Том 1. Глава 42

Глава 40

Гиллифос также приложил адрес, где этих двоих видели в последний раз — трущобы на окраине столицы.

—Ваше высочество, прикажете мне пойти и привести этого Тео?

Медея покачала головой.

Еще в прошлой жизни Тео питал жгучую ненависть к королевству Валдина. Если он поймет, что Нерил принадлежит к королевскому двору, то может просто сбежать.

К тому же, Медея еще не решила, как с ним поступить.

Поскольку он был ядром армии мятежников, правильнее всего было бы устранить его заранее. Однако в прошлой жизни он, по сути, погиб именно из-за нее. Как же тогда свести счеты по старым долгам и обидам?

—Я отправлюсь туда сама.

Ей нужно увидеть все своими глазами, чтобы вынести окончательный приговор.

Оставить его в живых или уничтожить.

Улица Асилум, о которой упоминал Гиллифос, была самыми известными трущобами столицы.

—Нам сюда…

—…

Хотя Нерил и происходила из разорившегося дворянского рода, ей никогда не доводилось опускаться на самое дно, поэтому в трущобах она оказалась впервые.

Выйдя из экипажа, она невольно прикрыла нос рукой.

От разбитых, неровных улиц исходило невыносимое зловоние.

Где-то в глубине переулков раздавались полные боли крики.

То и дело слышалась громкая ругань — люди дрались за жалкие объедки.

—Какое жалкое зрелище, ваше высочество.

Нерил содрогнувшись покачала головой.

Медея ответила с сожалением во взгляде:

—Верно. Вспыхни здесь народный бунт прямо сейчас — никто бы не удивился. Разгребать все эти последствия достанется вернувшемуся Пелею.

Они шли по улице, где все — и ветхие постройки, и сами люди — казалось, могло рухнуть в любую секунду.

Несмотря на неприметную одежду, девушки слишком выделялись на фоне этих нищих мест, невольно притягивая к себе чужие взгляды.

Нерил не убирала руку с эфеса меча. Она находилась в состоянии крайнего напряжения, готовая в любой миг обнажить клинок.

—Послушайте, юная госпожа, не желаете ли узнать свою судьбу?

Поэтому, когда из-за угла кто-то внезапно окликнул Медею, Нерил едва не выхватила меч.

Но, разглядев, что перед ними сидит лишь крошечная старуха в надвинутом на лицо капюшоне, она вернула лезвие в ножны.

На маленькой циновке лежали несколько потрескавшихся хрустальных шаров и плошка для подаяний.

По правде говоря, старуха больше походила на обычную нищенку.

—Позвольте заглянуть в ваше будущее, юная госпожа. Пусть я так выгляжу, но я — самое старое деревоº в этой стране. Уж поверьте, вы не пожалеете, — прохрипела старуха, протягивая к ним руку.

º У корейцев сила шаманов и гадалок часто сравнивается с природой.

—Нет, спасибо. Я уже знаю будущее.

Медее, проживающей свою вторую жизнь, предсказания были ни к чему.

Знаком приказав Нерил бросить старухе пару медяков, она отвернулась.

—Тем более стоит взглянуть. Раз уж жизнь началась заново, то и предсказание изменится, разве нет?

Из-под истрепанного рукава мантии показалась морщинистая рука.

Стук-стук.

Она покатила по циновке парочку маленьких хрустальных шариков.

Шаги Медеи замерли. Она медленно обернулась.

—Верно поступили, — хрипло рассмеялась старуха, увидев, как Медея опустилась перед ней.

Стук. Стук.

Под морщинистыми ладонями перекатывались хрустальные шарики.

—Ох-ох, и эта жизнь не будет легкой. Хаос преграждает вам путь. Он по-прежнему застилает звездную карту и норовит украсть ваш свет.

Шарики на циновке сложились в кривой, асимметричный узор. Но старуха лишь криво усмехнулась, всем своим видом показывая, что тревожиться не о чем.

—Но с небес падает великая звезда. Черная как смоль. Эта звезда рассечет хаос, преграждающий вам путь.

Медея резко оборвала ее:

—Что бы это ни было, мне это не нужно.

Великая звезда или кто-то еще — какая разница? Снова на кого-то опираться?

Доверить свою жизнь чужим рукам — в этой жизни Медея противилась этому больше всего на свете.

—Всякая липкая мерзость и в этот раз схватит вас за лодыжки. Они сожрут вас, юная госпожа, лишь бы набить собственные брюха.

—Если меня сожрут и во второй раз, значит, таков предел моих возможностей. Но я в себе уверена.

Старуха разочарованно поцокала языком.

—Эх, тяжко же вам придется…Почему бы в этот раз не выбрать путь полегче?

Медея ответила ей лишь безмолвной улыбкой.

—Вы когда-нибудь слышали о Слезах Рассвета?

—О Слезах… Рассвета?

—Этот таинственный эликсир, вместивший в себя силу богини, способен стереть все, что существует в этом мире. Болезни, воспоминания… и даже саму судьбу. Эти Слезы спасут ту великую звезду.

Старуха на миг умолкла, а затем продолжила:

—Юная госпожа, небеса безмерно дорожат вами. Они собрали воедино весь звездный свет и оттеснили двенадцать созвездийº, повернув время вспять… все это лишь ради того, чтобы присматривать за вами.

º Отсылка к 12 зодиакальным созвездиям (или 12 земным ветвям в восточной астрологии), которые символизируют время и ход мироздания.

В это мгновение из уголков губ старухи струйкой хлынула кровь. Крошечная сгорбленная фигура в мантии покачнулась.

—В ваших жилах течет кровь того, кто некогда был мудрейшим на континенте, и той, что передавала волю богини. А потому, под этим небом, вы — единственная, кто способен отыскать эти Сле…

Старуха, сглотнув подступивший к горлу ком крови, усмехнулась.

—Ох, кажется, небеса предупреждают эту старуху.

Медея подхватила падающую женщину на руки.

—Вас нужно срочно показать лекарю. Нерил…

От старого тряпья исходил смрад, но Медея, совершенно не обращая на это внимания, принялась вытирать стекающую по лицу кровь.

—У вас по-прежнему такое доброе сердце, юная госпожа. Но у этой старухи еще остались те, кто ее ждет. На этом мое гадание окончено, ступайте же своим путем.

Старуха упрямо отвергла помощь Медеи. И лишь напоследок, крепко сжав ее руку, наставительно произнесла:

—Не пропустите слова этой старухи мимо ушей, юная госпожа.

Завернув за угол после встречи с этой пугающе странной старухой, Медея резко остановилась.

«Здесь явно что-то не так».

Откуда эта старуха узнала, что она проживает свою вторую жизнь?

—Нерил, вернись туда и приведи ко мне ту старуху.

Медее определенно нужно было расспросить ее поподробнее.

Однако Нерил, вернувшаяся в переулок по приказу принцессы, пришла с пустыми руками.

На ее лице читалась искренняя растерянность — все следы пребывания гадалки исчезли без следа, словно это был лишь мимолетный сон в летнюю ночь.

—На том месте уже никого нет. Ушла ли она сама или просто растворилась в воздухе… но весь переулок выглядит неестественно пустым.

Жилой квартал в пределах улицы Асилум.

—Сая, ты уже вернулась?

Тетушка Анжела, жившая по соседству, поздоровалась с девочкой, не отрываясь от подметания двора.

—Да. Я помогала убирать мусор и получила расчет.

Сая возвращалась домой, бережно прижимая к груди буханку черного хлеба, которую ей удалось раздобыть с раннего утра.

—Ты ходила совсем одна? Это же опасно. Могла бы пойти вместе с Джуни.

Тетушка Анжела обеспокоенно нахмурила брови.

—Говорят, в последнее время совсем распоясались работорговцы. Жрать людям нечего, вот и появились выродки, что похищают людей на продажу.

Сая и сама была прекрасно наслышана об этих жутких слухах, бродящих по переулкам.

—Ладно еще мы — у Джуни хотя бы отец есть. Но за тебя я правда переживаю, ведь ты совсем одна. Был бы Тео рядом, все было бы куда проще…

Тетушка Анжела с тревогой оглядела девочку.

Эта покосившаяся лачуга явно не годилась в качестве безопасного укрытия для юной девушки.

—Слышала я, у крепостных стен построили поселение для ветеранов. Твой отец ведь был отставным солдатом, верно? Отправляйся хотя бы туда. Здесь оставаться слишком опасно.

Она еще какое-то время без умолку расписывала, насколько в этой деревне чисто и безопасно.

—Говорят, достаточно лишь подтвердить имя и статус, и они принимают человека вместе со всей его семьей. Поговаривают, из-за этого туда даже самозванцы потянулись. Так что не тяни, перебирайся туда поскорее. Как ни крути, там будет куда безопаснее, чем здесь.

Заметив, что Сая мнется и молчит, тетушка Анжела произнесла, словно делая одолжение:

—Переживаешь, что Тео не найдет тебя, когда вернется? Я могу передать ему, что ты переехала.

—Спасибо вам за заботу, но мне и здесь хорошо. Пожалуй, я пойду. Мне нужно будет скоро снова отлучиться.

Почувствовав, как тетушка, несмотря на все свои теплые слова, то и дело жадно косится на хлеб у нее в руках, Сая поспешила попрощаться.

Вернувшись в свою каморку, она тяжело вздохнула.

—Поселение для ветеранов… Если бы я только могла, я бы с радостью туда пошла. Но как я могу это сделать, если Тео избил капитана городской стражи и пустился в бега?

Если Тео вернется и его преступление всплывет наружу, его тут же упрячут за решетку.

—Что же мне теперь делать…

По бледной щеке хрупкой девочки скатилась одинокая слеза.

Их мать умерла при родах, а отец, отставной солдат, скончался после долгих лет изнурительной борьбы с ранениями и нищетой.

Оставшись в этом жестоком мире совершенно одни, брат с сестрой изо всех сил цеплялись за жизнь.

Однажды Тео, отправившись на поиски еды, ввязался в драку с теми, кто попытался отнять его добычу, из-за чего его забрали в стражу.

А там он в гневе до полусмерти избил капитана стражи, который, получив взятку от его обидчиков, собирался несправедливо наказать Тео.

В ту же ночь брат бесследно исчез. Он оставил после себя лишь короткую записку.