Том 1. Глава 203

Глава 200 (202)

У двери, соединённой с комнатой Джеральда.

Марин захлопнула книгу и, прислонившись боком головы к двери, замерла.

—Почему?

Сразу же из-за двери раздался низкий глубокий голос Джеральда.

—Что — почему?

—Почему ты без сил?

В такие моменты казалось, что у него развиты не только пять чувств, но он ещё и мысли читает.

Марин ещё думала, что ответить, как вдруг дверь распахнулась. Её голова, накренившаяся набок, ударилась о его грудь.

—Лорд Джеральд!

Испугавшись, Марин тут же подняла голову и взглянула на него.

—Что?

—Нет, как вы можете вот так открывать дверь?

—Потому что беспокоюсь, у моей невесты нет сил.

Ответил он обыденно, будто не случилось ничего особенного.

—Какое оправдание вы придумаете, чтобы открыть её в следующий раз?

Когда Марин спросила в крайнем изумлении, он серьёзно задумался и медленно произнёс:

—Моя невеста была настолько полна сил, что сама ввалилась ко мне?

—С таким предлогом можно оправдать что угодно.

Марин покачала головой и без сил привалилась к его груди.

Поглаживая её волосы, Джеральд спросил:

—Что случилось?

—Просто… жаль Дайю.

—Значит, и ты слышала эти глупые слухи?

Лицо Джеральда помрачнело.

—Вы тоже уже знаете?

—Да. Я уже выяснил, кто первым распустил их.

Марин резко подняла взгляд.

—Кто?

—А зачем?

—Пойду, проучу!

В глазах Марин вспыхнуло пламя.

—Я сам, — словно это очевидно, сказал Джеральд.

—Вы делайте по-своему, а я — по-своему. Так кто это?

—Дочь маркиза Скемджо.

—Леди Скемджо?

Нахмурившись, Марин на миг задумалась и, что-то вспомнив, кивнула.

—Решила.

—Что именно?

—Мы с Дайей как раз думали, чьё приглашение принять. Выбрали благожелательный к нам дом, но отложим его и сперва пойдём к маркизу Скемджо.

—Оттуда тоже пришло приглашение?

Голос Джеральда стал низким от гнева.

—Да. Распускать клевету за спиной, а в лицо — приглашать. Как низко, правда?

—Понятно.

—Лорд Джеральд, что сделаете вы?

—Дом Скемджо ведёт дела с пустынными торговцами.

Джеральд холодно улыбнулся.

Скоро их дело рухнет. Нужно же соображать, с кем связываться.

Марин мысленно цокнула.

—Давайте оба постараемся.

—Да.

Марин уже хотела отстраниться, но он снова прижал её голову к себе.

—Зачем?

Она подняла лицо и посмотрела на него.

—Мне так нравится.

—Вы не идёте?

—Обязательно ли?

В голосе прозвучало лёгкое недовольство.

—Да. Вы вообще-то обязаны пойти?

Марин решительно отстранилась.

—Я устал. Немного бы отдохнул…

Марин тут же толкнула его в спину.

Его таким толчком не сдвинешь, но он послушно перешёл в соседнюю комнату.

—Чуть-чуть…

—Спокойной ночи.

Марин мило улыбнулась и бабах захлопнула дверь.

Перед особняком маркиза Скемджо остановилась ослепительно блистающая бриллиантовая карета.

Когда из кареты вышла горничная с холодным выражением лица, вслед за ней появились две барышни.

Дочь маркиза с рыжевато-оранжевыми волосами и кротким обликом радушно встретила их.

—Добро пожаловать. Леди Адриа, леди Шувенц. Спасибо, что посетили моё чаепитие. Я — Хелена из дома маркиза Скемджо.

—Рады знакомству, леди Скемджо.

После приветствий Хелена, прищурив глаза в улыбке, повела их внутрь.

—Все вас ждут.

—Мы пришли вовремя, но, похоже, припозднились.

—Все у нас очень расторопные.

Хелена невинно улыбнулась.

Следуя за ней, они вошли в сад, где проходило чаепитие.

Под голубым небом, среди пышно цветущих роз, сад был наполнен сладким ароматом.

Чаепитие в розовом саду.

Как было написано в приглашении, не только сад, но и белые столы были красиво украшены розами.

Любопытные взгляды собравшихся барышень, разбредшихся небольшими группами, устремились к ним.

—Леди Адриа и леди Шувенц прибыли. Встретьте их, прошу.

Не успела фраза слететь, как барышни разом столпились вокруг.

После шквала приветствий Марин и Дайя очутились, каждая в своём кружке, окружённые гостьями.

Наблюдая за этим, Хелена тайком усмехнулась и холодно покосилась на Дайю.

Как она посмела — занять место наследной принцессы, будучи всего лишь дочерью графа. Без подпорки в лице герцога Запада такого бы не случилось.

Сколько усилий она потратила, чтобы очаровать принца.

Хелена была уверена, что на балу дебютанток первый танец будет с ней. Но принц не отходил от той графской барышни. Будто влюбился с первого взгляда.

И всё же она не теряла надежды: осиротевшая графская дочь должна была вскоре уехать на Запад.

Однако последнюю надежду разорвала новость об их помолвке.

Место наследной принцессы было утрачено.

—Леди Адриа, это ожерелье — то самое, с бала дебютанток?

Одна из барышень не могла оторвать взгляда от ожерелья у Дайи.

Радужным сиянием переливающееся ожерелье с чёрным опалом вызывало в глазах зависть и жадность.

После бала интерес к опалам взорвался, но продажи шли под руководством Марин — очень малыми партиями. Да и столь крупного опала, как ожерелье Дайи, на рынке ещё не появлялось.

Марин хотела, чтобы внимание до конца оставалось на Дайе.

—Да, верно.

—Я настойчиво писала леди Шувенц, но достать трудно.

—И я тоже. Говорят, запись расписана на годы вперёд.

Со вздохами жаловались барышни.

Дайя, мягко улыбаясь, молча подняла свою чашку.

—Леди Адриа, не могли бы вы замолвить словечко за нас перед леди Шувенц? Говорят, вы с ней очень близки. Вы ведь называете её учительницей?

—Да. Я попробую попросить учительницу.

Дайя кивнула, будто это пустяк.

Тут же барышни рядом загомонили:

—И мне! И обо мне скажите!

—И за меня замолвите словечко!

Дайя добродушно улыбалась, встречаясь взглядом с каждой и кивая.

Всё шло именно так, как предсказала учительница Марин.

—Дайя. Сегодня надень ожерелье с опалом, что было на балу.

—Для чаепития это не слишком пышно?

—Все собравшиеся там леди будут завидовать тебе. И вспомнят: чтобы получить этот чудесный камень, нужно быть любезной с Дайей.

То, кто сначала сторожился Дайи, теперь один за другим ласково заговаривали с ней.

Марин, наблюдая со стороны, тоже улыбнулась.

—Вы и сегодня приехали в бриллиантовой карете?

Одна леди любезно обратилась, и Марин повернулась на голос.

—Да.

—Как завидно. У Запада и правда бездонные богатства.

—Вот именно. Даже его величество, увидев ту карету, строит сейчас Бриллиантовый дворец.

—Леди, следовало бы быть осмотрительнее в выражениях, — спокойная барышня с зелёными волосами, белой кожей и розовыми губами строго одёрнула её.

—Я, я ничего плохого не имела в виду!..

Смутившись, упомянувшая императора поспешно оправдалась.

—У его величества люди повсюду.

Марин с интересом отметила проницательную барышню.

Тон у не был прохладен, но на самом деле это было предупреждение ради той, что оговорилась.

И впрямь, императорские уши могут быть где угодно, и неосторожное слово может обернуться большой бедой.

Кажется, её звали леди Фриана Малком, дочь виконта.

Почувствовав взгляд Марин, Фриана встретилась с ней глазами и кивнула.