Том 4 · Глава 32. Трудовые будни и крики о помощи

Подготовка к культурному фестивалю в рамках клуба сетевых игр — это одно, но нельзя забывать и о классной выставке. Летние каникулы закончились, а до ближайших тестов еще оставалось немного времени. В этот период значительная часть учебных часов официально отводилась на подготовку к фестивалю. Что ж, я считаю, что это в любом случае лучше, чем зубрить билеты к экзаменам.

И вот, я усердно трудился, выписывая буквы на огромном листе картона.

—Слушайте все! — командовала Акияма. — Те, кто отвечает за панель по истории школы: переписывайте всё слово в слово до второй строки! Но третью строку обязательно измените, всем ясно? А те, кто рисует карту школы: если вы просто поменяете расположение и форму деревьев, то обводить всё остальное под копирку — это А-ОК!

—Принято! — Срисовать — это проще простого.

Несмотря на свой обычный безучастный вид, Акияма-сан вполне успешно взяла на себя роль лидерши. Одноклассники бодро отвечали ей из всех углов кабинета. «Здорово, конечно, что ты так командуешь, Акияма-сан, но могла бы и сама хоть немного помочь нам руками», — подумал я про себя.

—Делайте всё, по совести, хорошо? — вставила слово наш куратор, Сайто-сенсей. — Если вы просто вчистую скопируете книгу, которую мы взяли в библиотеке, мы не сможем выставить это как свою работу, ясно?

—Поняли-поняли. — Мы стара-а-аемся...

—...Вы ведь мне не врете, правда?

Ответы, адресованные Сайто-сенсей, были лишены всякого энтузиазма. Сенсей подошла к моему огромному листу картона и удрученно присела рядом.

—Русиан... Быть учителем так трудно, мяу... — Настолько трудно, что вы превращаетесь в Некохиме-сан прямо в классе?

Я понимал, что её работа и впрямь не сахар.

—Интересно, будут ли все работать как следует... — рассуждала она. — Ладно еще те, кто просто ждет указаний, но я не знаю, как поступать с теми, кто сам решает, когда работать, а когда прогуливать... мяу... — А разве нельзя их просто отругать? — Но результат их работы — их «мяу-стерство» — уже на таком уровне, что к ним не придерешься. Будет неправильно их за это отчитывать. — Да уж, всё это непросто, верно?

Кажется, у Некохиме-сан были свои твердые убеждения насчет преподавания.

—В моем классе все ребята хорошие. У них есть чувство локтя, они ладят, и никто никого не обижает. Но вот мотивация — это то, чего им всем не хватает.

Оно и понятно, ведь те, кому доверили роль лидера, сами вовсю помышляли о прогуле. Я имел в виду группу Акиямы и Сегавы. Атмосфера в классе сильно зависит от политики тех, кто стоит на вершине иерархии. В этом плане школа мало чем отличается от игровых гильдий.

Хотя, стоит признать, ребята были весьма воодушевлены грядущим спортивным фестивалем. Почему-то одно из главных условий того, чтобы событие считалось «развлечением для обычных людей» — это его полная несвязанность с учебой. Я до сих пор не до конца понимаю их логику.

—Но для меня сейчас вы, Русиан, кажетесь очень серьезными в достижении своей цели. Вы работаете как единое целое. Некохиме-сан болеет за вас изо всех сил! — Вы наш куратор, так что это ваша обязанность. Кстати, Сенсей, если вам нечем заняться, почему бы не помочь нам здесь? — Ну уж нет! Если ученики не сделают всё сами, в этом не будет никакого смысла, верно?

Выражение её лица мгновенно сменилось, и Сенсей с улыбкой оглядела класс. Проклятье! Она снова включает «режим учителя», когда ей это удобно. Это нечестно, Некохиме-сан!

—Эй, идиот... я к тебе обращаюсь, Нишимура, подойди-ка на секунду! — Тебе обязательно меня оскорблять, чтобы просто позвать?!

Просто зови по имени, Сегава! Кроме тебя здесь никто не говорит таких гадостей.

—Вот, глянь. Это карта окрестностей школы, мы хотим её увеличить для наглядности. Можешь заняться редактированием? — Не буду! Делайте это вручную! — Послушай, я ведь тебя вежливо прошу, а? Это едва ли не единственное, что ты умеешь. Если ты и от этого отвертишься, то будешь для класса абсолютно бесполезным, смекаешь? Видишь? — Твоё «видишь» ничего не меняет.

Рядом стояла еще одна девушка, она выглядела смущенной. Она смотрела на меня с таким добрым лицом, которое словно говорило: «Я не против твоих слов, но говорить так прямо — это чересчур...». Спасибо тебе, одноклассница, чьего имени я не знаю. Твой добрый взгляд спас мое сердце от окончательного краха.

—На самом деле, разве ты не можешь сделать это сама? — спросил я Сегаву. — У меня нет такой возможности. — Ах ты... Гр-р... — Чего тебе?

Не может быть, чтобы человек, умеющий монтировать видео, не справился с такой простой задачей. Использовать карту «я скрываю, что я отаку», чтобы спихнуть работу на других — это нечестно, Швайн!

—Если ты так настаиваешь, то ладно. Но тогда взамен я заставлю тебя работать над карто... — Я... я не хочу!

В этот самый момент откуда-то издалека донесся знакомый крик.

—Эй, Нишимура... — Сегава замерла. — Нет, это наверняка просто воображение...

—ЕДИНСТВЕННЫЙ, КОГО Я БУДУ НАЗЫВАТЬ «МАСТЕРОМ» — ЭТО РУСИАН! Я НЕ МОГУ НАЗЫВАТЬ ТАК КОГО-ТО ЕЩЕ! — …… — Сейчас это была...

Да, я это слышал. Сомнений быть не могло.

—Я ЖЕ ГОВОРИЛА, ЧТО «МАСТЕР» — ЭТО ПЛОХО! У МЕНЯ ВООБЩЕ-ТО МУЖ ЕСТЬ!

«Ако, зачем ты орешь так громко, что тебя слышно даже в других классах?». Пока я стоял, чувствуя полное истощение, Сегава посмотрела на меня с жалостью.

—Этой девочке уже ничто не поможет на данном этапе... — Но на этот раз я даже не злюсь. — ...Почему это? — Просто представил, как Ако называет других парней «Мастером», и меня это дико бесит. — Вы два сапога пара, правда?!

Знаю. Можешь не хвалить.

—Нишимура-кун? Тебе, наверное, стоит сходить туда? — робко спросила староста. — Похоже на то. Простите, возникло срочное дело. Семейные обстоятельства. — Да-да, иди уже.

Сегава помахала рукой на прощание, и я побежал к классу Ако. Из-за моей жены одноклассники Ако уже начали привыкать к моему появлению. В итоге мне пришлось помогать им какое-то время. И из-за этого моя собственная работа задержалась еще сильнее.