Том 6 · Глава 134. Огромный штраф

«Кантер Дебс — это третий брат Бернарда», — обратившись к Линлэй тихо рассмеялся Клайд, после чего Линлэй слегка кивнул. В данный момент, Линлэй и Клайд просто спокойно наблюдали со стороны, в то время как каждый из членов клана Дебс ощущал неописуемый страх, от которого у некоторых из них начали трястись руки.

«Лязг!».

Послышался звук от грохочущих оков, одновременно с ним, под конвоем нескольких стражей, во внутренний двор вошел мужчина средних лет с золотистого цвета волосами, но невероятно пепельно-бледным лицом. Взгляд всех присутствующих был прикован к нему, в том числе Бернарда, Калана и Нимица.

Увидев лицо конвоируемого мужчины средних лет, Бернард испустил тяжелый вздох и затем закрыл глаза.

«Это действительно третий брат Бернарда, Кантер!», — можно было услышать ропот от обсуждения между наблюдавшими за всем дворянами. Многие из присутствующие сразу узнали в нем Кантера Дебса, ведь в клане Дебс он занимал высокую позицию.

Сейчас клан Дебс уже мог больше не надеяться оправдаться за счет лукавства.

Сидя в кресле судьи, Мерритт посмотрел в сторону Клайда, который в ответ ему кивнул.

«Бернард, — Мерритт посмотрел на него. — Ну что же теперь, Вы все еще будете все отрицать?».

Но Бернард сейчас не обращал внимания на Мерритта. Он продолжал смотреть в сторону своего третьего брата, Кантера, пытаясь поймать его взгляд. Кантер все же посмотрел на своего старшего брата Бернарда. В результате, взгляды двух братьев встретились.

«Третий брат, зачем ты сделал это?», — сейчас в глазах Бернарда можно было заметить неверие, боль и гнев, после чего его тело начало слегка дрожать.

«Прости меня», — тихо произнес Кантер.

Бернард горько рассмеялся, после чего покачал головой и торжественным тоном произнес: «Это не у меня тебе надо просить прощения. А у всего клана Дебс… сколько лет существовал клан Дебс? Только благодаря напряженной работе и усилиям бесчисленным поколений наших предков, мы смогли добиться текущего успеха. Но ты… ты… ».

Бернард показывал, что испытывает столько боли, что попросту не мог говорить.

«Бух!».