Том 19 · Глава 676. Врожденная Божественная Способность

В течение последних шестидесяти лет нахождения в Плоскости Поля Брани, Линлэй уже получил глубокое понимание относительно опасностей, поджидающих его в этом месте. Если бы он решил полагаться на свою собственную силу, чтобы получить достаточное количество военных заслуг, а также защитить свою жизнь, ему было бы невероятно трудно! Теперь, когда Линлэй присоединился к охотничьему отряду Рэйсджема, он почувствовал облегчение.

«Отлично! Тогда в путь. Для начала мы найдем место для отдыха», — смеясь сказал Рэйсджем.

Что касается этой выглядящей как башня фигуры рядом с Рэйсджемом, он не сказал ни единого слова, лишь последовав за ним.

«Рэйсджем давно стал Командиром Чистилища и был в состоянии отпугнуть Бенфилда! — Линлэй чувствовал себя очень уверенно рядом с Рэйсджемом. — Кроме того, в соответствии с описаниями Рэйсджема в книге Бейрута, он являлся высшим экспертом, который входил в первую пятерку Командиров Чистилища».

Репутация Рэйсджема была весьма экстравагантна.

Мало того, что сам он был очень сильным, его мать являлась Владыкой Багрянника!

«Босс, в будущем нам будет намного проще. Мы, вероятно, сможем легко получить военные заслуги, — Бебе начал смеяться и движением руки извлек красный плод, злобно кусая его. Находившийся поблизости Рэйсджем понюхал воздух, а затем повернулся, чтобы посмотреть на Бебе и сразу же рассмеялся. — Бебе, верно? Этот фрукт кажется довольно аппетитным. Дай мне один?».

«Возьми его», — Бебе очень великодушно вытащил еще один фрукт и бросил его Рэйсджему.

Глаза Рэйсджема загорелись. Взяв его, он сразу же начал его есть, а потом одобрительно кивнул.

«Хрустящие и ароматные. Есть их — одно удовольствие. Спасибо, брат. Договорив, Рэйсджем протянул руку, после чего появился фиолетовый фрукт. — Это то, что я люблю поесть. Они растут только в Царстве жизни. Отличный вкус».

Бебе и Рэйсджем, два человека, в которых бились детские сердца, довольно быстро сдружились.

Линлэй просто спокойно улыбнулся, а следовавшая за ним огромная как башня фигура лишь молчала.