная кровь, а затем на землю упал разорванный кокон.

—Кокон? Хань Фэй уже давно не видел их, но помнил, что у большинства посторонних, контролируемых Бабочкой, внутри был спрятан этот кокон. Они нужны Бабочке, чтобы контролировать чужаков, да и самим коконам удобно жить в телах. Разорванная оболочка покрылась липкой кровью. Странная личинка внутри слабо зашевелилась, она была на грани смерти. Хань Фэй не обращал на неё никакого внимания до тех пор, пока духи мёртвых животных, казалось, не были привлечены этим странным червём. Все они хотели попасть в тело червя, словно так могли найти спасение. У червяка, достатого из кокона, не было красивых крыльев бабочки, вместо них он был покрыт ранами. Личинка не могла выдержать ауру такого количества духов зверей, она вертелась пару секунд, прежде чем полностью затихла.

‘Бабочка использует человеческие коконы для управления духами. Коконы питаются плотью и человечностью. Чем многограннее их хозяин, тем красивее бабочки родятся из трупа.’ Хань Фэй достал из инвентаря человеческий кокон, который он нашел ранее. Маленький человеческий кокон отлично питался. Кожа стала почти прозрачной, а существо внутри вот-вот должно было родиться.

—Что произойдет, если я начну кормить его не человечностью, а сущностью животных?

Хань Фэю всё равно не нужен был человеческий кокон. После минутного колебания он собрал лужу крови в братской могиле под зоомагазином и поместил в неё зрелый кокон. Поначалу никаких изменений не было, но постепенно на поверхности появились кровавые полосы по мере того, как тот всасывал кровь животных вокруг себя. Хань Фэй кинул сшитые вместе тела животных в лужу крови. Духи, оставшиеся там выли и ревели. Когда кокон насытился, оставшиеся духи, казалось, почувствовали надежду и устремились к нему!

Лужа крови вскоре наполнилась духами животных, все они хлынули к человеческому кокону.

—Что происходит?

Человеческий кокон должен насыщаться только человечностью, но, когда он наполнился бесконечными душами животных, червь внутри начал мутировать. Человеческий кокон, который первоначально был шириной всего в большой палец, вырос. Алая кровь смыла прекрасный узор, осталось только безумие с запёкшейся кровью. Высосав всю кровь досуха, человеческий кокон начал трескаться.

Хань Фэй и соседи напряжённо стояли, вглядываясь вглубь ямы. С треском кокон лопнул, но наружу высвободилась не бабочка, а странное насекомое, покрытое шипами, с двумя рогами на голове. Оно выглядело довольно свирепо. Соседи посмотрели друг на друга, прежде чем повернуться к Хань Фэю. Тот тоже оказался сбит с толку. Почему кокон бабочки мог породить что-то подобное?

Система могла идентифицировать что-то, только если Хань Фэй дотрагивался до этого. Но, увидев шипы на насекомом, Хань Фэй не осмелился подойти слишком близко.

—Босс, за всё время, что я работаю в круглосуточном магазине, я не видел ничего подобного. — Дрейк попытался приблизиться к насекомому, но насекомое внезапно попыталось напасть на него. Он был слишком агрессивен. Попробовали все, но насекомое лишь слегка расслабилось рядом с Хань Фэем.

‘Это из-за того, что я уже кормил человеческий кокон своей кровью раньше?’

Набравшись храбрости, Хань Фэй приблизился к насекомому. Видя отсутствие сопротивления, он попытался прикоснуться к нему.

Хань Фэй не удержался и резко взглянул на свой палец:

—Внутри шипов был яд?