Том 1 · Глава 163. Дополнительная история, 4 глава

В это время, перед дверью комнаты Разель.

—Честер пришёл…

—Да, всё верно, — ответил дворецкий Мерфин.

Лицо Разель помрачнело, едва она услышала от Мерфина, что Честер приехал в особняк барона. Очевидно, он помчался сюда сразу же, как только добрался до герцогской резиденции и услышал новости от Рохана, даже не отдохнув. Разель очень переживала, что он сейчас, наверняка, выслушивает гнев родителей, но спуститься в приёмную всё равно не могла.

Мерфин передал ей предупреждение Розали: если Разель покажется в гостиной, она разорвёт с ней всякие родственные узы. Разель слишком хорошо знала характер матери, чтобы надеяться, что это не пустые слова. Если мать сказала — значит, исполнит.

Но и оставить Честера одного она не могла. Раз уж она сама согласилась на фиктивный брак, то обязана была разделить с ним последствия.

—Ле… ой, простите. Ваша Светлость, — начал было Мерфин, но тут же осёкся. Он по привычке назвал её «леди» — как делал это более двадцати лет — и только потом спохватился.

—Ничего. Обращайся как тебе удобно, Мерфин.

—Прошу прощения.

Разель слабо покачала головой, показывая, что не в обиде, и молча ждала, пока Мерфин продолжит.

—Госпожа сейчас сильно разгневана. По моему мнению, будет разумнее не пытаться говорить с ней сегодня, а дать немного времени, чтобы она могла успокоиться и принять всё спокойно.

—…Да. Возможно, ты прав.

Разель кивнула. Слова Мерфина имели смысл. Если пытаться объясниться, пока эмоции кипят, всё только усугубится. Лучше дождаться, когда страсти немного улягутся. Она тоже прекрасно это понимала. Но…

—Проблема в том, что Честер пришёл, чтобы повидаться с родителями. А я не могу войти в приёмную и даже не знаю, о чём они говорят…

Раз уж Честер решил поговорить с её родителями, всё, в любом случае, должно было подойти к какому-то итогу. И именно это её тревожило.

—Вот поэтому я подумал, что, возможно… — Мерфин осторожно начал говорить, но его слова тут же заглушил другой голос:

—Разель!

Когда она повернулась, то увидела, как из угла комнаты к ней бежит Рафель — радостный, с сияющей улыбкой на лице и листом белой бумаги в одной руке.

—Разель! Смотри!

—Что это у тебя? — Разель извинилась перед Мерфином и присела, чтобы оказаться с мальчиком на одном уровне. Её грызло чувство вины за то, что после инцидента с контрактом она совсем не уделяла ему внимания.

—Я нарисовал! Вот тут дедушка и бабушка, а это — ты, я и дядя! — С гордостью объяснил Рафель, протягивая рисунок.

На этот раз его работа заметно улучшилась — теперь можно было различить, кто есть кто.

Он показал, что маленький человечек в центре — это он сам. По обе стороны от него стояли бабушка и Разель, держащие его за руки, а по краям — два высоких человека, среди которых самый высокий был Честер.

—Ух ты, как красиво! Это наша семья?

—Угу! Семья! Хе-хе! — Рафель радостно закивал.

Пока Разель с умилением рассматривала рисунок, Мерфин вдруг захлопал в ладоши и сказал:

—Юный господин, если вы покажете этот рисунок бабушке, она будет очень рада.

—Бабушка? Правда?

—Конечно. Она будет в восторге.

—Тогда я пойду к бабушке! Покажу ей! — Рафель, сияя, принялся нетерпеливо тянуть Разель за подол платья. Щёки его вспыхнули румянцем от переполнявшего волнения.

—Я провожу вас, юный господин, — тут же, как будто только и ждал момента, вежливо подал руку Мерфин.

—А… — Разель тихо ахнула, наконец поняв, к чему он ведёт. Поскольку сама она не могла отправиться к Честеру, он решил послать вместо неё Рафеля. Ведь никто не запрещал Рафелю встречаться с Честером.

—Разель, можно? — Рафель переводил взгляд с протянутой руки Мерфина на лицо Разель. В глазах мальчика блестело искреннее нетерпение.

—Конечно. Почему нет? — Разель ласково погладила его по голове, после чего подняла взгляд на Мерфина:

—Спасибо тебе, Мерфин.

—Тогда мы пойдём, — вежливо попрощавшись, Мерфин взял Рафеля за руку и направился к приёмной.

—…Ваша Светлость, прошу, поднимитесь.

—Госпожа баронесса, прошу вас, как бы дерзко это ни было, выслушайте меня.

—Хаа… Хорошо. Но сначала сядьте и потом говорите.

То, что он встал на колени, — такое развитие событий Розали никак не ожидала.

Даже если он зять, он всё же был герцогом Хейлосом. Да, вина была на нём, но даже она понимала, что в столь мощной фигуре, стоящей на вершине власти, нельзя было просто так ткнуть пальцем и обвинить без последствий.

И такой человек вдруг отбрасывает гордость и опускается перед ней на колени. Даже если бы она хотела рассердиться — злиться в такой момент было невозможно.

—Идея фиктивного брака принадлежит мне. Я сам предложил его Разель. Она согласилась не потому, что хотела, а потому что не могла отказаться, — Честер, несмотря на попытку Розали остановить его, твёрдо держал позицию и продолжал говорить.

—И зачем вы предложили такой брак? — поняв, что он не поднимется, пока не договорит, Розали смиренно уселась обратно и задала вопрос.

—Я думал, что это единственный способ удержать её.

—Удержать? Что вы имеете в виду?

В ответ на её вопрос Честер заговорил неспешно, но с нескрываемой тревогой, надеясь лишь на одно — чтобы это признание не испортило отношения Разель с баронским семейством. Сжатые на коленях кулаки ясно говорили о внутреннем напряжении.

—После того как стало известно, что Рафель мой племянник, Разель хотела уйти из особняка. У неё больше не было причин оставаться. Но я не хотел отпускать её. Вот почему я предложил такой договор.

—Это из-за Рафеля? Вы хотели, чтобы у него была семья?

—К стыду моему, нет. Не ради Рафеля. Ради себя. Разель мне понравилась с самого начала, но мне потребовалось слишком много времени, чтобы это понять. Я осознал свои чувства только тогда, когда она уже собиралась уйти. Только тогда понял, что хочу, чтобы она всегда была рядом.

—…

—Поэтому и предложил «контрактный брак». Хоть он и фиктивен, но это был единственный способ её удержать. Я чувствовал, что если отпущу её сейчас — второго шанса уже не будет.

—…

Розали молча смотрела на Честера. Она была… немного ошеломлена. Она, конечно, понимала, что её не удастся обмануть, но не ожидала такой откровенности.

—Я знал, как сильно она переживает за Рафеля, и воспользовался этим. Прошу прощения, — договорив, Честер сжал губы и опустил голову.

Он говорил правду, зная, что этим может только усугубить ситуацию, — и лишь по одной причине: он не хотел, чтобы её семья отрицала их с Разель отношения. Он хотел, чтобы их приняли такими, какие они есть.

Разель наверняка чувствовала то же самое. Осознавая это, он и решился на риск.

Если барон с супругой не примут их, он был готов понести любые последствия, лишь бы всё исправить и начать сначала. Если только так ему разрешат остаться рядом с Разель, он примет любую цену. Ведь Разель, которую он любит, уже стала для него и дыханием, и самой жизнью.

—…

Розали приложила ладонь ко лбу, глядя на Честера, который всё сваливал только на себя. Голова начала болеть.

Пусть предложение «контрактного брака» и исходило от герцога Хейлоса, но любой контракт — это соглашение обеих сторон. Без согласия Разель он не мог бы состояться. К тому же, трудно было поверить, что её дочь согласилась на это исключительно ради Рафеля.

В контракте ведь даже было указано, что через год она получит десять миллиардов шиллингов.

Учитывая все обстоятельства, Розали легко пришла к выводу, что одной из причин, по которой Разель согласилась, были именно деньги. И в том, что дочь приняла такое решение, была вина их с мужем — как родителей. И оттого ей было вдвойне обидно. И вдвойне больно.

—Бабушка! Смотри, что у меня!

В этот момент, между приоткрытыми дверями гостиной, которые незаметно открыл Мерфин, вбежал Рафель, размахивая рисунком в руке.

—Дядя? — звавший бабушку, Рафель заметил Честера, сидящего рядом, и с сияющим лицом бросился к нему:

—Рафель…?

—Когда пришёл? Ты ко мне пришёл, да? — с таким выражением лица, словно у него был бы хвост, он бы сейчас не переставая им вилял, Рафель крепко обнял Честера.

Но тут мальчик заметил что-то странное. Обычно, когда он обнимал дядю, то обвивал его длинные ноги, словно цикада, и тот, засмеявшись, наклонялся и поднимал его на руки.

А теперь… теперь он и без этого оказался на одном с ним уровне. Дядя не наклонился, и Рафелю не пришлось ни за что цепляться.

Рафель медленно поднял голову, прижавшуюся к груди Честера. В его больших красных глазах отразился Честер, стоявший на коленях на полу.

—Дядя, почему?.. — недоумённо пробормотал он, затем с дрожащим взглядом перевёл глаза на Розали.

Иногда, когда он сильно провинился, Разель заставляла его в наказание встать на колени с поднятыми руками. И сейчас… дядя сидел точно так же.

—Бабушка… ты наказываешь дядю? — Рафель… нет, это не то…

Розали, похоже, была растеряна до крайности — внезапное появление Рафеля, да ещё и в тот момент, когда Честер стоял на коленях… Это было словно нарочно подобранное время для недоразумения. Даже ребёнок мог почувствовать тяжёлую и холодную атмосферу, опустившуюся в комнате.

Не меньше был ошарашен и сам Честер. Неожиданно — без стука — вошёл Рафель. Никто не ожидал, что он появится именно в этот момент.

—Рафель, это не так. Я… я был не прав и…

—Не наказывай моего дядю!

Не дослушав Честера, Рафель вывернулся из его объятий и встал перед ним, раскинув руки в стороны, словно заслоняя его от бабушки.

—Нельзя! Не наказывай моего дядю!

—Рафель, ты не так понял. Бабушка не ругала дядю, мы просто разговаривали… — Розали в смятении поспешила к мальчику, лицо её побледнело.

—Верно, Рафель. Это недоразумение. Бабушка не наказывает меня, — поспешно поднялся Честер, стараясь успокоить мальчика.

—Не ругай! Не трогай его! У-у-у! — несмотря на их попытки объясниться, по щекам Рафеля потекли крупные слёзы.