Том 1. Глава 66

Глава 65

Когда Юлия распахнула шторы, утреннее солнце хлынуло на постель.

Она открыла окно, чтобы выпустить застоявшийся за ночь воздух, и в комнате тут же стало зябко. Была зима.

—Юлия, как мама?

—Проснулась ненадолго, выпила лекарство и снова заснула. Кажется, сегодня ей лучше, чем вчера.

—Слава Богу. Ох, ничего не хочу делать. Хочу яростно ничего не делать.

Проснувшаяся Марин, закутавшись в одеяло, перекатилась колбаской вправо, потом влево, повторяя одно и то же.

Юлия наблюдала за ней с любопытством.

«Почему вы каждый раз говорите, что ничего делать не хотите, а шевелитесь изо всех сил? Привычка?»

—Может, вам и правда стоит сегодня отдохнуть?

Из-под одеяла, высунув только лицо, Марин слегка покачала головой.

—Нет. Раз советник вернулся, с сегодняшнего дня надо работать по-настоящему.

—Тогда я приготовлю вам воду для умывания.

Юлия мягко улыбнулась, но замялась, будто хотела о чём-то спросить.

—Что такое?

Марин заметила это и первой задала вопрос.

—Насчёт барышень и молодого господина из графского дома, которые остановились во флигеле. Горничные всё спрашивают, как им надлежит с ними обращаться. Говорят, я отвечаю за флигель, вот и допытываются, а я и сама ничего не знаю.

—Они живут здесь?

Марин удивилась так, что даже про холод забыла, распахнула одеяло и села на постели.

—Вы не знали? Сейчас они на втором этаже.

—Не знала. Хотя в таком огромном герцогском замке, думала, флигелей не один…

—Флигель тут только один, — мягко поправила Юлия, слегка качнув головой.

—Вот как?

Марин смутилась, снова подтянула одеяло к плечам. Холодно.

—Да. В главном корпусе замка и без того много комнат. Этот флигель, говорят, был построен для того, чтобы герцогиня три поколения назад изредка здесь отдыхала.

«Вот это да», — Марин заново поразилась богатству герцогского дома. Построить отдельное здание просто как комнату отдыха!

—Понятно.

Марин кивнула, подняла взгляд — и увидела, что Юлия не сводит с неё пристального взора.

Ах да, вопрос.

—Хм… Они ведь недавно пережили большую беду, так что лучше всего держать язык за зубами. И зима на дворе: внимательно следите за температурой в комнатах. Еда — сперва узнайте, что им по вкусу, и готовьте, исходя из этого.

—Поняла. Так и скажу.

Юлия, просветлев лицом, вышла.

Марин, шевелясь как гусеница, ещё глубже зарылась в одеяло. Из губ вырвался длинный вздох.

Главная причина, по которой она стала невестой, — помочь дебюту Дайи в свете.

Судя по поведению племянников вчера вечером, удастся ли вообще подружиться?

—Войдите.

Олив вошёл в рабочий кабинет герцога.

Увидев герцога без повязки на глазах, чуть расширил глаза.

К такому виду Олив привык на Юге, но думал, что в замке герцог снова будет носить повязку.

С Юга Джеральд вернулся другим: звук его больше не раздражал, да и во многом ещё он изменился.

С чем это связано?

—Ваша светлость, хорошо ли вы спали?

—Неужто тебе так не терпится с утра выяснить, как обстоят дела с моей помолвкой?

—Да.

Герцог слегка коснулся лежащей на столе ленты от повязки.

—Марин — человек, в котором я остро нуждаюсь.

—Понимаю. Влюбились в столь необходимую вам мисс Марин и внезапно обручились…

—Сколько же вздора ты научился нести за время разлуки, — холодно оборвал его герцог.

—Не ожидал, что вопрос шаперона для старшей барышни вы решите столь безупречно, — продолжил Олив своей неизменной лучезарной улыбкой.

Герцог откинулся в кресле, ни подтверждая, ни опровергая.

Этого было достаточно.

—Говорят, Марин прежде была домашним наставником.

—Вот как? У мисс Марин… то есть у леди Марин множество талантов.

—Именно. Девушка она и вправду на редкость даровитая.

При упоминании Марин губы герцога едва заметно смягчились.

В ореховых глазах Олива мелькнула искра.

Перед внутренним взором встал вчерашний бал: герцог и Марин — удивительно близко, почти нежно.

Герцог патологически не переносил прикосновений. Его трудно было лечить: он терпеть не мог, когда к нему прикасались даже по необходимости. Но рука Марин всё время лежала у него на предплечье.

Какая бы сделка ни связывала этих двоих, не всё в ней, похоже, сделка.

—Как продвигается расследование?

—Есть донесение, что в столице видели Джельмию Розе, однако она снова бесследно исчезла.

—Столица… Значит, вероятность, что за этим стоит император, возросла.

Голос герцога прозвучал ледяно.

—Продолжу копать.

—Придётся приготовить подарок для императора.

Уголок губ герцога хищно приподнялся.

Олив невольно сглотнул, в глазах мелькнул страх.

—Войдите.

Герцог повернул голову к двери.

Вошёл дворецкий Себас и почтительно поклонился.

—Ваша светлость, доброе утро.

—Тот тип?

—Пытать его не пришлось. Такой трус, что всё выложил сам, мы и пальцем тронуть не успели.

В глазах докладывающего дворецкого мелькнуло презрение.

—Итак?

—Всё подтвердилось. В качестве доказательства я наведался в дом виконта и забрал подлинник.

Себас протянул бумаги Оливу. Тот молча принял их и развернул первую страницу.

—Инвестиционный договор.

Увидев имя стороны по договору, Олив широко распахнул глаза.

—Здесь значится виконт Шувенц.

—Да. Это оригинал инвестиционного соглашения. Хранился в тайном сейфе в спальне виконта Гобиема Нормана. Как увидите, после гибели виконта Шувенца в результате аварии экипажа прежний виконт Норман сфабриковал фальшивый договор и вывел всё состояние дома Шувенцев.

Белые усы дворецкого вздрогнули от гнева.

Он взглянул на бесстрастное лицо герцога, сглотнул и продолжил:

—Гобием Норман этим договором шантажировал своего отца, прежнего виконта Нормана, и вынудил его уступить титул. Бывший виконт, имея слабину перед сыном, был сослан в провинцию.

—Отец — мошенник, сын — отъявленный мерзавец, попирающий сыновний долг, — холодно бросил герцог. — Авария экипажа была действительно случайной?

—Похоже, да. Узнав о смерти виконта Шувенца, прежний виконт Норман тут же провернул эту аферу.

—Немедленно доставьте прежнего виконта сюда.

—Слушаюсь.

—С врачом виделись?

—Да. Личный врач виконта сперва наотрез отказывался говорить, но, услышав, что титул Нормана скоро упразднят, признался. В тот день он действительно лечил его. И добавил: Гобием Норман физически неспособен к деторождению.

—Ха, вот уж действительно удивительная девушка.

Напряжённость в голосе герцога чуть спала.

—Горжусь леди Марин, — с удовлетворением откликнулся дворецкий.

Олив недоумённо перевёл взгляд на него: он никак не мог связать неспособность Нормана иметь детей с тем, что Марин — удивительная.

Себас подмигнул: мол, потом объясню.

Время всё расставит по местам, решил Олив и оставил любопытство.

—Дворецкий. Отрубите.

—Есть!

Ответ Себаса прозвучал так, будто он только и ждал этого приказа.

—Марин… расскажем, когда приведут прежнего виконта.

—Да, — Себас мрачно согласился.

Олив тихо всмотрелся в лицо герцога. Сердится из-за Марин, заботится о ней — в этом герцоге было что-то непривычное.

Выходит, это всё-таки не просто сделка?