Том 1. Глава 325
Валер оглядел свою библиотеку.
Библиотека, разраставшаяся с каждой новой регрессией, впервые превратилась в подобные руины.
Рухнувшие книжные шкафы, словно после бомбардировки, и книги, рассыпавшиеся в пыль при малейшем прикосновении.
……
Тайная библиотека Хальбернов, которой управлял Мак, фея снов, не исчезала после создания, даже если контрактор погибал.
Со смертью хозяина библиотека постепенно ветшала, но причина столь катастрофического разрушения была лишь одна.
Исчез библиотекарь, присматривавший за тайной библиотекой.
Всё окончательно разрушилось.
А я-то думал, почему всё вокруг так колышется.
Валер знал, что происходит с «территорией», потерявшей хозяина. Она искажалась, теряла свои особенности и в итоге сливалась с другим Изнаночным миром.
Но Тайная библиотека Хальбернов не могла вот так сразу превратиться в гиблое место. Эта территория была особенной: «контрактор, получивший ключ», тоже отчасти считался её хозяином.
Пусть её состояние и не было идеальным, функция самой территории сохранится до тех пор, пока не умрут «все контракторы».
Блуждая по совершенно разорённой библиотеке, Валер наткнулся на более-менее уцелевшую книгу.
Похоже, в ней была описана история текущего витка…
Ха-ха.
Валер бессильно усмехнулся, глядя, как буквы разлетаются в воздух сразу же, стоит ему открыть книгу.
Понимая, что больше здесь ничего не найти, Валер уже собирался уйти, как вдруг его взгляд за что-то зацепился.
Такого я ещё не видел.
Неизвестно откуда взявшийся проход.
Валер склонил голову набок, обнаружив уютную маленькую библиотеку. Похоже, она принадлежала Арелин.
Хм…
В тот миг в нём столкнулись моральный долг уважать личную жизнь дочери и непреодолимое любопытство.
Победило любопытство.
Кхм-кхм. Я ведь её отец, так что имею право взглянуть хоть одним глазком.
Сгорая от любопытства, о чём же там написано, он открыл книгу, но…
……
Книга его дочурки была написана невиданными доселе письменными знаками. Единственными незнакомыми Валеру языками могли быть древний язык богов или древний язык Селлон, так что это искренне его удивило.
К тому же первые страницы этой необычайно пухлой книги были абсолютно чистыми.
Хм, наша дочка и впрямь истинная Хальберн.
Валер с гордостью вернул книгу на полку. Затем он развернулся и наконец дошёл до нужного места.
Библиотека Сионе.
В отличие от его собственной библиотеки, выглядевшей так, словно по ней нанесли удар, в библиотеке Сионе не изменилось абсолютно ничего.
На всякий случай он раскрыл несколько книг, чтобы проверить, не улетучивается ли текст, как у него, но никаких странностей не заметил.
У Валера была лишь одна причина прийти сюда сегодня.
«Найти зацепки о биологическом отце Арелин».
Наставница Арелин, Великий маг Марседес, предполагала, что родной отец девочки — не человек.
Валер был с ней согласен. Хотя и не знал, являлся ли тот просто представителем «другой расы».
«Возможно, он один из Бессмертных».
Более того, Валер считал этот вариант куда более вероятным. Иначе его сущность уже давно бы проявилась хоть как-то.
Валер пошёл между стеллажами. Среди аккуратно расставленных книг, описывающих жизнь Сионе, виднелось пустое место.
Пропуск, который не заметишь, если не присматриваться — след исчезнувшей книги.
Спрятать её могла только Сионе.
Валер, как я учила тебя беречь самые важные тайны?
Прятать их так, чтобы они не бросались в глаза и их невозможно было найти, даже задавшись такой целью.
Сионе также учила младшего брата, что лучший способ — использовать чужие предрассудки против них самих.
…Нашёл.
За другими книгами Валер отыскал выброшенный том с изорванной обложкой, сплошь исписанной каракулями.
Как и ожидалось, между испорченными страницами то тут, то там, словно закладки, торчали спрятанные сестрой листки.
«Я проиграла. Я не смогла убить этого мужчину, поэтому должна умереть сама. Иначе всё, что я любила, обратится в пепел».
«Все говорят мне не умирать, выжить и дождаться лучшего момента, но тогда будет слишком поздно. Этот мужчина разрушит всё, что мне дорого».
«Когда я всё потеряю, будет поздно».
«Мне не страшно умирать. Если ценой моего выживания станет жертва того, что я люблю, я с радостью приму смерть».
Поток фраз, которые явно были написаны не в здравом уме.
Валер упрямо листал страницы, пока его рука вдруг не замерла.
«Раз уж мне всё равно предначертано умереть, я продам свою жизнь по столь высокой цене, чтобы уйти без сожалений».
«Таковы были мои мысли перед лицом неизбежной гибели».
Валер приложил пальцы к виску и начал читать следующую строчку; его фиолетовые глаза слегка задрожали. Вскоре, тихо вздохнув, он прикрыл глаза.
«Лишь одного я не смогла предусмотреть».
«То, что я и сама полюблю это таинственное существо».
Сестра…
В отсутствие Валера Мехен разобрал нехитрую кипу документов и теперь сидел, подперев подбородок рукой и погрузившись в размышления.
Валер опять куда-то сбежал, и в обычной ситуации Мехен был бы в полном бешенстве, но только не сегодня.
Будто и не было времён, когда тот отлынивал от работы и сваливал всё на него — на этот раз Валер, о чудо, выполнил все свои обязанности перед уходом!
Да что с ним такое…
Неужто этот мерзавец собрался умирать?
Мехену казалось непривычным поведение Валера, который в последнее время словно преобразился.
И даже когда он спрашивал о причине...
Ну, переписать всё заново больше не выйдет, так что приходится стараться и жить наполненной жизнью.
?
...тот лишь выдавал подобные бессмысленные отговорки.
Подумав, уж не смертельной ли болезнью тот заболел, Мехен созвал личного врача и целителей для медосмотра, но никаких отклонений у Валера не нашли.
«Что же это на самом деле? Откуда это неприятное осадочное чувство?»
С чего вдруг он сам начал рассказывать о себе то, о чём раньше молчал как рыба?
С чего бы ему без всяких приказаний проявлять инициативу?
В любом случае то, что Валер работал, означало уменьшение нагрузки на самого Мехена, а значит, было хорошей новостью.
Но почему тогда его это так раздражало?
Из-за того, что Валер одним махом покончил с грызнёй за власть среди высокопоставленных вассалов, которых Мехен с трудом сдерживал всё это время?
Или из-за того, что больше не приходилось ломать голову и перепроверять отчёты мерзавцев, думающих только о том, как бы нажиться при первой удобной возможности?
Или из-за того, что официальные документы, которые у самого Мехена проходили только после подачи десятков сопроводительных бумаг и дачи солидных взяток, при вмешательстве Валера моментально утверждались без лишних вопросов?
Или из-за того, что люди, которые при проколах пытались откупиться компенсацией, перед Валером ниц падали и извинялись за малейшую оплошность?
……!
Медленно осмысливая происходящее, Мехен наконец понял истинную природу своего гнева.
«Ах ты гад! Если бы ты занялся этим с самого начала, мне не пришлось бы так адски страдать?!»
Мехен сжал кулаки.
Пока в нём пылала запоздалая ярость и он раздумывал, как бы подгадить этому подлецу, случилась неожиданность.
Вошёл Диллон со странным выражением лица.
Господин Мехен, к нам гости.
Гости?
После недавнего приёма особняк Хальберн снова закрыл свои двери для посторонних. А значит, никаких гостей в ближайшее время быть не могло.
Что вы имеете в виду, так внезапно?
Вы поймёте, когда увидите сами…
?
Озадаченный Мехен поднялся с места.
Пойдём посмотрим, кто пришёл.
В другое время он прогнал бы их, сославшись на завал в документах, но сейчас благодаря Валеру у него было полно свободного времени.
По этой причине Мехен принял решение, которое обычно ему не свойственно, и у главных ворот особняка столкнулся со знакомым лицом.
Мехен!
Миллиот Совёрн?
Человек, который когда-то обучил лингвистике кронпринца, а затем вернулся в академию, с яркой улыбкой махал ему рукой.
«Что происходит?»
Слух, широко распространившийся в обществе:
«Арелин была настолько неординарным гением, что лучшие умы академии оплакивали её гибель, а стоит им узнать о её спасении, как они тотчас помчатся сюда»... Эта нелепая байка оказалась вовсе не слухом, а чистейшей правдой!
Мы пришли, прознав, что наш гений жив!
О-о-о, так это и есть особняк, где живёт гений? Даже снаружи выглядит впечатляюще.
Я чувствую мощные потоки магии!
Естественно, это ведь особняк Хальберн.
Вдобавок толпа людей, сгрудившихся вокруг Миллиота Совёрна.
«Неужели и остальные
Мехен хотел сделать вид, будто не знает их, но когда-то и сам учился в Академии Лоран. Стоило ему отвернуться, как они сами окликнули его.
Мехен? Мехен! Ты чего вдруг? Не отворачивайся от нас!
Господин Мехен, сжальтесь ради нашей былой дружбы…
Мы просто обязаны увидеть гения!
Глядя на профессоров, докторов наук и магистров, устроивших шум перед особняком, Мехен почувствовал головокружение.
«Да что за хаос здесь творится?»