Том 1 · Глава 221. Подготовка к путешествию (1)

—Эм… Бернард?

—М? Что такое, Иллоин?

Ясным майским утром в доме Гарсии разорвалась настоящая бомба.

—Кажется… я беременна.

—…Господи.

Прошло чуть больше года с тех пор, как они начали свои отчаянные попытки, — и на иссохшую землю наконец пролился ливень.

—Роуз, тебя из-за рыданий не разобрать. Сначала успокойся.

Иллоин просто сияла от счастья.

Бернард, которому было уже за семьдесят, при мысли, что у него появится ребёнок, то мрачнел от ужаса, то едва не захлёбывался от совершенно непривычного счастья.

А Роуз, увидев их обоих, немедленно прибежала к Эвану и разрыдалась.

—Да-да. Тихо. Всё хорошо.

Эван на секунду приподнял Роуз и заменил насквозь промокший платок новым.

Её слёзы никак не кончались.

Уму непостижимо, откуда в таком маленьком, почти фейском теле вообще бралось столько воды.

—Я понял.

Эван мягко погладил её по голове указательным пальцем и криво усмехнулся.

Трудно поверить, что перед ним — финальный босс Yo-Ma Great War 2.

Может, Роуз и правда изменилась под влиянием Бернарда?

Эван слишком хорошо знал эту её сторону и теперь уже с трудом представлял, как вообще мог бы снова считать её врагом.

Лишь выплакавшись до изнеможения, Роуз наконец стала немного откровеннее.

—Ты ведь с самого начала знала, чем всё закончится.

—По-моему, уже вот здесь была проблема.

—Знаешь, у тебя действительно опасные вкусы.

Настолько пугающего признания в любви Эван ещё не слышал.

Но одно было очевидно: как бы странно ни звучали слова Роуз, в их центре действительно находилось чувство.

В каком-то смысле даже удивительно прямое.

Эван со вздохом продолжил успокаивать её.

—И что теперь? Сдашься?

—Может, однажды встретишь кого-то ещё. С чувствами бывает всякое. Пока любовь приходит, кажется судьбой. А когда уходит — думаешь, что просто ошибался.

—По-моему, ты просто слишком плохо знаешь людей.

Существовало, кстати, и выражение: «любовь — это отрицательный статус».

В мире Yo-Ma Great War оно звучало особенно убедительно.

Суккубы и многие высокоуровневые монстры с демонами действительно умели накладывать «Очарование». По сути — разновидность проклятия.

Развил сопротивление проклятиям — и никакой любви.

Ну, во всяком случае такой.

—Что ничто не вечно?

М-м.

Тоже справедливо.

Эван неохотно кивнул.

Если любимый мужчина женился на другой, сделал ей ребёнка, а твоё чувство всё равно никуда не делось… Просто самой первой от него отказаться, пожалуй, и правда непросто.

—Ха-ха-ха!

Ещё минуту назад она страдала из-за Бернарда, а теперь уже гордо выпятила грудь и начала его хвалить.

Эван всё-таки рассмеялся.

Потом покосился на открытую дверь.

—Вот что она говорит, дедушка.

—Несносный мальчишка.

Роуз резко подняла голову.

Увидев Бернарда в дверях, она издала беззвучный вопль.

Щёки мгновенно вспыхнули алым.

Будь она человеческого роста, подобным выражением лица наверняка смогла бы сразить половину мужчин наповал.

—Намучился я, пока тебя искал, паразитка. Пошли обратно.

—Я и сам так думаю. Но оставить тебя одну не могу. Вдруг навредишь людям.

Роуз скривилась так, будто снова вот-вот расплачется.

Эван прекрасно понимал, насколько больно, когда человек, которого любишь, совершенно не понимает твоих чувств…

И тут же осознал, что сейчас буквально плюнул вверх и стоит под собственной слюной.

—Пока сама от меня не отстанешь, буду терпеть. Иди сюда.

Эван вовремя зажал ей рот, пока речь не перешла в выражения, непригодные для несовершеннолетних, и передал Бернарду.

Тот принял Роуз на руки.

Она ещё немного подёргалась, но почти сразу затихла.

—И вам с ней нелегко, дедушка.

—Будто тебе легче.

—…

Эван мгновенно замолчал.

Неужели Бернард знал, что прошлой ночью Мэйбелл пыталась пробраться к нему в постель и Белуа чуть не поджарила её заживо?

Как бы там ни было, продолжать эту тему было невыгодно.

Эван немедленно перевёл разговор.

—В любом случае поздравляю. Когда я увижу племянника?

—С чего вдруг мой ребёнок стал твоим племянником? Запиши его себе в младшие братья. А если родится девочка — можешь и жениться.

—Дедушка. Очень прошу: больше не пытайтесь усложнять мне жизнь. Я совершенно серьёзно.

—Л-ладно. Прости.

Бернард сказал это почти всерьёз, но, похоже, попал по больному месту.

Эвану исполнилось пятнадцать.

Он уже вырос настолько, что внешне его вполне можно было принять за взрослого.

А женщины на улице начали смотреть на него откровенно опасно.

Его красоту уже действительно можно было считать разновидностью проклятия.

—В общем… поэтому мне на какое-то время придётся покинуть город-подземелье.

—Что?! Почему?!

—У эльфов, похоже, принято проводить беременность на родине — в Древнем лесу. А после рождения ребёнка нужно ещё провести обряд перед Мировым Древом.

—К-когда вы уезжаете?

—Послезавтра.

Это был удар грома среди ясного неба.

Лицо Эвана мгновенно стало почти таким же несчастным, как у Роуз.

—А вы точно вернётесь? Не как дедушка Лео?

—Когда ребёнок родится и достаточно окрепнет, вернёмся. Не беспокойся.

—Но я слышал, что эльфы взрослеют медленно.

Эван и сам не замечал, насколько сильно психологически опирался на Бернарда — едва ли не сильнее, чем на родного отца.

И теперь, услышав, что тот внезапно уезжает, не смог удержать эмоции.

Бернард погладил его по голове.

На глазах Эвана уже появились слёзы.

—Совсем взрослый стал, а всё ещё плачешь по первому поводу.

—Но…

—Я вернусь. Мы ведь вместе исследуем эликсир. Я похож на человека, который способен бросить такую работу?

—Дедушка…

Бернард взъерошил ему волосы своей тяжёлой рукой.

—Вернусь до того, как тебе исполнится восемнадцать. Обещаю.

—Если не вернётесь, я вас прокляну.

—Вот и договорились. Обязательно вернусь.

Роуз вырвалась из его рук и взлетела прямо на макушку.

—Я же только что сказал, что отдельно тебя не оставлю. Ты едешь со мной.

Щёки Роуз снова вспыхнули.

На лице смешались унижение и счастье.

Она явно не знала, что с собой делать.

—Хватит уже, Роуз.

Она дошла до того, что начала хлестать себя по щекам и ругать вслух.

Бернард со вздохом снова поймал её и запер у себя за пазухой.

—Ладно. Пойду. Кроме тебя мне ещё со многими надо попрощаться.

—Все расстроятся. Особенно Ханна.

—Я же не навсегда исчезаю.

Бернард махнул рукой и вышел.

Эван вдруг понял, что первым тот пришёл проститься именно к нему, и на душе стало немного теплее.

Но мысль, что Бернард всё-таки действительно уедет, снова быстро испортила настроение.

Через два дня настал день, когда Бернард и Иллоин «ненадолго» покидали город-подземелье.

Народу пришло столько, что северные ворота едва не оказались перекрыты.

—Сэр Бернард. Я многим вам обязан. Никогда не забуду, что вы помогли Эвану вырасти достойным человеком, пока я не мог быть рядом.

Маркиз Солайн склонил голову.

Бернард тут же заставил его выпрямиться и хмыкнул.

—Да что я там растил? Он сам вырос. Вы ведь и сами видите, маркиз. Разве такого мальчишку вообще кто-то способен воспитывать?

—Ха-ха. Наш Эван действительно необычный ребёнок.

—Лучше скажу другое. Спасибо, что столько лет терпели старика и относились ко мне с уважением. Я ведь не навсегда ухожу. Вернусь вместе с подарком.

—Спасибо, сэр Бернард. В этом городе многие обязаны вам жизнью.

—Сэр Бернард!

—Старик, я до сих пор живу наёмником только благодаря тебе! Там не вздумай помирать!

—Госпожа Иллоин, мы вас любим!

—Дед Бернард! Только попробуй где-нибудь обидеть Иллоин — не прощу!

Со всех сторон летели пожелания.

Иногда звучали почти угрозы, но сегодня это тоже можно было считать проявлением любви.

—Эван. Я смогла зачать ребёнка Бернарда во многом потому, что именно вы изменили его сердце. Спасибо.

—Да я ничего особенного не делал.

Иллоин ласково провела ладонью по пока ещё совершенно плоскому животу и искренне поблагодарила Эвана.

Он пожал плечами.

Но взгляд эльфийки оставался серьёзным.

—До встречи с вами Бернард никогда бы не задумался о том, чтобы создать с кем-то семью. Правда ведь, Бернард?

—…Кхм.

Тот не стал отрицать.

Даже решение осесть в одном городе он когда-то принял во многом из-за Эвана.

—Я не смогу отплатить за это. Поэтому дам вам то же обещание, что и Бернард. Мы обязательно вернёмся и не заставим вас ждать слишком долго.

—Хорошо, Иллоин. Буду ждать.

—И ещё… Джин.

—Да, наставница.

Джину в этом году исполнялось одиннадцать.

Среди детей рыцарского ордена подземелья он особенно быстро взрослел и уже выглядел почти серьёзным юношей.

Он подошёл к Иллоин с невозмутимым лицом.

Но за время обучения она успела понять его достаточно хорошо.

Иллоин была одной из немногих, кто всё ещё видел в нём прежде всего ребёнка.

—Ты умеешь справляться со многим сам. Но именно поэтому запомни: никогда не пытайся делать вообще всё в одиночку.

—…Что?

—Скажи, что понял.

—Д-да!

—Хорошо. Считай это домашним заданием. Когда вернусь, обязательно проверю, как ты вырос. Не забывай моих слов.

—Да!

Джин ответил громко и решительно.

По лицу, правда, было видно, что смысл он понял не до конца.

Эван примерно догадывался, о чём говорила Иллоин.

И снова подумал, что настоящий наставник — это всё-таки особенный человек.

—Тогда мы пойдём.

—Берегите себя. Ханна, «Аптеку братьев» оставляю на тебя. Справишься.

—Хмф. Вы лучше под ноги смотрите, старик. Не хватало ещё, чтобы где-нибудь споткнулись и сломали шею. Вернитесь здоровым, а то как я потом снова свалю на вас аптеку без всяких угрызений совести?

Ханна шмыгала носом и вытирала слёзы рукавом стоявшего рядом мужчины.

Райхан, которого без спроса превратили в носовой платок, выглядел весьма неловко.

Серфина… видимо, решила сегодня сделать исключение.

—Вот и хорошо.

—Что значит «хорошо»?! Без вас аптека нормально не работает, так что возвращайтесь быстрее!

Ханна до последнего ругалась на Бернарда сквозь слёзы.

Потом ещё и высморкалась в край одежды Райхана.

Тот молча очистил ткань божественной магией.

—…Хороший город, Бернард.

—Я тоже так думаю.

—Тогда давайте вернёмся скорее. Вместе с нашим ребёнком.

—Ты прямо специально подбираешь слова, полезные для беременной женщины, да, зараза?

Эвану хотелось удержать их ещё хотя бы ненадолго.

Но момент прощания всё-таки наступил.

Он до последнего держал Бернарда за руку.

А когда действительно пришло время отпустить — отпустил.

—Возвращайтесь, дедушка.

—Вернусь.

—До встречи, Эван.

Бернард и Иллоин по очереди обняли его.

Вот теперь это и правда было прощание.

Глаза Эвана снова защипало.

—Спасибо, Роуз.

Похоже, после своего позорного признания два дня назад Роуз что-то для себя решила.

Она заявила это совершенно уверенно, а потом словно вспомнила ещё об одном деле.

—М?

Роуз схватила Эвана за палец и тихо произнесла заклинание.

Из кончика пальца мгновенно выросла розовая лоза.

Она обвилась вокруг среднего пальца и превратилась в кольцо.

—Это ещё что?

—Так это почти высший класс!

Роуз сказала это так буднично, будто ничего особенного не произошло.

—Что?

Особая эффективность означала одно:

атаки владельца кольца становились намного опаснее для конкретного типа противников.

То есть с этим кольцом Эван получал преимущество против демонов.

И особенно — против демонических цветов.

—Роуз…

Некогда она была Королевой Роз и владычицей демонических цветов.

А теперь собственными руками создала артефакт, предназначенный для их убийства.

И Эван, и Бернард посмотрели на неё с одинаково сложными выражениями.

Роуз лишь гордо вскинула голову.

—Ну… спасибо.

Роуз удовлетворённо кивнула и снова устроилась на голове Бернарда.

Эван провёл пальцем по кольцу из розовой лозы и нахмурился.

«Стоит в игре получить подобную вещь, и почти гарантированно вскоре появляется момент, когда она понадобится».

Но это же реальность.

В реальности события не подстраиваются настолько удобно.

…Правда ведь?

С этим неприятным предчувствием Эван проводил Бернарда, Иллоин и Роуз.

Стоял ясный майский день.