Том 1. Глава 253
Со мной… ч-что ты хочешь сделать?!
Я попыталась отрицать реальность, вдруг мне послышалось, но это был не сон.
Я хочу сделать с тобой всё, до самого конца.
От его донельзя серьёзного тона я невольно сокрушённо вздохнула:
Мой невинный Песион…
Невинный?
С каких пор ты стал таким… лукавым?!
Песион склонил голову набок и тихо рассмеялся. Чем больше я возмущалась, тем громче становился его смех.
Чего ты смеешься?! Тебе сейчас смешно?
Арель, ты сама меня смешишь.
Я смешная?
Нет, милая.
В такой ситуации я милая?
Ага. Ты такая милая, что я не могу сдержать смех.
Что это вообще значит?
Списать это на обычную насмешку было нельзя — взгляд Песиона был слишком серьёзным.
Какая же пелена застилает ему глаза?
И всё же, всё же!
Верни его…
Кого?
Моего милого Песиона.
Песион снова рассмеялся.
Что ты всё время просишь меня вернуть?
Ты не понимаешь. Мой милый Песион… ты подделка. Где настоящий, самозванец?
Какой ещё самозванец? Я всегда был таким.
Разве это возможно?
Я прищурилась:
Мой Песион не такой!
Ещё какой такой. Я с самого детства только и думал о том, как бы тебя соблазнить, чтобы ты смотрела только на меня.
Песион невозмутимо ответил, поглаживая меня по уголку глаза. Я не могла в это поверить.
Не ври. Мой милый Песион не мог так думать. Ты ведь так сильно ко мне тянулся.
Я был таким милым?
Это вообще вопрос?!
А сейчас я не милый?
Сейчас… ну…
Надо было сказать, что нет, но его вид — такой понурый и ожидающий — казался мне милым.
Черт, у меня самой глаза пеленой застланы!
Я не могла ответить и лишь закусила губу, а Песион растянул губы в улыбке.
Похоже, я всё ещё милый.
…
Мне было так грустно от того, что я не могла это отрицать.
Я не могла возразить, но и соглашаться не хотелось, поэтому я пыхтела от досады, пока Песион не ткнул меня в щеку.
Не волнуйся, Арель. Ты тоже милая.
Конечно! …Нет, не это я имела в виду.
Попалась!
Я слишком поздно осознала, что Песион меня переиграл. Он приложил мои пальцы к своим губам и прошептал:
Как бы ты ни отпиралась, я с детства был таким. Я вечно сходил с ума, сгорая от тоски и желания увидеть тебя, и в итоге, терзаясь сомнениями, первым всегда приходил я.
Это и то
Одинаковые. Каждый раз мне хотелось схватить тебя и крепко обнять. До удушья, до потери сознания.
Я слышала, что он меня любит, но такие искренние чувства Песиона видела впервые. Или нет? На самом деле, я не знала.
Встретившийся взгляд, осторожные прикосновения, низкий, глубокий голос и густые, насыщенные чувства, заключенные в них.
Я не могла нормально дышать, обращая внимание на каждый его вздох.
Ты знаешь, как жестока ты была со мной тогда?
Это…
В детстве я действительно была с ним холодна, так что совесть кольнула. Когда я замялась, Песион слегка прищурился и мило улыбнулся, словно прощая меня.
И сейчас так же.
Что именно?
Даже когда ты рядом, я хочу прикасаться к тебе ещё больше.
Странные слова. Он и так уже наполовину обнимал меня, куда уж больше?
Что нужно сделать, чтобы эта жажда и голод исчезли?
Но почему я чувствовала, что понимаю, о каких чувствах говорит Песион?
Песион мрачно пробормотал:
Каждое мгновение я страдаю от этого импульса. Если я свяжу тебя и запру, если сломаю и уничтожу
От холодка, пробежавшего по спине, я инстинктивно поняла, что его слова — не шутка.
Пе-Песион…?
Я позвала его, встревожившись, но его потемневший взгляд был таким глубоким, что невозможно было угадать, о чём он думает.
«Почему он так себя ведет?»
Неужели из-за того, что я оставила его, чтобы спасти отца?
Я застонала, не зная, где всё пошло не так, и снова встретилась с ним взглядом.
В тот момент, когда я затаила дыхание от жуткого ощущения, словно заглядываю в бездну:
Но я думаю, что пожалею об этом.
Песион глубоко вздохнул. Я тоже выдохнула. Дыша вместе с ним, я подумала:
Что это сейчас было?
Конечно, эта мысль была недолгой. Песион не позволил мне думать о другом.
Если я выберу легкий путь, потому что мне тяжело терпеть, мне кажется, я потеряю тебя навсегда.
Несмотря на то, что он мучился тысячи, десятки тысяч раз, Песион спокойно улыбнулся.
Ведь я хочу, чтобы ты была целой и невредимой.
Я хотела что-то сказать, губы дрогнули, но в итоге я не смогла произнести ни слова.
Никакими словами нельзя было выразить мои чувства в этот момент.
Просто, просто…
Мне хотелось крепко обнять Песиона. Но обнимать его здесь было странно, и пока я колебалась, Песион усмехнулся над собой:
Разве такой я не милый? Это правда, которую ты не хотела знать? Слишком уродливо? Я похож на монстра?
Сион…
Я такого даже не думала.
Мне стало больно от того, что он так себя воспринимает.
Я просто успокоилась, поняв, что ты тоже человек.
Выражение лица Песиона заметно дрогнуло, словно он не ожидал услышать такое.
Конечно, ты можешь так думать. Я немного удивилась, но ты ведь не сделал мне ничего плохого… и не сделаешь в будущем, верно? Разве нет?
Я посмотрела на него, ища согласия, и Песион медленно кивнул.
Да.
А потом улыбнулся, словно у него не было выбора:
Если ты не хочешь, я ничего не сделаю.
Я осторожно погладила Песиона, который горько улыбался, по голове.
Я ведь тоже иногда ревную, когда ты с другими леди. И горжусь, когда ты заботишься обо мне больше, чем о других…
Правда? Я не знал.
Песион широко открыл глаза, а затем опустил брови, словно обижаясь, что не знал об этом раньше.
Всё в порядке.
От моих слов выражение лица Песиона заметно смягчилось.
Я готов на всё ради тебя.
Хорошо.
Поэтому просто не уходи.
Хорошо, я была неправа.
Если бы я знала, что у него такая сильная сепарационная тревога, я бы взяла его с собой, даже несмотря на опасность. Это всё была моя вина.
Что ещё сделать? Чего ты хочешь?
Поинтересовалась я, желая искупить свою вину, и Песион, пристально глядя на меня, осторожно спросил:
Скажи, как мне заполучить тебя?
В тот же миг я невольно рассмеялась.
Надо же, спросил, когда я разрешила.
Ты уже заполучил меня.
Даже после моего утвердительного ответа Песион выглядел недовольным. А потом снова спросил:
Тогда можно тебя поцеловать?
Ну ты даешь.
Ладно, делай что хочешь.
Я кивнула, и Песион склонился ко мне. В тот момент, когда наши губы почти соприкоснулись:
У-у-у-у-у-у!
От близкого воя монстра губы Песиона тут же отстранились.
…Ха.
Тихий вздох Песиона дал понять, как сильно он был взбешен.
Конечно, взбешен был не только Песион.
Обязательно сейчас?! У нас была такая хорошая атмосфера!
Жди здесь.
Словно вымещая на монстрах и мою долю злости, после этих слов он устроил им кровавую баню.
Песион выглядел даже посвежевшим после того, как в одиночку перебил монстров, словно битва в городе его ничуть не утомила.
Ты не устал?
Нет.
Хорошо ему.
Пока я смотрела на него с завистью, Песион снова попытался меня обнять.
Нет, теперь нужно идти искать Луку.
…
Время уже сильно затянулось. Я не заметила, как небо, которое было темным, начало светлеть — приближался рассвет.
Песион, послушно следовавший за мной, спохватился и спросил:
Лука
Наверное?
Что значит «наверное»?
Разве он не мужчина?
У него были длинные волосы, так что он мог быть и женщиной, но мог быть и длинноволосым мужчиной, так что Лука мог оказаться мужчиной.
Я не интересовалась чужим полом, поэтому и не спрашивала.
Почему ты не знаешь?
У всех магов длинные волосы, поэтому трудно понять их пол.
Не знаю, влияние ли это Мастера, или волосы как-то связаны с магической силой, а может, им просто лень, но большинство магов носили длинные волосы. Звездные маги не были исключением.
«И правда, почему?»
Мне очень любопытно. Надо будет спросить, если попаду в Небесную башню.
Размышляя о том, почему у магов так часто длинные волосы, я незаметно вернулась к зданию, где оставила Луку.
Вот здесь.
Здесь?
Песион склонил голову набок.
Я открыла дверь, которую плотно закрыла, и заглянула внутрь.
…?
Что за…
…Лука?
Место, где я связала Луку, было пусто.